Орлов назвал себя охране поместья и потребовал, чтобы его провели к главе администрации. Вместе с сопровождающими. Сотрудникам пришлось предъявить удостоверения — иначе было нельзя. Толстой встретил Орлова в холле и далее наш объект заявил следующее, я цитирую: «Думал, ваша аура будет грязнее, Владимир Николаевич. Позвольте поздравить с рождением потенциально Одаренной внучки — у нее сильный Дар. Видеть такое — это уже мой Дар. Неожиданно, понимаю. Я вернул себе родовую фамилию и теперь являюсь воспитанником детского дома Новая заря. Это моя близкая подруга — Боголюбова Евгения Альбертовна и она Эмпат. Когда вы захотите поговорить, граф, а вы захотите этого обязательно, то мой первый вопрос к вам будет такой — причастны ли вы к моей травле в доме Вальцовых? Как вы понимаете, он будет задан в присутствии Евгении, которая Прорвалась и стала Одаренной благодаря мне. Всего доброго. ».

Домрачев перевел дыхание:

— Толстой хотел воспрепятствовать уходу объекта, но наши люди вмешались. Серьезного столкновения удалось избежать с трудом, а потом дети были доставлены обратно.

— Кра-аси-иво. — протянула лейтенант.

— Согласен. — кивнул майор. — Вчерашний день показал, что Ефимов — превосходный тактик. Можно сказать, что умудрился сыграть с тремя силами разом и выйти победителем, оставив нас разбираться с последствиями.

— А я бы так не торопилась с выводами, товарищ майор. — мотнула головой лейтенант. — Скорее всего, эта операция инициирована Кольцовой.

— Или юным графом. — вставил хозяин кабинета.

Поймав три удивленных взгляда, он, наконец, позволил себе улыбнуться.

— Выясним завтра на месте. Готовьте группы захвата.

Глава 18

Договоренности

— Николай Егорович, а если всё-таки есть?

— Александра, давай не будем говорить глупости. Хорошо?

— Хорошо, Николай Егорович, а если всё-таки есть?

— Ладно, ладно. Мы так ни к чему не придем. Просто представь себе эти пыточные камеры? Всюду кровь и куски тел, а еще и бочки с кислотой — все это жутко воняет. Глаза щиплет и вообще кошмар. Такое не спрятать и вокруг здания вонища бы стояла жуткая. Представляешь себе пыточную?

— Конечно, представляю. — серьезно кивнула девчонка. — Когда в логове кривого за Плаксой прибирались… Ффе-е.

— А с вонью справиться легко и я даже в одиночку могу это организовать. — вмешался Казах. — Так что бочки с кислотой поставить можно и никто ничего не почует.

— Вы не говорите об этом, потому что дали подписку или сами пытали людей? — спросила Варька.

— Он соврать собирается! — с восторгом завопила Жука. — А детей пытать приходилось? Или баб беременных?

— Полевой допрос пыткой не считается. И что за бред про детей и беременных? — закатив глаза ответил Ефимов. — Давайте вернемся к теме урока.

— Ага, к теме урока. — буркнула Варька. — Тут комитетчики вокруг стадами бродят. А ну как в подвал потащат? Что делать-то тогда? Кого на помощь звать? Мне в прошлой пыточной не понравилось. Побросают в бочки и поминай как звали. Были и тю-тю.

— Я еще раз повторяю — нет там никаких бочек с кислотой!

— А вам знать откудова? Вы там были?

Я с улыбкой прислушивался к разговору. И даже не пытался вмешиваться — пусть Егорыч сам отдувается. Причем он прекрасно понимает — девичья лига атаковала его не потому, что действительно чего-то опасается, а потому что не хочет заниматься географией. Сейчас повыносят мозг директору половину урока, а потом все же вернуться к теме. Ничего особенного.

Тяжелые шаги в коридоре общего веселья не прервали, хотя все прекрасно понимали, кто это может там топать. Строители закончили свои дела в аккурат к нашему возвращению из Иркутска, а сборкой и расстановкой мебели занимались совсем другие люди. Так что эти шаги ждал не только я, но и каждый из стаи.

Дверь открылась, явив крепкого седовласого мужчину в годах, среднего роста с абсолютно нечитаемым лицом. Он уверенно вошел в класс и остановился у доски, внимательно изучая каждого из нас.

Причем он пришел не один. Следом за ним внутрь скользнула миниатюрная улыбчивая брюнетка, явно с кавказскими корнями. Последний из заявившейся троицы отличался от остальных своими габаритами, косым шрамом на скуле и очень дорогим костюмом. Даже не так — идеально подогнанной тройкой с висящей цепочкой карманного хронометра. Странная троица — какая-то не КГБшная.

Где серые плащи, не запоминающиеся лица и пронизывающие взгляды в переносицу?

— Здоровенный дядька — Эмпат! — громко заявила Жука, прервав молчание. — А седой не читается. Словно эм-м… мокрой ватой обмотан. Или даже липкой. Неприятно. Б-р-р.

Ну да. Пока гости молча изучали стаю, стая с интересом изучала гостей.

Вверх выстрелила рука Саньки и седой крепыш, наконец, соизволил начать знакомство.

— Меня зову Юрий Иванович Каворский и ни в подвале, ни под подвалом никаких бочек с кислотой нет.

Девчонка расстроенно сморщила мордашку, опустив руку, но теперь Варька решила задать вопрос. Однако Каворский не стал повторять ошибок директора и влезать в пыточную дискуссию.

— Николай Егорович, где мы можем поговорить?

— В моем кабинете, Юрий Иванович.

Ефимов поднялся и тяжело опираясь на неудобный костыль, двинулся на выход.

Я тоже спокойно встал и спокойно двинулся вперед, когда в спину прилетел вопрос.

— А нам что делать? — обиженно спросила Варька.

— Как что? — довольно приятным голосом изумилась черноокая КГБэшница и подмигнула сразу всему классу. — Я просто поражена вашим поведением, граждане. Самое удивительное учебное заведение в мире и что? Даже захудалая школа на отшибе имеет свой герб, а у вас? Ничего? Кто должен придумывать герб, если не вы?

Ошарашенные взгляды и раскрытые рты. Причем у всех и сразу.

Я-то почему забыл про столь важный атрибут? А еще графский род, воспитание, традиции… Прошляпил!

— Думаю, об учебном процессе на сегодня можно забыть. Герб — это серьезно. — с усмешкой сказал Ефимов, занимая место за столом в своем кабинете. — Простите, а вы…

— Лейтенант Сафарова Светлана Семеновна. — чуть шире улыбнулась девушка.

— Майор Троицкий Ипполит Павлович. — мягким баритоном представился здоровяк и с удовлетворением осмотрел крепкий стул у стола. — Я здесь не для вопросов, а исключительно ради того, чтобы засвидетельствовать истину. Молодой человек, снимите, пожалуйста, амулет.

— Ипполит Павлович, я прошу обращаться ко мне по имени и отчеству. — твердо заявил я, сев за стол. — Позвольте представиться — Орлов Андрей Михайлович.