на столе, корги Зевс, спящий на диване, запах озона и дерева), сидел Макс и, возможно, тоже смотрел в окно. Может быть, даже думал о ней.

«Прекрати, — приказала себе Лиза. — Ты замужняя женщина. Ты — Громова. Ты не имеешь права думать о чужом мужчине, который к тому же работает на твоего мужа. Это аморально. Это глупо. Это разрушит всё, что ты строила десять лет».

Но что именно она строила? Идеальный быт? Фасад, за которым ничего нет? Она вдруг поняла, что не может ответить на вопрос «чем ты занималась в эти выходные?» честно. Она не могла сказать Сергею: «Я сидела на скамейке с твоим новым сотрудником, и он сказал мне, что я выгляжу голодной, а потом убрал волосы с моего лица». Она не могла, потому что это было бы предательством. Но разве то, что она ничего не сделала — не поцеловала его, не взяла за руку, даже не спросила номер телефона — разве это было не предательством по отношению к самой себе? К той Лизе, которая когда-то любила бирюзовые платья с открытой спиной и смеялась так громко, что на неё оборачивались в метро?

Она легла спать в тот вечер рано, сославшись на головную боль. Сергей не стал её удерживать — он смотрел какой-то финансовый канал, где эксперты с умными лицами обсуждали курс рубля. Лиза лежала в темноте и слушала, как он в какой-то момент выключил телевизор, прошёл в ванную, потом лёг рядом. Через пять минут — ровное дыхание. Он спал. Мир спал. А она — нет.

Она взяла телефон. Открыла браузер и ввела в поиске: «Максим Ветров IT».

На этот раз ей повезло. Она нашла его страницу на GitHub — платформе для программистов, где они выкладывают свой код. Лиза ничего не понимала в этих строчках, похожих на тайнопись, но она смотрела на его аватар — маленькую чёрно-белую фотографию, где он был без улыбки, серьёзный, с лёгкой тенью под глазами. Наверное, не спал ночами, доделывая проекты. Или думал о чём-то тяжёлом, что не давало ему покоя. Она пролистала его профиль — немногочисленные подписи к репозиториям, сухие, технические: «оптимизация алгоритма поиска», «рефакторинг бэкенда», «фикс багов». Ни одного личного поста. Ни одной фотографии с друзьями или собакой. Только код. Бесконечный, холодный, понятный лишь посвящённым.

Она закрыла браузер и заставила себя уснуть.

Новая неделя началась как обычно, но Лизу не покидало ощущение, что она смотрит на свою жизнь через мутное стекло. Она готовила завтраки, гладила рубашки (крахмал средней жёсткости, как любил Сергей), встречалась с дизайнером интерьеров для обновления гостиной («Сергей Александрович хочет больше латуни и мрамора, Елизавета Сергеевна»), но всё это было фоном. Главное происходило где-то на задворках сознания — зелёные глаза, запах озона, улыбка уголками губ.

В среду вечером Сергей задержался на работе. Он позвонил в семь, сказал коротко: «Совместный ужин с отделом, буду поздно, не жди». Лиза ответила «хорошо», положила трубку и почувствовала, как внутри неё поднимается что-то, похожее на… предвкушение. Она тут же одёрнула себя. О чём она думает? Сергей ужинает с отделом, а это значит, что Макс тоже там. В том же ресторане. За тем же столом. Он пьёт, возможно, красное вино, о чём-то спорит с коллегами, смеётся. А она сидит дома, в своей золотой клетке, и не имеет к этому никакого отношения.

Но в десять вечера телефон завибрировал. СМС с незнакомого номера: «Ваш муж говорит, что вы не любите шумные компании. Но я всё равно поднимаю бокал за вас. И за ваше умение исчезать, когда этого никто не ждёт. М.В.»

Лиза прочитала сообщение раз, другой, третий. Её руки дрожали. Она не знала, откуда Макс взял её номер — наверное, из рабочей базы контактов, у Сергея был доступ. Или Сергей сам дал? Нет, Сергей не стал бы. Значит, Макс нашёл его сам, через корпоративный справочник. Это было дерзко. Это было опасно. Это было именно тем, чего она боялась и ждала одновременно.

Она сидела на кухне, сжимая телефон, и смотрела на экран. Написать? Не написать? А что писать? «Спасибо»? «Вы пьяны, Максим Андреевич»? «Зачем вы это делаете?»? Ни одно слово не казалось правильным. Её пальцы, привыкшие к идеальной выверенности каждого жеста, зависли над клавиатурой.

В конце концов, она написала то, что было одновременно правдой и ложью: «Я не люблю шумные компании. И я не умею исчезать. Я просто никогда там и не появляюсь».

Ответ пришёл через минуту: «А зря. Вы бы украсили любой скучный ужин. Даже с китайцами, кстати. Ваш муж сегодня рассказывал, что готовит вас к приёму делегации из Пекина. Бедные китайцы. Даже не подозревают, что будут ужинать с призраком».

Лизу кольнуло. Призраком. Он снова попал в точку — туда, где она прятала свою боль. Она напечатала резко, почти зло: «А вы, Максим, всегда говорите жёнам своих начальников такие вещи? Или у вас есть специальная тактика, чтобы довести до нервного срыва?»

Ответ пришёл не сразу. Прошло две минуты, три, пять. Лиза уже пожалела о своей резкости, уже хотела удалить сообщение, но было поздно. Наконец, телефон завибрировал. Она открыла сообщение и прочитала: «Нет, Лиза. Не всегда. Обычно я молчу. Но вы — особенный случай. Вы напоминаете мне человека, которого я когда-то знал. Она тоже умела улыбаться, когда хотелось плакать. И она тоже была замужем за… ну, не важно. Ложитесь спать. Завтра новый день, полный новых возможностей исчезать и появляться. Спокойной ночи.»

Лизе показалось, что в этом сообщении было что-то невысказанное, какая-то тень, которая легла между строк. «Она тоже была замужем за…» За кого? За такого же, как Сергей? За человека, который не видел в ней ничего, кроме функции? И что случилось с той женщиной? Ушла? Умерла? Исчезла?

Она не стала спрашивать. Она ответила коротко: «Спокойной ночи, Максим.» И выключила телефон, хотя внутри всё кричало: «Напиши ещё! Спроси! Узнай!»

Но она не написала. Она легла в пустую кровать (Сергей ещё не вернулся — наверное, ужин затянулся до полуночи) и попыталась уснуть. Не получилось. Мысли метались, как птицы в клетке: он сказал «вы напоминаете мне человека». Значит, он думает о ком-то другом, когда смотрит на неё? Или он просто прикрывается чужим образом, чтобы объяснить свой интерес? А может, он врет? И весь этот интерес — только к ней, к Лизе, к женщине в бежевом платье, которая так и не пригубила шампанское?

В четверг утром она