джинсы, серую футболку и стильный синий пиджак, подчеркивающий широкий разворот плеч.

– В аэропорт, – тихо ответила она, не узнавая свой бесцветный голос.

Не нужно им встречаться, не нужно ничего отдавать. Он женат, а Сандра переоценила свою уверенность. У нее не хватит сил стоять перед ним, не выдавая эмоций, особенно зная, что он не лгал в их последнюю встречу – Кристиан никогда не любил ее.

У Сандры есть семья, и она для нее на первом месте.

Вытащив телефон из сумки, она набрала номер Дугласа. Отчего-то стало жизненно необходимо услышать его голос, чтобы он заземлил ее, вернул из полета в облаках.

Дуглас взял трубку после двух гудков.

– Привет, милая. Соскучилась?

– Скажи, ты любишь меня?

– Разумеется, что за вопросы? – усмехнулся он. – Ты где сейчас?

– Еду домой. Спасибо.

– За что?

– За то, что любишь меня.

– Всегда пожалуйста, детка. До вечера!

Убрав мобильный в сумку, Сандра прижалась лбом к стеклу. По щеке медленно стекала теплая слеза. Она смахнула ее холодными пальцами, будто назойливую пыль с плеча, и шмыгнула носом, мысленно ругая себя за излишнюю сентиментальность.

Это временно. Должно быть, она все еще не отошла после смерти бабушки Руби, еще дневник этот… Не стоило ехать в Лисбург и бередить старые раны.

Глава 7

Чужой взгляд

Кристиан

Апрельское солнце заливало Атланту золотом, и воздух дрожал в такт гудению машин. Такси мягко остановилось у тротуара, шины тихо зашуршали по асфальту. Кристиан открыл дверь и вышел, вдыхая полной грудью.

Его не было дома почти две недели. Он соскучился. Атланта преобразилась – расцвела и согрелась, она встречала его как старого друга: смехом прохожих, криком продавца хот-догов, сиреной пожарной машины вдалеке. Улыбнувшись, он закинул сумку на плечо и поторопился к высоким стеклянным дверям.

Внезапно его остановило странное ощущение: оно легким покалыванием ползло от затылка к позвоночнику, словно на него кто-то пристально смотрел. Он замедлил шаг и обернулся. Желтое такси тронулось с места и уносилось вдаль, сливаясь с потоком машин.

Ему показалось. Никто на него не смотрел. Никто его не ждал, кроме Хелен, и она сейчас в здании, а не снаружи.

Ближе Хелен у Кристиана никого не было, не считая приемных родителей и его съемочной команды, но это другое. Каждый раз, возвращаясь из длительных поездок, он ехал прямиком к младшей сестренке. Он в ней души не чаял и безмерно ею гордился.

Пройдя металлодетектор, он услышал стук каблуков и посмотрел вперед. Хелен уже торопилась к нему навстречу, широко улыбаясь. Он крепко сжал сестру в объятиях и нежно поцеловал в лоб.

– С приездом! – воскликнула она, отстраняясь и рассматривая его. – Ты так загорел.

– Еще бы, – усмехнулся он. – Можем отлучиться попить кофе? – спросил Кристиан, поправляя ручку сумки, сползшую с плеча.

– Эм, да, конечно! Сейчас отпрошусь у мистера Карсона.

– Мистера Карсона? – Кристиан насмешливо приподнял бровь.

– Да. Мы же на работе, – понизив голос, ответила сестра и многозначительно посмотрела на него.

– Иди, – кивнул он.

Хелен проходила стажировку под руководством Джорджа Карсона и влюбилась в него без памяти. Пару месяцев назад оказалось, что ее чувства взаимны. Кристиан радовался за сестру, хотя и знал, что им приходилось скрывать отношения от коллег. Год или два – неважно, ведь для настоящей любви это не срок. Слишком поздно он понял, слишком поздно осознал, что за сильные чувства нужно держаться изо всех сил, бороться так, будто от сражения зависит жизнь.

Мысли о Кассандре снова навеяли горечь, настоящую физическую боль в груди.

– Ну что, идем? – Подхватив Кристиана под руку, Хелен повела его к выходу.

Кафе располагалось в трех минутах от здания суда и пользовалось огромным спросом среди коллег Хелен. Кристиан потянул тяжелую дверь за старинную латунную ручку, сверху раздался мягкий звон колокольчика. Теплый воздух, пропитанный ароматом свежесваренного кофе, карамели и выпечки, окутал их сразу, как только они переступили порог уютного местечка в стиле лофт с деревянными полами и кирпичными стенами, украшенными гирляндами из лампочек Эдисона и черно-белыми фотографиями Атланты. Кристиан улыбнулся – эти снимки он сделал на заре своей карьеры для местной новостной газеты.

Они с Хелен прошли к круглому столику у окна и уселись в мягкие темно-синие кресла. К ним тут же подскочила улыбчивая официантка.

– Рады приветствовать вас в нашем заведении. Определились с заказом?

– Мы только зашли, – фыркнула Хелен, утыкаясь в меню.

– Не принимайте на свой счет, – улыбнулся Кристиан сконфуженной официантке. – Мне латте без добавления сахара и чизкейк.

– Мне то же самое, – пробубнила Хелен.

– Тебя что-то беспокоит? – спросил Кристиан, когда они вновь остались наедине.

– Нет, с чего ты взял?

– Ну, не знаю… Мне так кажется.

– Все хорошо. Я просто скучала. Расскажи, как Гавайи?

– Не просто Гавайи, а Гавайи-Волкейнос, – поправил ее Кристиан. – Там очень много вулканов и жутко интересно. Завтра начнем монтировать фильм, но это потрясающее место!

Хелен сморщила нос и протянула:

– Нет, фильм – для зрителей, а я хочу знать все из первых уст. Давай с самого начала! – попросила Хелен.

Кристиан откинулся на спинку кресла и приступил к рассказу:

– Тогда слушай. После того, как мы доплыли до острова…

Он любил свою работу, ведь ему повезло превратить хобби в инструмент для заработка денег. Мало у кого так бывает, поэтому в свое дело Кристиан вкладывал душу.

Все началось с малого: Кристиан фотографировал Атланту так, как видел ее только он. Любовь к этому городу возникла с первого взгляда – стоило ему впервые сюда попасть, он сразу понял, что тут его место. После тихого Лисбурга Атланта казалась настоящим гигантом – мощным, динамичным, полным возможностей.

Со временем Кристиан завел блог, куда выкладывал не только фотографии, но и небольшие видеоролики о городе. Постепенно блог набирал популярность, а вместе с ним расширялась и география его работ.

Сейчас у него уже была собственная съемочная группа, или, как он говорил, «команда», с которой он создавал документальные фильмы для телевидения о разных уголках Америки. Уникальные фотографии собирали аншлаги на авторских выставках. Его псевдоним стал брендом, но это только имя. Жить Кристиан предпочитал в тени и редко мелькал на экране. Он всегда оставался голосом за кадром, мастером своего дела, и ни за что бы не променял свободу гулять там, где ему хотелось, на бесконечные сплетни о его личной жизни в светской хронике.

А ведь все могло сложиться иначе…

После пожара их с Хелен определили в приют. Кристиану до совершеннолетия оставалось совсем немного, а вот сестре едва исполнилось одиннадцать. Ее удочерила взрослая