припарковался на обочине грунтовой дороги в тени большого раскидистого дуба. Мы вышли на свежий воздух, и чета Вороновых взялась отмывать грязь с номеров. А затем и вовсе драить кузов «газели». В результате чего синяя краска легко сошла, а под ней обнаружился блестящий белый слой.

— Особая разработка нашего НИИ. — выпятив грудь, сообщил Владислав. — Побочный продукт, но все же. Главное, чтобы не к тем людям не попала. — он хохотнул, подошел ко мне и снова протянул руку. — Влад. Приятно познакомиться.

— Т-079. — представился я и хотел уже ответить на рукопожатие, когда Елена снова нам помешала.

— Нет больше никакого Т-079! — заявила она, нахмурив брови. — Ты… — она перехватила взгляд мужа. — Ты Толя. Пока что Толя. А теперь давайте в машину. Нужно уехать подальше. Не пропусти поворот в Сясьстрое, а то выйдет как в прошлый раз. Черт, у меня коленки до сих пор трясутся! Как вы можете быть такими спокойными?

Влад зачем-то мне подмигнул, и мы вернулись в салон. Прорвавшись через волну помех, включилось радио. Beatles задорно пели нам про желтую подводную лодку, а дорога уносила меня все дальше от НРЦЛНКС. От психушки. От места, где я провел всю свою жизнь после потери памяти. От привычного уклада и от так и не съеденных утренних тостов.

Наверное, другой на моем месте задавался бы вопросами вроде «Кто это такие?», «Куда меня везут?», «Зачем я им нужен?» и «Кто будет кормить моего кота, если я не вернусь?». Ну это если бы у него был кот. Глупо думать о коте, если у тебя его нет.

Мне же все это оставалось абсолютно до лампочки. Меня интересовала только Елена. Вернее то чувство, которое я испытал в палате в ее присутствии. Оно вспыхнуло и погасло, словно прихлопнутый тапком светлячок, но теперь я не сомневался, что пойду за ней, даже если меня насильно высадят из машины и попытаются уехать. Номера я запомнил, а дальше… Что-нибудь придумаю.

Высаживать меня никто не собирался и, мы продолжали жечь бензин над Мурманским шоссе, как его обозвал закрепленный на приборной панели навигатор. По правую руку, согласно карте, простиралась большая вода, но в окно я ее до сих пор так и не увидел. А жаль. Всегда хотел глянуть на море. Ну или хотя бы сопоставимое с ним по размеру озеро. Даже у психа должна быть мечта!

Вскоре телефон Елены разразился рингтоном птичьей трели, и девушка взяла трубку. Человека с той стороны я не слышал, однако, чтобы понять суть разговора, этого не требовалось.

— Да, я уже далеко.

— Нет, вернуться не могу. Лев Игоревич меня отпустил. А что случилось?

— Да что вы говорите⁈

— Какой кошмар!

— Даже так?

— Ужас.

— А еще кто-то пропал?

— И он тоже? Уже ищут? Вряд ли они могли далеко уйти.

— Я тоже так думаю.

— Да-да, я на связи. Завтра буду. Всего хорошего.

Елена шумно выдохнула. Владислав убавил радио.

— Представляете. — обратилась она уже к нам. — Из-за суматохи в том крыле сбежало еще трое.

— Нам же лучше. — отозвался Воронов. — Меньше подозрений.

— Это да, но один из них буйный…

— Лен, только, пожалуйста, не вини себя. У нас не было другого выбора. Ты же знаешь. А что до сбежавших пациентов, так…

— Поворот! — перебила его медсестра.

— Согласен, поворот неожиданный. Мы так не плани…

— Да нет же! Ты поворот пропустил! Опять!

— Черт! Прости! Сейчас развернусь где-нибудь…

— Вот так и живем. — улыбнулась мне девушка, а в ее глазах заплясали какие-то особенные искорки. — Но ничего, привыкнешь. Главное, что теперь ты не один. И больше никогда не будешь один. Обещаю!

Я почему-то ей поверил.

Глава 3

Конечной точкой нашего маршрута стал небольшой населенный пункт Рыжково, вольготно раскинувшийся на берегу реки Сясь. По старой, растрескавшейся, но все-таки заасфальтированной дороге мы подъехали к одному из частных домов и остановились возле простого деревянного заборчика. Чисто номинального, не доходившего мне даже до пояса. Калитки же или ворот не наблюдалось вовсе.

Впрочем, у многих соседей забор отсутствовал в принципе. Как будто конкретно здесь, локально, победил коммунизм.

— Поезд прибыл на конечную станцию «Шашлычная». — гнусавым голосом провозгласил Владислав, заглушив двигатель. — Не забывайте свои вещи в… — он запнулся. — В общем, нигде не забывайте. Выходите. Я пока припаркуюсь.

— Пойдем, Толя. — поманила меня Елена, открыв дверь. — Это дача наших друзей. Они уже почти полгода в туре по юве.

— Юва? — не понял я.

— Не Юва, а ЮВА. Юго-восточная Азия. Сейчас в Тайланде, кажется, отмокают. А мы пока за домом присматриваем. И до Нарцеса отсюда добираться удобно — прямой рейс ходит. Утром и вечером.

Какая странная манера у нейро-типичных людей сокращать то, что сокращения не требует, и при этом рассусоливать многое другое, в уточнении не нуждающееся. Кучу раз замечал. Мне тоже так надо?

Дача представляла собой утопающий в зелени двухэтажный деревянный домик с мансардой, верандой и печной трубой. В паре мест пестрели алыми лепестками розовые кусты; груши и яблони предлагали отведать сочных плодов; вольготно раскинулись кабачки, за которыми, похоже, особо никто не ухаживал — чисто местный сорняк.

Огороды стояли заросшие травой, но в теплице, кажется что-то позревало.

Имелись на территории и другие постройки. Сарай, баня, мангальная зона. Из-за угла здания выглядывал кусочек небольшой детской горки. А охранял все это великолепие упитанный черный кот, с хозяйским видом обозревавший свои владения.

— Миленько. — выдал я емкий вердикт новому месту дислокации и, наклонившись, решил погладить кота. В психушке животные строго воспрещались.

Выгнув спину, кот грозно зашипел.

— Осторожно! Он не любит… — начала было Елена, но тут зверь сменил гнев на милость и сам подрез под мою руку. — … чужих. — закончила она.

— Баюн, ты чего? — укорил пушистика подошедший к нам Владислав. — А еще охранник!

— Наверное от меня каким-нибудь лекарством вкусно пахнет. — предположил я, водя пальцами по гладкой шерстке.

Краем глаза я уловил, что Лена бросила вопросительный взгляд на мужа, но тот решительно покачал головой из стороны в сторону. Девушка вздохнула и опустила плечи.

— Проходите в дом. — распорядился Воронов. — А я пока угли в мангал закину. Устроим приветственный пир из трех видов шашлыка! Толь, ты что предпочитаешь — свинину, баранину или курицу?

— Мясо на завтрак? — уточнил я.

— У кого завтрак, а у кого уже очень даже и обед.

— Давай я тебе пока кашу сварю. — предложила Елена. — Или хочешь бутерброды с чаем?

— Тосты. — попросил я.

— Можно и тосты.

— Нет, не можно! — решительно отрезал