любые динамо-машины и духовные течения, и задает ход событий в нашем мире, провоцируя непредсказуемые последствия. Глядя на желтый брусок, который лежал передо мной, холодный и не ведающий бога, я в полной мере осознал этот парадокс.

Вот такие странные чувства я испытывал в золотых долинах. Приехал я в надежде, что лучше пойму могущество и власть золота, если приближусь к его истоку, увижу его в истинных, чувственных формах. Но я никогда не ощущал всей несуразности этого преклонения так остро, как в ту минуту, когда без всякого трепета прикоснулся к желтому бруску золота, еще хранившему память о невидимой работе многих тысяч рук. Это был всего лишь холодный, твердый металл: ни вибрации, ни тепла не ощутили мои пальцы, не заструился по жилам жар, не осенило душу священное волнение. Я не мог понять, почему этому безумию служит то же самое человечество, которое способно создавать такие возвышенные, сияющие шедевры, как эти белеющие в горах церкви, и почтительно хранить в них земные ипостаси вечности: искусство и веру.

Полет над севером

Баия: верность традициям

С этого города началась не только Бразилия, но и – такое смелое заявление имеет под собой все основания – Южная Америка. Именно здесь была воздвигнута первая опора великого культурного моста, перекинувшегося через океан, именно здесь из европейского, африканского и американского первоматериала возникла новая, до сих пор плодотворно сбраживающаяся смесь. Так что чтите Баию, восхищайтесь ею: этот город обладает правом старшинства среди всех городов южноамериканского континента. С более чем четырехсотлетней историей, со всеми церквями, соборами и крепостями, Баия для Нового Света представляет собой то же самое, что для нас, европейцев, тысячелетние метрополии, такие как Афины, Александрия и Иерусалим, – культурную святыню. И как перед человеческим ликом, перед этим городом испытываешь благоговение, поскольку у него есть судьба, есть славное прошлое.

Нынче Баия держится словно вдовствующая королева – с царственностью шекспировских героинь. Она обручена с прошлыми эпохами. Уже давно передала она королевскую власть более молодому, нетерпеливому племени. Но от престола не отреклась: сохранила статус и вместе с ним – несравненное величие. Прямо и гордо глядит она с высоты на море, по которому не одну сотню лет шли к ней на поклон корабли; она всё еще носит старинные ожерелья из церквей и соборов, и эта величественность продолжается в ее народе. Пусть современные города: Рио-де-Жанейро, Монтевидео, Сантьяго, Буэнос-Айрес – сегодня богаче, мощнее и современнее, но у Баии есть история, культура, своя особая жизненная форма. Из всех бразильских городов именно она в наибольшей степени сохраняет верность традициям. Только среди ее камней и улиц можно прочувствовать бразильскую историю, только здесь становится ясно, как из Португалии получилась Бразилия.

Баия – это город-хранитель, город верности; он не только защитил свои памятники старины от бурного натиска нового, но и сохранил как внешний облик, так и внутренние традиции, нерушимо пронесенные сквозь века. Те, кто приближается к Баие с моря, видят ее точно такой же, какой она была во времена императоров и вице-королей: внизу – неприветливый порт с многократно перестраивавшимися торговыми улицами, а вверху – каменная голова, собранный в один большой бастион город, который со сдержанным, горделивым спокойствием поджидает гостей. Здесь, наверху, четыреста лет назад обосновались за палисадом поселенцы, чтобы защищаться от нападения пиратов и туземцев. Постепенно земляной вал превратился в стену, под сенью которой город стал разрастаться; вскоре люди до того осмелели, что стали строить на крутых, обрывистых скалах соборы и дворцы, и этот восхитительный профиль, этот реющий, царственный абрис сохраняется по сей день. Во всей Южной Америке я не видел ничего, что могло бы сравниться с этим горделивым, величественным видом: на том же самом месте, что и во времена Кабрала и Магеллана, Баия высится над портом и старыми укреплениями, вглядываясь в даль океана.

Поднимаясь по крутой, окруженной ветшающими домами узкой дорожке, можно представить, насколько богат был некогда этот город. И не то чтобы сейчас он обеднел и опустился. Он просто замер – и это придает ему ту красоту, которой отличаются все города, проспавшие десятки и сотни лет: Венеция, Брюгге, Экс-ле-Бен. Слишком гордая, чтобы впопыхах гнаться за новой эпохой и громоздить небоскребы, пытаясь опередить Рио-де-Жанейро и Сан-Паулу, и в то же время слишком живая, чтобы прийти в запустение, как золотые города Минас-Жерайса, и стать музейным экспонатом, Баия остается тем, чем всегда была: городом старой, португальской Бразилии. Только здесь можно прочувствовать истоки этой страны и ее многовековые традиции.

Эти традиции ощущаются повсюду. Баия, в отличие от всех других бразильских городов, имеет свой костюм, свою кухню, свой цвет. Ни в каком другом месте нет таких пестрых улиц, как здесь, где доминирует африканское, староколониальное население; то и дело возникает ощущение, будто наблюдаешь ожившие сценки из «Brésil pittoresque» Дебре: тебя окружают уникальные вещи и явления, которые в других крупных городах давно исчезли. Хотя по улицам с рокотом проносятся автомобили, в Старом городе еще можно увидеть, как мулы на покачивающихся седлах тащат фрукты и дрова; здесь можно взять в почасовую аренду вьючного осла, как в современных городах – машину; в порту груз поднимают на борт, как во времена римлян и финикийцев, то есть не механическим краном, а на спинах людей. Продавцы в широкополых соломенных шляпах несут на плечах, словно немыслимые весы, длинные палки, на которых справа и слева подвешены товары; ночью на рынке продавцы торгуют при свечах или карбидных лампах, сидя на голой земле среди гор апельсинов, тыкв, бананов и кокосов. В то время как у каменных пирсов высятся большие, могучие океанские лайнеры, у берегов качаются парусные лодки, которые перевозят людей на острова: тонкие, изящные, легкие – колышущийся лес мачт. Здесь даже можно увидеть sangadas – старинное бразильское каноэ; такую диковинку нигде больше не встретишь. В сущности, это просто плот: три-четыре бревна, без особых ухищрений сколоченных вместе, а на них – узенькое сиденье; более примитивной конструкции и придумать нельзя. Но на этих крошечных плотиках – уму непостижимо – местные бесстрашно выходят далеко в море; здесь любят рассказывать забавную историю о том, как американский пароход, увидев вдалеке такое суденышко под жалким парусом, сразу устремился ему на помощь, решив, что это уцелевшие при кораблекрушении. Здесь всё – и сегодня, и вчера – перемешано в самых пестрых формах. Есть в Баие и почтенный университет с прославленным медицинским факультетом, самым старым в стране, и