Хм, а ведь с неделю назад Мира сама доказывала мне, что открытой агрессии от Вяземского ждать не стоит: граф метит в столичный круг и бережёт репутацию. И вдруг такое безоговорочное «точно».

Ноздри защекотал знакомый запах пепла.

— Поясните, — обратился я к Альбине, удивлённо поглядывающей на Мирославу. — Почему Вяземский?

— Слушание скоро, — мотнув головой, выпалила она. — Витя ведёт дело против графа, документы там безупречные, я сама их вычитывала. Если убрать Витю, дело… не рассыплется, нет. Но увязнет! Кроме Вити, в полную силу никто не станет выступать против такого влиятельного ответчика. Поверьте моему опыту, я много проработала бок о бок с Витей. Знаю его сильные стороны, и… с судебной системой Ярославля я тоже знакома. — Она криво усмехнулась.

Хм, теперь становилось понятнее.

Но что особо любопытно — второй раз на моих глазах отголосок Структуры дотянулся до Мирославы. Впечатляет.

Я тоже почувствовал вибрации мироздания, так что не сомневаюсь, что за сегодняшним инцидентом стоит именно граф Вяземский, которому мы недавно чуть-чуть попортили заводской цех, когда выполняли заказ СПС на иглоходов… Он ведь даже против меня потом иск выкатил, мерзавец.

И теперь он устроил нечто более опасное, чем формальный иск…

Притом Вяземский в этой ситуации оставался вне подозрений — похищение не оставляло следов и никак не походило на открытую агрессию в адрес Браунштейнов с его стороны.

И у нас, формально, против него тоже ничего нет — показания Структуры к делу никак не припишешь. Нужны более весомые доказательства — например, обнаружить связанного Виктора Валерьевича в подвале у Вяземского…

Вот только вряд ли он сейчас там. А вот где — неизвестно; Структура хоть и отреагировала на личность виновника, упорно молчит и не подсказывает место.

— Значит, наведаемся к графу, — прогудел Святогор, который всё это время стоял возле дверей, скрестив руки на груди. — И спросим напрямую.

— И что ты ему предъявишь? — хмыкнул я. — Нашу интуицию? С такими обвинениями Канцелярия нас на смех поднимет, а охрана Вяземского не позволит переступить черту его владений. Ты бы ведь сам так же сделал, если бы к нам кто заявился.

Свят насупился и недовольно кивнул. Я хмыкнул и решил его подбодрить:

— Но ты прав: сидеть без дела и ждать нельзя. Однако же прямо сейчас как-то привлекать внимание Вяземского тоже не стоит. Если Виктор Валерьевич действительно в плену у его людей, то после нашего визита они могут… — задумался я, подбирая слова, чтобы ещё сильнее не травмировать Альбину. В итоге озвучил более мягкий вариант развития событий: — Перепрятать его основательнее. Поэтому работаем тихо — оставь здесь нескольких ребят, дом должен быть прикрыт круглосуточно.

— Думаешь, придут? — нахмурился он.

— Думаю, что жена и будущий ребёнок — лучший рычаг давления на такого человека, как Браунштейн, — хмуро произнёс я. — И оставлять этот рычаг без присмотра я не намерен. А часть бойцов отправь искать зацепки: контора, маршруты от неё во все стороны, заправки.

— Принял. — Свят коротко кивнул и вышел из гостиной, на ходу поднимая прибывших с нами бойцов по рации.

— Альбина Романовна, у вашего мужа ведь имеются друзья в Канцелярии? — повернулся я к хозяйке.

— Я звонила с утра, — напряжённо кивнула она. — Майор Корчагин обещал подключить своих, розыск по их линии уже идёт.

— Хорошо. Тогда ваша задача сейчас — беречь себя и ждать. — Я тепло улыбнулся и мягко коснулся её плеча, пустив небольшой поток Силы. — Найдём мы вашего Витю.

Она хотела что-то ответить, но только прижала ладони к лицу. Мира присела рядом с креслом и обняла женщину за плечи.

Правда, смотрела она в этот момент на меня. Смотрела решительно и грозно. Во взгляде девушки отчётливо читалось: «Найди его, Анхарт! Найди и порви всех, кто посмел покуситься на наших друзей!»

Я улыбнулся и молча кивнул.

* * *

Несколько часов прошли в напряжённой работе.

Настя снова перерыла в конторе всё, и всё безрезультатно. Камера над входом честно показала, как в начале десятого чёрный седан Браунштейна выезжает со стоянки и плавно движется в сторону набережной. Дальше след обрывается. Вяз хотел проверить уличные камеры, но коммунальные службы с чистой совестью сообщили, что работающих камер в этих местах мало, а к некоторым доступ и вовсе не получить без рапорта Канцелярии.

В общем, тоже глухо. Специалиста, способного подключиться к камерам незаметно, у нас нет. Вяз мог бы попробовать… Но сам предупредил, что «риск спалиться гораздо выше потенциальной пользы».

Рух прочёсывал кварталы, исследуя ауры людей и их Источники, но тоже не нашёл за что зацепиться.

«Первый, если это похищение, едва ли его стали бы держать в центре города, — заметил он. — Пухляш может быть в любом другом районе или вообще за городом. Тогда мне придётся летать сутками напролёт, чтобы его почувствовать. Если ему, конечно, дадут протянуть эти сутки».

Рух был во всём прав.

Как сказал буквально пару минут назад Лапа: «Работу мы проделали грандиозную, но получилось так себе».

И вот я сидел в гостиной Браунштейнов, смотрел на остывший чай, к которому никто так и не притронулся, и складывал в голове кусочки мозаики. Картина выходила скверной. Группу во главе с Глебом взяли без единого выстрела и без свидетелей — к такому готовятся заранее.

Обычные методы поиска здесь бессильны. Точнее, положительный результат вообще не гарантирован, а времени потратится уйма.

Значит, нужен иной подход.

Леший их всех за ногу! Не хотел же с ней связываться…

Я поднялся с кресла.

Мира, сидевшая подле Альбины Браунштейн, тут же вскинула голову. Святогор, изучавший у окна карту города, развернулся всем корпусом. Даже Альбина выпрямилась в кресле.

Все трое смотрели на меня, ожидая услышать решение.

— План у меня есть, — спокойно изрёк я. — Непростой, лёгкой прогулки не обещаю, а последствия его реализации ещё не раз нам аукнутся. Но он сработает.

— Что за план? — тихо спросила Мира.

— Расскажу по дороге, — ответил я и посмотрел на хозяйку дома. — Альбина Романовна, обещание в силе. Я верну вам мужа.

Я молча зашагал прочь из дома и, когда вышел на крыльцо, набрал Игошу.

— Антон Игоревич! Нашли⁈ — выпалил мальчишка.

— Ты мне нужен, Игоша, — не вдаваясь в подробности, сказал я. — Помнишь заказ на цаплю?

В