— Должны быть, — кивнул Матвей. — Я тогда не смотрел, не до того было. Но если в первых рядах машины ободрали, то в глубине, наверняка, много чего осталось. И аккумуляторы, и проводка, и стартёры... — Он посмотрел на Валеру. — И главное — там было спокойно. Мы никого не заметили. Ни «диких», ни «штыков». Только крыса одна. Настоящая.

Валера слушал, и с каждым словом глаза его загорались всё ярче. К концу фразы он уже стоял выпрямившись, забыв про усталость.

— Подземный гараж, говоришь? — переспросил он. — Машины? Аккумуляторы?

— Да.

Валера схватил его за руку — сильно, до боли.

— Матвей, это же... Это же всё упростит! Понимаешь? Если там есть живые аккумуляторы — мы их реанимируем. Электролит, зарядка — я сделаю. Если мёртвые — разберём на банки, пересоберём. Это ж не по развалинам ползать, провод по метру собирать! Там целые машины! — Он задохнулся от восторга. — И безопасно, говоришь?

— Спокойно было, — подтвердил Матвей. — Когда мы там были — никого не заметили.

Валера отпустил его руку, прошёлся по тесному пространству, возбуждённо жестикулируя.

— Надо Петровичу сказать! Сегодня же! Это же не просто провод — это ресурс! Аккумуляторы, генераторы, стартёры... Да мы полжизни там можем найти! — Он остановился, посмотрел на Матвея. — Ты молодец, что вспомнил. Молодец!

Матвей кивнул, но в голове уже крутилась другая мысль: если они снова пойдут в гараж, то придётся вновь проходить мимо высотки. Мимо той ямы. Раньше одна эта мысль останавливала дыхание. Теперь — просто мысль. Он там был. Сказал, что хотел. Земля и пепел из горсти разлетелись по ветру.

Можно остановиться у ямы на перекур. Рассказать Жоре, как у них идут дела. Или помолчать. Но Валера прав. Рискнуть стоит.

— Пошли к Петровичу, — сказал он. — Обсудим.

— Пошли! — Валера уже шагал к выходу, забыв про усталость и больные суставы.

Инспекция закончилась, оставив после себя не облегчение, а список новых забот. Матвей, уже на выходе, по привычке поднял руку к запястью. Тихий щелчок дозиметра, зелёное мерцание светодиода. Фон в норме. По крайней мере, тот, что измеряется.

Другие яды — испарения кислоты, пыль свинца — здесь висели невидимой, едкой пеленой. Они не щёлкали, не мигали, но делали своё дело так же верно, как радиация.

— Матвей, не отставай.

Он кивнул Валере. Они вышли, плотно прикрыв за собой тяжёлую дверь, будто запирали в камере не просто старые батареи, а капризного и опасного зверя. Зверя, который мог в любой момент вырваться наружу.

Процедура снятия костюмов в «жёлтой» прошла молча. Грязь и запах кислоты остались на брезенте, но ощущение хрупкости их системы — проникло внутрь, поселилось где-то под рёбрами.

В гостиной их встретил тяжёлый взгляд Петровича.

Он сидел над картой, подперев голову рукой, но смотрел не на исчёрканные квадратики кварталов, а куда-то сквозь них — в свою собственную, невесёлую думу. Проблемы множились, наслаиваясь друг на друга, как те самые окислы на контактах в аккумуляторной. Каждая требовала решения, каждое решение тянуло за собой новую проблему.

Скрипнула дверь. Вошли Матвей и Валера, усталые, пропахшие кислотой и резиной.

— Всё? Проинспектировал аккумуляторную? — спросил Петрович негромко, не оборачиваясь.

— Всё, — Валера тяжело опустился на скамью у стола, выдохнул. — Проверили всё, до чего руки дотянулись. Пока всё.

Это «пока» повисло в воздухе, как тот самый едкий туман в аккумуляторной. Невидимый, но ощутимый. Все знали: в их мире «пока» означало «до следующей поломки, до следующей вылазки, до следующей беды».

Но Валера не собирался зацикливаться на плохом. Он подался вперёд, глаза его блестели даже в тусклом свете лампочки.

— Петрович, есть разговор, — начал он. — Хочу озадачить тебя и Матвея на будущее.

Старший повернул голову, вскинул бровь.

— Слушаю.

— Поступила информация о месте, где можно безопасно надёргать автомобильные аккумуляторы. — Валера говорил быстро, сбивчиво, будто боялся, что его перебьют. — Если повезёт — может, и от электрокаров что осталось. Понимаешь? Тогда вообще в шоколаде будем. Энергией до конца жизни можно запастись! Только надо раздобыть, на чём эту тяжесть возить

Петрович слушал, и лицо его медленно менялось. Усталость отступала, уступая место привычному, деловому прищуру. Он перевёл взгляд на Матвея.

— Это ты про тот гараж? — спросил он. — Где мы баллоны меняли?

Матвей кивнул, садясь рядом с Валерием на скамью.

— Там машин много. Мы только у входа были, а дальше, в глубину, даже не смотрели. Если там аккумуляторы уцелели...

— Уцелели, — перебил Валера. — Если кислотные — могли высохнуть, но не сдохнуть. Если щелочные — вообще вечные почти. А литиевые от электрокаров — это вообще сказка. — Он зажмурился, будто уже видел эти сокровища в своей мастерской. — Представляешь, Петрович? Запас энергии на годы! Можно будет подумать об электрообогреве, чтобы не отравиться угарным газом и не мучиться с чисткой труб. Да и наружу за дровами только в крайнем случае ходить надо будет.

В гостиной повисла тишина, но теперь она была другой — не гнетущей, а напряжённо-деловой, с изрядной долей оптимизма от Валеры. Ветер за стенами выл, но здесь, внизу, зрела надежда.

— Место спокойное, — добавил Матвей. — Мы тогда никого не видели. Только крысу. Ты ещё пошутил, что крысы встретили крысу.

Петрович потёр подбородок, обдумывая.

— Аккумуляторы — это хорошо, — сказал он наконец. — Это очень хорошо. Но тащить их... Там же пудовые, наверное?

— Есть и под тонну, те что от электрических машин, — Валера нахмурился. — Придётся тележки использовать, что-то сварить вам для перевозки, — оживился Валера. — В том же гараже, может, найдутся. Или на базе, рядом. Я по карте смотрел, там хозяйственный магазин недалеко. Тележки, тачки... — Он махнул рукой. — Придумаем! А если нет, так только лёгкие брать придётся.

Петрович усмехнулся в усы.

— Ну, Валера, с тобой не соскучишься. Только из аккумуляторной вылез — уже новую задачу ставишь. А у нас ещё синие светодиоды висят.

— А что делать? — Валера развёл руками. — Одно, другое, третье. Время не ждёт. Пока ветер, надо планировать. А как стихнет — сразу в дело.

— Получается, там надо будет базу организовать. Баллоны заправленные натаскать, инструменты всякие. Не голыми же руками вскрывать машины да аккумуляторы вытаскивать. — Петрович задумался.

— А