не поскупился, когда творил Джерарда Гибсона.

Гибс считался лучшим танцором в графстве и отлично это осознавал. Какую музыку ни включи, наш вертлявый фланкер идеально подстраивался под любой стиль и направление.

— Будь ты тортом, Гибси, съел бы сам себя.

— Золотые слова! — искренне согласился Гибс, сбросив рубашку, чтобы продемонстрировать мускулы. — Видали? — Он поцеловал свой бицепс и завилял бедрами почище порнозвезды. — Зацените, какой я лакомый кусочек!

С этими словами Гибс упал на пол и изобразил самого похабного червя, какого мне только доводилось видеть.

От восторженного девичьего визга заложило уши. Местные красотки обступили Гибса, отжигающего не хуже профессионального стриптизера.

— Сам заварил кашу, вот пусть сам и расхлебывает, — невнятно пробормотал Фили, глядя на друга, захлебывающегося в толпе фанаток.

Ноги у меня заплетались, пришлось облокотиться о стену. Пошатываясь, Фили направился ко мне.

— Чел, ты просто в дрова, — хохотнул я, когда тот накренился на манер Пизанской башни.

— Уже кого-нибудь подцепил, Хьюи? — заплетающимся языком спросил Фили, привалившись к стене.

— Нет, и не собираюсь. — Даже в пьяном угаре я не мог заставить себя подойти хоть к какой-нибудь девушке.

— А придется, — сообщил Патрик, бочком подбираясь ко мне. — Без вариантов, чел.

Диджей начал обратный отсчет до полуночи, и меня охватила паника.

Черт.

Лиз.

— Новогодний поцелуй мы тебе обеспечим, — пообещал Фили, высматривая кого-то на танцполе. — Давай, чувак.

Он поволок меня за собой, а диджей как раз добрался до пяти.

— Хватай любую, не стесняйся.

— Четыре, три, два, один...

Остекленевшим взглядом я следил, как друг направился к миниатюрной рыженькой, за которой наблюдал весь вечер, но на полпути его перехватила сочная брюнетка и поцеловала в губы.

Фили на секунду застыл, но потом обнял случайную партнершу и пылко ответил на поцелуй.

Господи.

Какая мерзость.

Я неодобрительно покачал головой, отвернулся — и увидел перед собой ту самую рыженькую.

«Стой» — вот и все, что я успел сказать, прежде чем она притянула меня к себе и впилась губами в мои губы.

Твою ж мать.

Первым порывом было отпрянуть, ведь меня не должны касаться чужие губы, но потом я вспомнил, что мои губы больше никому не принадлежат.

Тяжело дыша, я взял девушку за плечи и слегка отстранил, пока мозг лихорадочно соображал, как поступить.

— Пожалуйста, поцелуй меня. — Она вцепилась в мою рубашку и привстала на цыпочки. В жесте ощущался не напор, а отчаяние. — Пожалуйста.

В огромных зеленых глазах, устремленных на меня, читалась растерянность.

Казалось, девушка вот-вот заплачет.

Господи.

Не знаю, как так вышло, но что-то в ее взгляде заставило меня медленно кивнуть.

На лице рыжеволосой отразилось облегчение, она подняла подбородок, потянулась ко мне.

И вот я впервые в жизни поцеловал девушку, которую звали не Лиззи Янг.

От поцелуя не сносило голову.

Внутри не взрывались фейерверки.

Ощущения были не как с Лиз.

Но приятные.

— Никак не угадаю, ты согласился подождать со мной, потому что захотел этого или просто пожалел меня? — протянула рыженькая по имени Кейти после дискотеки, пока мы сидели на тротуаре перед спорткомплексом. — Я очень благодарна тебе, что выручил на танцполе, но второго удара моя самооценка не перенесет.

Ее слова проникли в затуманенное сознание, и я навел глаза на резкость.

— А?

— Забудь. — Ее щеки вспыхнули.

Переварив последнюю часть фразы, я изогнул бровь:

— Зачем мне сидеть с тобой из жалости?

— Просто знай, — пожала плечами Кейти, — что там, на танцполе, ты спас меня от позора.

— Спас поцелуем?

— Поверь мне, Хью.

— Как скажешь.

— Кейси даже имени его не вспомнит. — Она со вздохом кивнула на закуток, где уединились наши друзья. — Ничего нового.

— Не одобряешь?

— Я очень ее люблю, — покачала головой Кейти, — но такого не понимаю.

Заметив, что она дрожит, я машинально расстегнул куртку и набросил ей на плечи.

— Спасибо.

— Пожалуйста.

— Пересечемся в школе, верну.

— Мы вместе учимся? — Мои брови поползли вверх.

— Вау, а ты умеешь делать комплименты.

— Нет, я не том смысле...

— Ладно, шучу, — улыбнулась она. — Я на год младше вас.

Значит, третьегодка.

— И давно?

— В начале семестра перевелась из «Святой Бернадетты». — Кейти пожала хрупкими плечами и поплотнее закуталась в мою куртку. — Получила стипендию.

Во мне проснулось любопытство.

— Твой конек?

— Музыка. — Она снова залилась краской. — А твой?

— Физика. — Я виновато улыбнулся. — С уклоном в химию.

— А, ты из этих, — хитро подмигнула Кейти. — Зубрила.

Я вздернул бровь.

— Без обид, но сама-то! Незубрила вряд ли бы выцарапала стипендию.

— Да, мне повезло попасть в шестерку счастливчиков, — вздохнула она. — Ай да я, правда?

— Почему я раньше тебя не замечал?

— Может, после сегодняшнего вечера начнешь замечать. — Ее губы тронула улыбка.

— Как думаешь добираться до дома?

— Кейси старше меня. — Она снова кивнула в сторону закутка. — Кто-нибудь из ее приятелей нас подбросит.

— Где ты живешь?

— От тебя далеко, мажорик, — усмехнулась она.

— С чего ты взяла, что я мажор?

— Может, потому, что я бывала у тебя в гостях, — со смехом закатила глаза Кейти. — От Авока-Грейстоунс до Роузвуда путь неблизкий.

— Погоди. — Я выставил ладонь. — Когда это ты была у меня в гостях?

— На твоем дне рождения. Кейси, кстати, тоже приходила, — хмыкнула она, снова кивнув в сторону подругу. — Фили нас пригласил.

— Фили, значит.

— Да. Мы с ним поем в школьном хоре.

— Ну ясен хрен. — Я потер подбородок, ничуть не удивившись, что Фили успел записаться в хор. Тут меня осенило. — Постой. Ты и есть его подружка по музыкальному кружку? Или, правильнее сказать, по койке?

— Только если в его фантазиях! — отрезала Кейти и ткнула пальцем в закуток, где Фили зажигал с ее подругой. — Койками дружат они. Разве не очевидно?

— Извини, — пробормотал я, качая головой. — Говорить такое девушке по меньшей мере свинство.

— Ничего страшного. — Она со смехом толкнула меня плечом. — Я не в обиде.

— Замерзла? — спросил я, заметив, что она дрожит.

— Ты хороший человек, — протянула Кейти,