стоила одна его моральная нечистоплотность в отношении с женщинами, которые особенно не приглядно смотрелись после появления летом 1944 года Указа Президиума Верховного Совета СССР. Да и боевые награды его фронтовой жены не очень хорошим делом. Откровенное мародерство в послевоенной Германии то же не было секретом для служивших там.

Но он был военным символом великой Победы Советского Союза и всё это сошло ему с рук. А главной причиной так называемых «гонений» на маршала после сорок пятого были бонапартистские замашки, появившиеся у маршала сразу же после войны.

Реальные факты, подтверждающие это, сразу же были зафиксированы органами СМЕРШа и доложены по команде и Верховный главнокомандующий принял решение перевести маршала Жукова из Германии в Москву.

Информация поступающая по различным каналам товарищу Сталину сразу же после войны просто кричала, что промедление смерти подобно. В США тинианская катастрофа в итоге подстегнула развитие военно-промышленного комплекса, которое хорошо маскировалось внешней миролюбивой риторикой и вроде бы продолжающимся сотрудничеством бывших союзников. Но её первым, пусть и краткосрочным, эффектом была остановка ряда военных программ США.

И уже осенью сорок пятого было решено начать масштабную реформу государственного управления СССР для ускорения процессов восстановления страны. Наркоматы стали министерствами, многие из них были существенно реформированы.

Одним из её направлений стала военная реформа. В сентябре сорок пятого были упразднены Государственный комитет обороны и Ставка Верховного Главнокомандования. Накануне ноябрьских праздников 1945 года Наркомат обороны Наркомат Военно-Морского Флота объединили в единое Министерство обороны и появилось название Советская Армия. Его первым руководителем стал товарищ Сталин.

Во временном разброде и шатании в американской авиации и сбое атомной программы после тинианской катастрофы товарищ Сталин увидел шанс уменьшить отставание Советского Союза в военной сфере в целом и особенно в этих областях.

Появление реактивной авиации, ракетной техники и ядерного оружия уже свершившийся факт и он требовал изменения всей структуры войск. Поэтому перед седьмым ноября сорок пятого было не только переименование нашей армии и создание Министерства обороны.

В этот же день официально появились советские Сухопутные войска, Главнокомандующим которых стал маршал Жуков, Войска ПВО страны как самостоятельный род войск, командующим которых был назначен маршал Говоров, и было принято решение о формировании 72-ой инженерной бригады особого назначения в составе Группы советских войск в Германии.

То, что на Запад сумел уйти только Вернер фон Браун, а почти все его сотрудники, а самое главное вся самая ценная техническая информация о ракетной программе третьего рейха оказалась в распоряжении Советского Союза. Созданный осенью 1945 года в городе Нордхайзене в окрестностях Эрфурта секретный советский ракетный институт на основе немецкой Фау-2 начал работы по созданию советских баллистических ракет, которому была придана специальная воинская часть, сформированная 72-ая инженерная бригада особого назначения в составе Группы советских войск в Германии. А в мае 1946 года появился полигон Капустин Яр.

Проблемы в советской военной авиации и недостатки в её руководстве остро проявившиеся сразу же после окончания войны, были объективной реальностью и «авиационное дело» просто не могло не возникнуть.

Но никакого «трофейного» дела не было, как и компании по компрометации маршала Жукова. Поэтому результатами разбора положения дел в отечественное военной авиации оказались не тюремные сроки, а административные и партийные меры. Командующий ВВС маршал Новиков был снят с занимаемой должности и понижен в звании, а нарком Шахурин в итоге стал не министром авиационной промышленности, а одним из заместителей своего сменщика Михаила Васильевича Хруничева. Маршал авиации Худяков вообще не привлекался в ответственности по этому делу, так как не было пропажи в 1945 году пропажи «золотого» самолета бывшего императора Маньчжоу-Го Пу И.

Все эти события первых послевоенных лет внушали оптимизм Георгию Васильевичу Хабарова и в его душе все больше и больше появлялась надежда, что советская история пойдет немного по другому пути, отличному от того, что он знал.

Глава 12

В истории знакомой мне по памяти Сергея Михайловича был послевоенный голод в СССР, денежная реформа и отмена карточек в декабре 1947 года. Конечно никакие мои самые героические усилия не могли предотвратить голод в масштабах страны или уменьшить недостатки изъяны денежной реформы и отмены карточек в ходе которых цены на те же продукты питания в целом повысились. Но вот в нашем Сталинградском крае у меня получилось сделать многое.

Первое, что я сделал, было максимальное создание запасов продовольствия осенью сорок пятого когда мы собрали рекордный урожай в нашей региональной истории. При чем не только в бывшей Сталинградской области, где это было предсказуемо после всех положительных изменения уже произошедших в области за последние два года.

Нам удалось максимально мобилизоваться и грамотно провести уборочную во всех хозяйствах края. В бывшую Астраханскую и западноказахстанской области своевременно пришел дополнительный автотранспорт и оперативно перебрасывалась уборочная техника, которая освобождалась в хозяйствах Сталинградской области.

Валерий Павлович сумел так организовать работу, что в области уборочная прошла очень организованно и самое главное с опережением сроков и уборочная техника сталинградских МТС успела помочь соседям.

Но главный упор я сделал на другое.

Одной из причин дефицита продовольствия в стране была проблема с хранением урожая. Потери на элеваторах и в различных хранилищах были иногда такими, что буквально ситуация балансировала на грани катастрофы.

Мой уже фирменный стиль работы опять выстрелил осенью сорок пятого и в первой половине сорок шестого. Наша предельная мобилизация сил и средств в строительстве позволила построить за это время значительное количество новых элеваторов и зернохранилищ, и отремонтировать все имеющиеся, существенно модернизировав часть из них.

В итоге проблема сохранности собранного урожая к осени сорок седьмого у нас была снята с повестки дня.

Отношения между бывшими союзниками постепенно стали возвращаться на круги своя, итоги Второй Мировой в нынешнем варианте истории оказались мягко говоря не такими благоприятными для США и Великобритании, как они были известны товарищу заслуженному строителю РФ и их перевод нас из союзников во враги проходил труднее и более медленно.

Но всё равно происходил, просто многие события итогом которых стала известная Сергею Михайловичу «холодная война» произошли позднее и все разворачивалось медленнее, а кое-что сильно иначе.

Это в частности произошло с продовольственной помощью. Наши американские друзья Генри Эванс и Билл Уилсон были своими для американского истеблишмента и хорошо знали правила игры. Они отлично видели и понимали какими будут отношения СССР и США через несколько лет и не питали иллюзий, что экономические отношения их фонда с нами останутся такими же как они сложились к концу войны.

Поэтому они развернули