Я была зла на Диму. Сама понимала, что это неправильно и он даже не знает причины моего раздражения, но ничего не могла с этим поделать. Меня глушила обида за то, что он совсем меня не замечал, за то, что его якобы девушка на меня накричала, за то, что из ресторана ушла тоже по его вине.

— Олененок, ну как тебя угораздило-то, а? В свой последнем звонке загреметь в отделение полиции.

— Не называй меня так.

Дима хотел что-то сказать, но в этот момент открылась дверь, и в салон сел Егор.

— Значит так, родителям я рассказал, но попросил тебя сильно не ругать, однако будь готова к разбору полетов. Как так вообще получилось?

— Давай потом, Егор. Я устала.

Я прислонилась головой к прохладному стеклу и снова задремала.

Глава 21

Разговор с Настей был длинный и тяжелый. Папа еще держал себя в руках, а вот на маме совсем лица не было. Егор не встревал, только изредка просил отца не кричать. Родители сильно испугались, осознав, что их дочь куда-то исчезла с вечера. Телефон остался в ресторане. Никто ее не видел и не слышал. А потом Егор позвонил и сказал, что с Настей все хорошо и она сейчас в отделении полиции. Две противоречащие друг другу части предложения. Он с трудом уговорил родителей не ехать за ней, так как сам заберет Настю.

Сестра была чересчур молчаливой и поникшей. И что-то Егору подсказывало, что это не потому, что родители разозлились или выпускной накрылся. Здесь было что-то другое.

— Ты поняла меня, Настя? — сказал папа, видимо, завершая свою тираду.

— Да, пап. Я пойду в комнату. Еще раз извините.

Егор проводил сестру взглядом и, допив чай, ушел на тренировку. Машину он сегодня вел резче, чем обычно. Мысли о Насте и вчерашнем инциденте не давали ему покоя. Сестру он всегда сильно чувствовал на эмоциональном уровне, поэтому, когда ей было плохо, Егор тоже это ощущал.

Концентрации сегодня не было никакой. Все словно из рук валилось. Егор вышел с тренировки, чтобы зайти в ближайшее кафе, выпить убойную дозу кофе и перекусить, надеясь, что хоть это поможет привести мысли в порядок.

Ближе к обеду людей с каждой минутой прибавлялось. Кто забегал за легким перекусом, кто за тем, чтобы взять кофе и снова куда-то убежать. Нескончаемый поток людей, на который Егор даже не обращал внимания. Он ковырялся в своей тарелке и изредка поглядывал на телефон, будто ждал от кого-то звонка.

— Извини, можно присесть? — Егор поднял голову и увидел, что рядом с его столиком стоит девушка, невысокая, с легкими веснушками на лице. Ее кудрявые русые волосы были собраны в пучок, и некоторые особенно непослушные пряди торчали, как антенки.

Он оглядел небольшое помещение и, убедившись, что пустых мест и правда нет, одобрительно кивнул. При всем очаровании этой девушки сегодня Егор не искал приключений и не испытывал желания с кем-то знакомиться.

— Я, наверное, тебе помешала. Прости, не хотела. Просто я всегда хожу в это кафе, а сегодня так много людей, что даже мое любимое место заняли.

— Забей. Я почти доел, так что скоро ухожу.

— Меня Лиза зовут. А тебя?

— А я, когда ем, глух и нем. — Если он был не в настроении, попасть под шквал недовольных фраз мог каждый. Ну, кроме Насти.

— Ясно. — Лиза опустила глаза в телефон в ожидании своего заказа и больше не стала задавать вопросов.

Егор почувствовал себя виноватым. Эта девушка была совершенно ни при чем. И при других обстоятельствах он был бы даже рад пообщаться с ней.

— Меня Егор зовут. И я не хотел тебя обидеть. Извини.

От этих слов она снова просияла.

— Ничего страшного. Видимо, у тебя что-то случилось, вот и срываешься на всех. У меня тоже такое бывает, но я предпочитаю выражать все свои эмоции в картинах.

— Ты художница?

— Можно сказать и так. Я на третьем курсе художественного университета. А хочешь, я тебя нарисую? — спросила девушка, и от этой мысли у нее загорелись глаза.

— Я не думаю, что подхожу на эту роль. Из меня модель не очень.

— Ты не прав. Ты очень красивый, Егор. У тебя четкие и острые черты лица, спортивная фигура, длинные пальцы и глаза невероятно выразительные. — Лиза говорила это таким тоном, будто находилась под гипнозом.

— Может быть, в следующий раз. Эм-м, мне, наверное, уже пора, пока, Лиза. Было приятно познакомиться.

Когда Егор вставал из-за стола, девушка неожиданно схватила его за руку.

— Постой, давай обменяемся номерами? Не буду скрывать, ты мне очень понравился.

Поразмыслив несколько секунду, Егор достал телефон, вбил цифры, которые она ему продиктовала, и назвал свой номер. Может, день сегодня начался так себе, но сейчас у него заметно поднялось настроение. И причиной этому стала незнакомая девушка с невероятными пышными ресницами и нежно-розовыми от природы губами. Егор заметил, что на ней не было ни грамма косметики, но она все-равно показалось ему красивой. Как с картинки.

— Егор, привет. Хотел узнать, как у вас там дела? — Дима позвонил ему, когда тот выходил из кафе.

— Нормально, если можно так сказать. Настька, правда, под домашним арестом на первый месяц лета, но это, наверное, даже к лучшему. У нее экзамены на весь июнь растянулись, поэтому будет готовиться.

— Да, жалко, конечно, весь июнь дома сидеть. И последний звонок не удался. Мне кажется, у Насти что-то случилось.

— Да, мне тоже так кажется, но не буду же я лезть к ней с расспросами. Надо будет — сама расскажет. Кстати, ты поверишь мне, если я тебе скажу, что мне предложили стали моделью для картины?

Егор услышал, как на другом конце провода Дима поперхнулся и стал откашливаться.

— Ты меня не разыгрываешь? — друг бессовестно над ним смеялся.

— Нет. Не разыгрываю. Сейчас встретил в кафе девчонку, она художница, и она сказала, что у меня внешность, которая так и просится на холст.

— Ну даешь. И что, согласился?

— Дим, ну какой из меня натурщик? Хотя девочка красивая. Выделялась среди других.

— Смотри не влюбись.

— Кто, я? Ты вроде меня хорошо знаешь.

— Оттого так и говорю. Ты только притворяешься с девушками хладнокровным, а у самого эмоции так и кипят.

— Но ты же прекрасно понимаешь, что все мои отношения были не долгосрочными.

— Это до тех пор, пока ты не встречаешь одну и не забываешь про всех остальных.

— Ну, мы еще посмотрим.

День летел быстро. Погода стояла теплая, и солнце грело