моря было пустынным. Лишь в одном месте были обнаружены остатки давно затонувшей баржи. Ничего утешительного не сообщали и с других кораблей.

Уже второй раз корабль проходил район, где произошел взрыв, но подводной лодки Королева нигде не было. Кругом расстилалось покрытое водорослями морское дно. Лишь в одном месте возвышался голый холм. Из его вершины устремлялась вверх струя пузырей. Штурман собирался уже выключить локатор, но Абакумов его остановил:

– Постой, Константин Алексеевич. Где у тебя топографическая карта?

– Вот, пожалуйста.

– Найди-ка мне на ней вон тот холм.

– Действительно, его на карте нет. Как же так?

– А вот так. Вот и вся разгадка. А я-то, осел, еще геологом называюсь. Этого холма час назад и не было.

– Не может быть!

– Здесь район грязевых вулканов. Вот один из них. В результате его извержения образовался этот холм. Вон видите, из него торчит часть мачты.

– Неужели все погибли?

– Будем надеяться, что корабль выдержал. Как ты думаешь, на сколько им хватит воздуху?

– Если экономно расходовать, то часов на двадцать – двадцать пять. В войну в лодке такого же типа мы пролежали однажды на дне почти тридцать часов.

– Давай подъем.

Глава тридцать девятая

Королев скользнул лучом карманного фонаря по полу лаборатории. С закрытыми глазами, без сознания лежал Ветров. Не понимая, должно быть, что произошло, рядом сидел ошеломленный Зарубин. Правая щека его была в крови. Сдерживая стоны, пыталась подняться лаборантка. Удушливый запах дымившейся на железном полу кислоты мешал дышать. Королев поспешил к лаборантке. Поднявшийся на ноги Зарубин стал ему помогать.

Вдвоем подняли лаборантку и направились в операторскую.

Под ногами булькала вода. Ощупью добрались до пульта управления и положили девушку на железный решетчатый настил. Сюда же перенесли Ветрова.

– Что такое? – очнувшись, спросил Ветров. В вопросе его прозвучало удивление.

– Лежи, Максим. Сейчас разберемся. А где же Коротков? – Королев быстро шарил лучом фонарика по залитому водой полу. Вдруг в светлом пятне мелькнули чьи-то ноги. Носки ботинок были в воде. Луч фонарика, скользнув дальше, осветил спину и поникшую, опущенную в воду голову Саши Короткова. Рука его, откинутая назад, держала штурвал превентера. Королев и Зарубин кинулись к оператору. Пульс не прощупывался. От разбитого затылка растекалось черное пятно крови.

«Все кончено!» – мелькнула страшная мысль, и геолог почувствовал, как сердце словно сдавил ледяной обруч.

За долгие месяцы совместной работы Королев по-отечески полюбил этого исполнительного, веселого и честного паренька.

Охватив одной рукой обмякшего, безжизненного Короткова поперек туловища, Королев, словно ребенка, осторожно поднял его и понес к контроллеру. С мокрой одежды оператора, булькая, стекали струйки. Вдруг изо рта и из носа Саши сплошным потоком хлынула вода.

– Что с ним, Григорий Иванович? – спросил Ветров, с трудом спускаясь с настила.

– Захлебнулся, – бросил геолог, еще крепче нажимая на живот оператора, чтобы освободить его легкие от остатков воды.

Oн осторожно положил Сашу на кожух контроллера.

– Помогите. Держите голову на весу. Затылок у него разбит.

Пальцы Зарубина, подхватившего оператора под шею, стали липкими от крови. Ветров перехватил из рук Королева фонарик.

Не веря в смерть юноши, Королев упрямо повторял один за другим приемы искусственного дыхания. В тусклом свете карманного фонарика лицо Саши казалось сделанным из cтекла.

У Зарубина перед глазами плыли зеленые круги, он еле удерживал на весу отяжелевшую голову Короткова.

Вдруг чуть заметная судорога прошла по телу Саши, и он тихо застонал.

– Жив! – закричал Ветров. – Жив Сашка!

Королев торопливо разорвал на себе рубашку и стал забинтовывать страшную рану на затылке юноши.

– Где же помощник оператора? – вспомнил Ветров и стал осматривать операторскую.

Луч фонарика осветил перепачканное грязью лицо полусидевшего в воде рабочего.

– Вот он. – Ветров шагнул к нему. От ударившего в лицо яркого света рабочий открыл глаза.

Придя в себя, он рассказал, что тут произошло. Когда корабль бросило в сторону, рабочую трубу коллектора вырвало из превентера. Мощная струя воды через превентер ударила в потолок. Свет погас, и превентер можно было закрыть только вручную. Коротков крикнул своему помощнику:

– Превентер!

Рабочий кинулся к штурвалу, но в это время раскачивавшийся в воздухе крюк с блоком ударил его в грудь и отбросил в сторону. Дальше рабочий ничего не помнил.

– А когда Короткое закрывал превентер, этот крюк ударил его по затылку, – высказал догадку Королев. – Надо проверить, что с остальными.

– Григорий Иванович, где вы? – раздался голос штурмана Жаворонкова из двери, ведущей в каюты экипажа.

– Я здесь, Василий Михайлович. Что со светом?

– Электрики проверяют.

Освещая карманными фонариками себе путь, Королев, Ветров, Жаворонков и Зарубин обошли все помещение корабля. В других отсеках люди пострадали меньше. Многие отделались легкими ушибами. В санитарном пункте врач при слабом свете свечи перевязывал раненых.

– Михаил Романович, кислород надо экономить. – Жаворонков погасил свечу и положил на стол свой карманный фонарик, сняв с него линзу.

В это время в помещениях вспыхнул свет.

Корабль как бы вновь ожил. Люди засуетились, стали приводить в порядок помещения.

– Григорий Иванович, – тихо обратился к геологу штурман, – может, приказать всем лечь и не двигаться, кислород надо экономить?

– Нельзя этого сейчас делать. Пусть кончают уборку, потом мы всех соберем в кают-компании. А то будут думать, что наше положение очень тяжелое. Может, еще всплывем.

– Вряд ли. Мы погребены.

– Откуда это вам известно?

– Идемте, покажу.

Королев с Ветровым прошли в командирскую рубку. За толстым бронестеклом иллюминаторов серела масса песка, камней и ила.

– Видите? – сказал штурман. – И так во всех иллюминаторах. Я не понимаю только, Григорий Иванович, что произошло.

– Произошло извержение грязевого вулкана.

– Теперь мне ясно, почему таким был радиоспектр, – сказал Ветров. – Мы попали на самый кратер вулкана.

– Да, именно так.

Штурман надел наушники акустического аппарата:

– Тише.

– Ну что?

– Слышу шум винтов, совсем близко.

Королев надел вторые наушники. Шум сначала усиливался, потом начал слабеть и наконец совсем затих.

– Ушел, не заметил, должно быть. – Штурман снял наушники.

Королев продолжал стоять с наушниками.

– Опять слышно, – сказал он через некоторое время.

– Кружит над нами! – радостно воскликнул штурман, прислушиваясь. – Похоже на подводный корабль. Должно быть, из нашего отряда. Жаль, не работает акустический переговорный аппарат, да и рация разбита.

– Опять удаляется.

– Если заметил нас, то ничего.

– Пойдемте, соберем людей, поговорим, – предложил Королев. – Обстановка более или менее ясна. Надо ждать помощи.

Все трое стали спускаться вниз.

А навстречу им подымался механик Вересков.

– Товарищ штурман, течь усиливается. Что будем делать?

– Спокойно, Вересков. Насосы не пробовали пускать?

– Нет.

– Сейчас посмотрим.

– Максим… – Королев взял Ветрова за рукав. – Иди собирай людей в кают-компании, а мы сейчас