— Каковы координаты этих руин? В чьих владениях они числились в былые времена? И для чего используются ныне? — будучи архиепископом Богини Вечной Ночи и ангелом соответствующей стези, Арианна владела изрядной толикой мощи Сокрытия. Оттого настоятельница не стала размениваться на пустяковые, разогревочные расспросы, с ходу взяв быка за рога, абсолютно не страшась малейших форс-мажоров.

Дух Кьюнаса Кольга забила мелкая, судорожная дрожь. Казалось, эта эфемерная оболочка вот-вот взорвется изнутри, разлетевшись на мириады осколков, однако в финале ничего так и не стряслось.

С мучительной заминкой генерал выдавил:

— Эти руины зарыты глубоко под землей, аккурат у отрезка реки Тассок в районе Стратвен. Там всё насквозь пронизано барьерами, наглухо отсекающими любые попытки прорицания и пророчеств.

«Отрезок Стратвен… А ведь это чертовски далеко и от той горы, где околачивался мистер А, и от того самого места, где ты благополучно испарился в воздухе… Ваша параноидальная бдительность воистину не знает границ. Да и этот фокус с точечной телепортацией оказался на порядок мощнее, чем я прикидывал…» — в разуме Клейна молниеносно, дюйм за дюймом вырисовалась кристально четкая карта северо-западных предместий Баклунда.

Кьюнас Кольг тем временем покорно продолжал вещать:

— В седую древность эта цитадель принадлежала «Кровавому Императору» Алистеру Тюдору. Что за чертовщина там творится нынче — для меня тайна за семью печатями. Доступ в самые недра мне заказан. Моя лямка сводится лишь к тому, чтобы сгонять туда разношерстными путями живой товар вкупе с мистическими материалами.

Услышав имя «Кровавого Императора» Алистера Тюдора, Арианна погрузилась в глухое, свинцовое молчание. Лишь спустя пару-тройку томительных секунд Она обронила:

— Какой именно оккультный скарб ты стягивал в эти катакомбы?

На сей раз Кьюнас Кольг даже не пытался брыкаться. Он педантично, пункт за пунктом, выложил всё как на духу. В его списке фигурировали поистине промышленные объемы ртути, железной руды и целая россыпь ритуальных ингредиентов из самых разных доменов. Клейн, вслушиваясь в эту тарабарщину, отчаянно силился выудить хоть крохи полезной информации, но с треском провалился: ассортимент оказался до смешного всеобъемлющим, годным абсолютно для чего угодно.

«Воистину, виртуозная конспирация. Щедро засыпать горами мусора те самые, стержневые компоненты, дабы наглухо скрыть истинные мотивы… И даже приставленный к делу полубог ни сном ни духом не ведает, ради чего горбатится… До боли смахивает на фирменный почерк кукловодов из Пути „Зрителя“. Многоходовочка Алхимии Психологии?» — Клейн едва заметно кивнул, сплетая воедино эти дерзкие гипотезы.

Арианна, судя по всему, тоже не нащупала в этом перечне железобетонных зацепок, плавно сменив вектор допроса:

— А сам ты выстраивал какие-либо догадки насчет их затей? В чем, по-твоему, кроется суть?

— Истинно так. Моя интуиция шепчет, что они вгрызаются в землю ради раскопок некой реликтовой диковинки, параллельно обустраивая вокруг нее жертвенный алтарь, — чеканя слова, выдал свой вердикт Кьюнас Кольг.

Арианна в абсолютном безмолвии смерила его тяжелым взглядом сверху вниз и продолжила:

— Чьим приказом ты был втянут в эту возню вокруг подземных руин?

— Кто из вашей своры обладает правом спускаться в самые недра?

Дух Кьюнаса Кольга вновь забился в безмолвных, мучительных конвульсиях, однако и на сей раз никакой фатальной аномалии так и не последовало.

С тяжелой заминкой он признался:

— Я исполняю волю самого монарха. Лишь благодаря Его Величеству, милостиво пожаловавшему мне рецепт, материалы и сам шанс, я сумел вознестись на полубожественную ступень. Вдобавок он одарил меня «Концертом света и тени». Эта реликвия позволила мне виртуозно разыгрывать из себя заурядного мага пятой Последовательности, не тая в рукавах своей истинной, сокрушительной мощи.

— Помимо самого монарха, переступать порог глубочайших катакомб дозволено лишь двоим полубогам голубых кровей. И это — принц Гроув вкупе с герцогиней Джорджиной.

«Сплошь выходцы из династии Август… Впрочем, арсенал августейшей семьи явно не ограничивается этой жалкой парочкой полубогов… Да и мисс „Справедливость“ плавает в их подноготной: упоминала лишь, что те на дух не переносят светские рауты, а свои кресла в палате лордов давно спихнули отпрыскам… Хм, шагнув на полубожественную ступень, даже не обзаведясь талантами к бессмертию или вечной молодости, прокоптить небо сотню-другую лет — плевое дело. Подобным мастодонтам и впрямь не с руки тянуть лямку на казенных постах, денно и нощно мозоля глаза публике…» — Клейн отчаянно зарылся в чертоги памяти, однако так и не выудил больше ни единой стоящей зацепки.

Арианна, выдержав короткую паузу, внезапно поинтересовалась:

— Доводилось ли тебе пересекаться в этих недрах с Коренсом?

— И кто это, во имя всех богов, такой? — с искренней, неподдельной растерянностью ответил вопросом на вопрос дух Кьюнаса Кольга.

Настоятельница благоразумно оставила его недоумение без ответа, продолжив допрос:

— А помимо них, чьи еще лица попадались тебе на глаза в этих катакомбах?

Кьюнас Кольг, всё так же пребывая в послушном, слегка отрешенном состоянии спиритического транса, монотонно отчеканил:

— Захаживали туда и адепты Секты Демонессы вкупе с посланниками Алхимии Психологии. От первых поначалу отиралась «Соловей Отчаяния» Панатия, а как только Великий баклундский смог отгремел — ее сменила «Белая Святая» Катарина. Что же до вторых, их интересы представлял Хевен Рамбис.

— И они спускались в самое сердце руин? — с параноидальной дотошностью выпытывала Арианна.

— Понятия не имею. Я ведь не ходил за ними по пятам как привязанный, — дух отрицательно мотнул головой. — По крайней мере, всякий раз, когда наши пути пересекались, они ошивались исключительно на внешнем периметре.

Арианна забросила еще пару-тройку удочек, отчаянно силясь прощупать подноготную этого заговора с иных ракурсов и вылепить более-менее стройную картину. Увы, всё кричало лишь об одном: монарх Георг III соткал воистину безупречный, не имеющий ни единой бреши капкан. Даже матерый полубог калибра Кьюнаса Кольга барахтался в неведении, владея лишь жалкими крохами информации о своей собственной лямке. Его воля была наглухо скована жесткими рамками дозволенной зоны, а доступ к сокровенным тайнам — перекрыт.

Погрузившись в недолгие раздумья, Арианна плавно развернула правую ладонь. Едва Она легким, невесомым жестом опустила руку, как призрачный дух Кьюнаса Кольга послушно втянулся обратно в бездыханную плоть. Бразды правления марионеткой тут же вернулись в стальную хватку Клейна.

Сыщик не удержался от мысленного, полного искреннего трепета вздоха:

«Воистину, власть Сокрытия — это просто запредельная, пугающая мощь! Вздумай госпожа Арианна в один прекрасный день устроить негласный допрос моим куклам, я бы даже ни сном ни духом не почуял подвоха…»

В этот самый миг Арианна вполоборота развернулась к юноше, застывшему