Мой пристальный взгляд послал кинжалы в сторону моего отца. Черт его дери. Он понятия не имел, через что мне пришлось пройти.

Когда наши взгляды встретились, я ожидал увидеть кинжалы в ответ. Я ожидал какой-нибудь необоснованной лекции о том, как мое имя ассоциируется с его компанией, и на самом деле это было его имя на фирменном бланке. Я ожидал чего угодно, только не того, что увидел. В ту долю секунды, как он вошел, высокомерного придурка, которого я ожидал, уже не было. В бледных глазах моего отца было что-то такое, чего я не видел уже много лет.

Эмоции. Беспокойство. Возможно, даже уязвимость.

— Диана, закрой дверь. Дай нам минуту, — Орен положил телефон в карман. — Ты не думал, что надо было начинать разговор со слов «Я нахожусь здесь»?

— Расскажи мне, что происходит. Не вешай мне лапшу на уши. Я хочу знать.

— Зачем?

Он подошел к креслу возле дивана. Тому, которым он всегда пользовался, тому, что стоит лицом к двери.

— Сын, это долгая история.

Глава 12

Александрия

Когда дверь открылась, Брайс встретился со мной лицом к лицу. На какое-то мгновение я забыла о том, что нужно идти; вместо этого я стояла, загипнотизированная лицом Брайса, точнее, большим яйцевидным выступом на его левой щеке. Я с трудом оторвала взгляд от багрового пятна возле его глаз. Как только это сделала, я прикусила зубами нижнюю губу.

— Извини.

Как только извинение слетело с моих губ, я пожалела, что произнесла это слово. Я не жалела, что ударила его головой. Мне было жаль, что он поймал меня, повалил на землю и возбудился. Мне было жаль, что я позволила ему организовать мой разговор с Делорис. Я могла бы продолжать и продолжать свои сожаления. Ударить его головой было не в их числе.

— Может быть, тебе стоит дважды подумать, прежде чем снова набрасываться на меня, — пожав плечами, с усмешкой добавила я.

Его глаза сузились, а голос понизился до шепота.

— Это еще один случай, когда тебе следует держать рот на замке, — сказал он, наклонив голову в сторону Алтона и Сюзанны.

Желчь закружилась у меня в животе, когда я вздохнула и шагнула через порог.

— Мама, — сказал Брайс.

Сюзанна кивнула.

— Я рада, что ты смогла прийти вовремя. Вижу, что твоя способность определять время улучшилась, Александрия.

Сука.

Я призвала свой самый любезный тон и даже позволила себе немного южного протяжного тона, чтобы подсластить свой ответ.

— Спасибо, что обратила на это внимание. Это было трудно без моего телефона, но, по крайней мере, часы в моей комнате работают.

— Хм, — сказала Сюзанна, поджав губы. — Ну, Брайс попросил, чтобы мы оставили вас с отцом наедине. — Она посмотрела на сына. — Он надеется, что с меньшим количеством отвлекающих факторов ты поймешь.

Я была в странном затруднительном положении. И не хотела, чтобы здесь присутствовали Сюзанна и Брайс, но и не хотела оставаться наедине с Алтоном. Вчера Брайс заступился за меня перед ним. Я никогда не видела, чтобы кто-то так делал, даже моя мать. Но это вовсе не означало, что я хотела признаться, что хочу видеть его здесь.

Вместо этого сосредоточилась на своем возмущении их инсинуациями.

— Я способна понять, отвлекает меня это или нет. Абсурдная информация, которую мне представили ничтожно мала.

— У меня нет в запасе целого дня, — объявил Алтон, усаживаясь за стол.

То что это произойдет за столом – еще одна серая зона для меня. Каждое незнакомое движение, казалось, сбивало с толку.

Брайс подошел ближе и взял меня за руку.

— Ты предпочитаешь, чтобы мы остались? Мне остаться?

Я не хотела, чтобы он спрашивал, и не хотела ни в чем признаваться. Убрав свою руку, я пожала плечами.

— Мне кажется, что я единственная, кто не знает всей информации. Просто скажи мне, как я могу увидеть свою мать.

— Это не... — начал Алтон.

— Они уехали, — перебил его Брайс. — Ты же сам показывал мне путевой лист.

Мое сердце упало от осознания, которое он так случайно обронил. Я действительно была здесь без них. Нокс и Делорес сделали то, о чем я просила, и оставили меня в покое. Я надеялась, что они поняли мое сообщение об Айзеке. Однако когда я оказалась лицом к лицу с этой комнатой, это уже не имело значения. Я была совсем одна. Я напомнила себе, что нужно сосредоточиться на своей матери.

Глаза Алтона прищурились на Брайса в каком-то невысказанном обмене репликами.

— Это не значит, что это безопасно, — наконец, сказал он.

— Мы возьмем охрану. Я не оставлю ее одну.

— Александрия, — сказал Алтон. — Сядь. Сначала о главном.

— Согласна, — согласилась я, усаживаясь в кресло напротив его стола. — Во-первых, ты обещал мне позвонить в Колумбию.

— Уже.

— Что? Что значит уже? Ты сказал, что я могу позвонить.

— День уже наполовину закончился. Я предполагал, что такое престижное учреждение, как колумбийский юридический институт, будет заниматься делами в более разумное время, и был прав.

— Что ты сказал?

Алтон откинулся назад и приподнял бровь.

— Это был интересный разговор. Я разговаривал с доктором Рено.

— Да, она мой куратор.

— Она с удивлением услышала от меня, опять же – твоего отца – согласно записи.

Мой желудок скрутило, когда я вспомнила, как говорила ей, что Алтон не имеет права ничего говорить обо мне.

— Ты должен понять, что я уже взрослая. И должна была позвонить сама.

— Хотя это и спорно...

— Это не так, — вмешалась я. — Разговор с родителями противоречит университетской политике. Она должна поговорить со мной.

Он махнул рукой.

— Эта тема не имеет отношения к делу. После краткого обсуждения и напоминаний ситуация разрешилась. Сейчас ты находишься в семейном срочном отпуске.

— И что это вообще значит? Как это повлияет на семестр? — паника наполнила мою кровь. — Я не могу уйти в отпуск. Могу закончить здесь. Можно смотреть лекции онлайн и общаться со своими преподавателями по электронной почте и телеконференциям. У меня осталось чуть больше месяца до конца семестра. Я не под...

Алтон поднял руку.

— Достаточно. Я об этом позаботился.

— Правда, дорогая, — сказала Сюзанна, и ее слова снова наполнились