приходили в лес уже не раз. Со мной не было тебя, и тем не менее я жив.

Кара упрямо скрестила на груди руки.

– И как дорого тебе обходилось твое выживание? – Она пронзила меня зорким взглядом. – Долго потом кости по лесу собирал?

Дьявол, а она хороша! Схватки с вампирами каждый раз обходились мне большой кровью. Последний раз, когда Сайлас приволок мою окровавленную задницу из леса, я несколько дней провалялся без сознания, пока не зажили раны. Одолеть одного вампира не стоило труда, даже десяток, но вот большее количество уже сулило проблемы. Сколько ублюдков притащилось в мой Двор на этот раз, я не знал.

Кара, видимо, правильно истолковала мое молчание. С ее губ сорвался скептический смешок, он без слов красноречиво говорил «так я и знала».

Я вздохнул, понимая, что этот спор я проиграл. Да и был ли у меня против ведьмы какой-нибудь шанс? Я знал ее каких-то пару дней и уже был готов сделать все, о чем она меня попросит. Лишь бы вновь ощутить на коже тепло ее рук. Меня никто не касался так уже целую вечность.

Я мысленно усмехнулся, вот только усмешка вышла горькой. Я был принцем неблагих фейри, наследником престола, и, даже сраженный проклятием, мог позволить себе почти все, что хотел. И при этом я истосковался по чему-то такому простому, как прикосновение. Шутки судьбы порой невероятно жестоки.

Не в силах сдерживать себя, я инстинктивно надвинулся на Кару. От неожиданности она попятилась, прилипнув лопатками к стене. Я тут же поймал ее в ловушку из своих рук, упершись ладонями в камень по обе стороны от ее головы. Сверля ведьму пристальным взглядом, я мрачно проговорил:

– Это будет опасно. Чрезвычайно опасно. Ты еще не умеешь контролировать свою магию. Поэтому ты сделаешь все в точности как я скажу.

Кара с готовностью закивала. Твою мать, я не знал, что меня заводило больше, когда она до воплей спорила со мной или когда проявляла просто невиданное послушание!

– Мы пойдем на разведку, – проговорил я. – Посмотрим, сколько их, узнаем, что сможем, и вернемся обратно. И уже тогда будем решать, как поступить.

Каре хватило пары секунд, чтобы обдумать мои слова.

– Хорошо, – твердо сказала она.

Я наклонился ниже, сократив пространство между нами так, что я смог различить синие крапинки в ее бездонных глазах.

– Поклянись.

Готов был поспорить, когда я оказался так близко, ведьма задышала чаще. Теперь уже ее взгляд коснулся моих приоткрытых губ, и я не смог скрыть наглой дьявольской усмешки.

– Клянусь, – решительно изрекла она.

И я насилу удержался от того, чтобы не впиться в ее алые губы.

Глава 21. Кара

Деревья ворчливо скрипели узловатыми ветвями над нашими головами. Шелест блеклой черной листвы походил на сиплое перешептывание злобных духов. Из трещин в корявых стволах сочилась зловонная гниль. То и дело из дремучей чащи доносились леденящие сердце завывания проклятых тварей.

Бран ступал по лесу неслышно, как истинный фейри. Я старалась следовать его примеру и большую часть пути хранила мертвое молчание. Но неведение медленно сводило меня с ума. Наконец, я не выдержала и обернулась к принцу.

– Вампиры… – выдохнула я. – Что они здесь забыли?

Бран скользнул по мне темным задумчивым взглядом.

– Сперва приходили за золотом, – ответил он. – Драгоценностями. Всем, что, по слухам, можно украсть. Потом мне стало известно, что правитель вампиров положил глаз на наши земли. И эти ублюдки поставили новую цель.

Я нахмурилась.

– Какую же?

Он поглядел на меня так, точно я сморозила какую-то глупость.

– Решили меня убить.

Я опешила.

– Но зачем это им?

Бран пожал плечами.

– Вампиры веками жаждали жить бок о бок с людьми. Иметь легкий доступ к свежей крови. А не будет меня, не будет проклятия, на этих землях можно будет снова жить. Их можно будет отнять, заселить.

– Кто сказал, что с твоей смертью проклятие потеряет силу? – изумленно выпалила я.

– Никто, – отозвался Бран. – Но это не лишено смысла. Так уже случалось прежде: когда иные ведьмы накладывали другие проклятия. Вот вампиры и открыли на меня охоту.

Я стиснула зубы, но смолчать все-таки не смогла. По-змеиному прошипела:

– Грязные ублюдки.

Фейри хмыкнул, как вдруг взгляд его ожесточился.

– Может, так было бы лучше, – тихо проронил он.

Я окинула его недоверчивым взглядом и сдвинула брови.

– О чем ты?

Он снова пожал плечами, равнодушно, точно ему было наплевать.

– Двор и лес Кровиан отравлены уже много лет. И если с моей смертью это наконец-то закончится… что ж, так тому и быть.

Я не поверила своим ушам. Я могла свыкнуться с резким Браном, язвительным, циничным, плюющимся ядом и сарказмом. Но не Браном, доведенным до отчаяния и готовым опустить руки. Нет, этот образ ему совершенно не шел.

Возможно, я впервые остро осознала, как бесконечно тяжело ему дались эти годы, в одиночестве, в гнилом лесу. Он целую вечность страдал от проклятия, мучимый отчаянной надеждой, что каждый день утекала сквозь пальцы капля за каплей.

Но мне все равно захотелось стереть это обреченное выражение с его лица, как следует встряхнуть Брана, напомнить, что он, дьявол побери, принц неблагих фейри, наследник престола, целого Двора и не имеет права сдаваться! Вот только жалости он от меня не получит. Нет ничего более дерьмового, чем жалость.

Я схватила его за руку. Непроглядные предгрозовые глаза тотчас поймали мой взгляд.

– Считаешь, вампирам стоит помочь? – Я дерзко изогнула бровь.

На лице фейри проступило замешательство. Хорошо. Все лучше, чем отчаяние.

– Помочь? – эхом отозвался он. – С чем?

– Убить тебя, – невозмутимо заявила я. – Решим все проблемы одним махом. Проклятие падет, мой брат наконец-то освободится.

Взгляд фейри сделался недоверчивым, а потом в нем вспыхнула злость. Очень хорошо. Злость нужна ему, чтобы справиться со всем этим кошмаром.

– С ума сошла?! – прорычал он.

– А ты – нет? – рявкнула я в ответ, поймав его ошарашенный взгляд.

Гнилые кости, давно меня так никто не бесил!

– Считаешь, имеешь право отчаиваться и жалеть себя? Ты наследник престола, дьявол тебя разорви! – Я резко толкнула его в грудь.

Не ожидая этого, он пошатнулся. При других условиях я бы эту махину и с места не сдвинула.

– Не. Смей. Падать. Духом, – шипела я, выплевывая ему в лицо слова, сопровождая каждое новым ударом в грудь. – Иначе, клянусь Богиней, я сама тебя убью!

Я вновь взмахнула руками, но фейри их перехватил. Его крепкие шероховатые пальцы сжались на моих запястьях. Угольно-черные глаза медленно прошлись по моему лицу, впитывая каждую черточку. Взгляд