Шрифт:
Интервал:
Закладка:
– Я рядом. – Стхану взял мокрую от пота ладонь девушки в свою. – Я тебя не оставлю. Если что – зови. – В его глазах мелькнули насмешливые огоньки. – Но не буду же я с тобой каждую минуту, даже когда ты в душе или переодеваешься? А сказку на ночь могу рассказать разве что страшную или скучную.
Лила рассмеялась. К ней начали возвращаться силы. Удивительным образом телохранитель ухитрился пробудить ее к жизни даже без сказочного поцелуя. Хотя… это было бы чудесно!
– Хорошо, – кивнула девушка послушно. – Я приведу себя в порядок и позову. Хорошо бы обсудить дела…
Стхану кивнул и направился к двери, соединявшей его номер с номером подопечной. Он специально снял такой, чтобы в любой момент прийти на выручку. Местной охране он резонно не доверял. Уже на пороге Лила окликнула его. Мужчина обернулся и бросил на нее вопросительный взгляд. Девушка закусила губу. Ей хотелось сказать ему что-то важное, но она не могла подобрать слов, потому что даже себе еще не объяснила эти чувства.
– Стхану… – Лила помедлила, а потом произнесла невпопад: – Если встретишь Анила и Девдана, скажи им, пожалуйста, чтобы не беспокоились. И передай мою благодарность за помощь.
– Если встречу, передам, – согласился мужчина и добавил: – Но будет лучше, если ты сделаешь это лично. Им будет приятнее.
Лила не стала спорить: Стхану прав. Передача слов благодарности через посредника слишком явно показывала ее нежелание их больше видеть.
Хлопнула дверь. Лила села на постели, поджав губы и надув щеки. Она сердилась на себя за слабость и особенно за то, что выставила ее напоказ, пусть и не специально. Надо было все хорошенько обдумать. Утреннее сообщение из академии, которое она так ждала, теперь грозило нарушить все планы. Ректорат сообщал, что она успешно сдала экзамены, причем на высший бал, так что ей назначили стипендию и с нетерпением ждали к началу учебы.
Еще совсем недавно такая новость заставила бы ее прыгать от счастья, но теперь… После трагической гибели родни жизнь переменилась. Больше всего на свете сердце девушки жаждало справедливости. Она считала своим долгом найти и наказать преступников. А значит, она не оставит дело даже таким перспективным следователям, как ее новые знакомые. Оно стало ее личным. Конечно, она – чужой человек, иностранка по документам, и местная полиция едва ли пожелает видеть такого человека в следственной группе… Но она же родилась здесь! Значит, имеет такие же права, как и прочие граждане. Разумеется, придется повозиться и уладить некоторые формальности… но результат точно того стоит!
Лила схватила со стола смартфон и прокрутила список контактов. Она терпеть не могла пользоваться семейными связями и деньгами. Всего привыкла добиваться сама. Но если того требует дело – готова разок поступиться принципами. Сейчас, когда на нее неожиданно обрушилось наследство, очень хотелось найти применение оплаченным кровью деньгам. Ее нынешнее положение открывало почти безграничные возможности, но полагаться только на это девушка не собиралась. Надо посоветоваться с Сирилом и Стхану. Прежде всего необходимо, чтобы ее включили в состав группы. А со строптивыми компаньонами она как-нибудь договорится… когда просто поставит их перед фактом.
Лила сидела на диване, опустив руки между коленей. Стхану расположился напротив, скрестив руки на груди. Оба молчали. После обряда девушка вообщебыла не склонна болтать: слишком много тяжелых мыслей вилось в голове. Она сделала то, что должна была, и боль отступила, но ее место начал медленно, но верно занимать гнев. И жажда отмщения. Кошмары, вопреки ожиданиям, также не прекратили ее терзать. Только теперь они изменились: вместо воспоминаний о взрыве, рек крови и вида обезображенных тел возникали странные пейзажи и незнакомые лица. Явно из дальнего прошлого или даже из легенд… а еще был огонь. Языки его вздымались выше человеческого роста, окружали ее плотным кольцом, но не обжигали. Девушке казалось, что она идет сквозь пламя, которое танцует вокруг, подобно живому, разумному существу. А еще снилась картина, как она касается поленьев и те мгновенно вспыхивают.
– Что теперь планируешь делать? – вопрос телохранителя был скорее дежурным, чтобы начать разговор. – Вернемся домой, – более настойчиво заявил он, не дождавшись ответа. – Тебе нужна передышка. Да и с делами и учебой неплохо бы разобраться.
Лила молчала еще минуту или две. Она колебалась, и Стхану ее не торопил. Наконец девушка подняла голову и посмотрела на собеседника в упор.
– Нет, – уверенно произнесла она.
Это был неожиданный поворот. Еще совсем недавно девушка мечтала уехать и обо всем забыть. Стхану нахмурился. Он и так делал это нечасто, а теперь и вовсе не скрывал недовольства. Мужчина приблизился, взял ее ладони в свои и пристально заглянул в глаза. Девушке показалось, что он сейчас способен прочесть самые сокровенные ее мысли.
– Ты действительно этого хочешь?
Лила глубоко вздохнула и кивнула.
– Да. Это больно, но я должна… нет, я просто обязана во всем разобраться.
– Месть – не лучший выход, – укоризненно покачал головой Стхану.
– Дело не в мести, – упрямо возразила Лила. С каждой фразой ее решимость крепла. – Я хочу справедливости. А еще… – Она сделала паузу, выбирая слова, к каким сложно было бы придраться. – Еще я хочу найти ответы. Отец не зря позвал меня именно сюда, в Индию. Он желал, чтобы я узнала правду. Сама. Без подсказки. И я хочу того же.
Стхану долго молчал, потом вздохнул и произнес с явным неодобрением:
– Что ж, раз ты так решила, мы остаемся. Но обещай мне, что будешь очень осторожна и не ввяжешься в сомнительные авантюры.
Лила прикусила язык. Ведь именно это и стояло в ее плане одним из первых пунктов!
– Я буду осторожна, – наконец произнесла она. – Но я собираюсь присоединиться к Пателю и Сингху и помочь им с расследованием. Мне не обойтись без них, а им – без меня.
Мужчина снова скептически скрестил руки на груди.
– Ты же с ними не ладишь, – заметил он насмешливо.
– Справлюсь, – уверенно заявила девушка. – Какой же я профессионал, если пасую перед трудностями?
Стхану задумчиво усмехнулся, но теперь сложно было сказать, одобряет он такую позицию или нет.
– Ну, раз уж ты все равно не собираешься сидеть на месте, – предложил он, – почему бы