намерены скрывать от госпожи появление нового человека в доме, поэтому либо мы сами немедленно рассказываем хозяйке о ребёнке, либо это сделают они.

— Ничего себе! — возмутился Басти. — Дожили, эльфы ставят волшебникам ультиматум!

— Они правы, — пожал плечами Родольфус, бережно придерживая головку малыша, — и выполняют свой долг. Всё-таки Малфои своих эльфов распустили, наши бы и ультиматумов не ставили, а сообщили в тот самый момент, когда дитя появилось на свет.

— Ты пробовал их призвать? — спросил Рабастан.

— Пробовал, — вздохнул муж.

Он не продолжал, но и так было ясно: раз не явились, значит, их нет в живых.

— Я приведу Нарциссу, — он передал Рэндальфа мне. — Всё равно в конце концов она узнает, так что лучше сейчас и от нас, а не от домовиков.

Родольфус скрылся за дверью.

— Может, на неё сразу Империус наложить? — шёпотом спросил Басти.

— Может, и придётся, — я пожала плечами. — Но лучше бы обойтись без крайних мер. Попробуем договориться.

— Не понимаю, Родольфус, к чему такая таинственность, — послышался из коридора голос сестры. Чары, наложенные Родольфусом, заглушали звуки в комнате и усиливали их снаружи, чтобы нас не застали врасплох. — Почему ты не можешь мне объяснить на словах, для чего мне непременно нужно идти с тобой?

Рабастан стал так, чтобы загородить меня.

Дверь распахнулась. Родольфус пропустил Нарциссу вперёд, вошёл следом, закрыл дверь и облокотился на неё, отрезая Нарциссе выход.

— Итак, что я должна увидеть? — спросила Цисси.

Рабастан отошёл в сторону. Нарцисса узрела меня с ребёнком на руках.

Глаза сестры сначала широко распахнулись, затем опасно сузились.

— Вы с ума сошли! — прошипела она. — Так вот почему ты глотала селёдку с джемом и рядилась в безразмерные тряпки из обивочной ткани!

— Но ведь помогло, — холодно парировала я. — Никто, включая тебя, ничего не заподозрил.

— Вообще-то могла бы и поздравить, всё-таки Белла твоя сестра, а это твой родной племянник, — обиделся за нас Басти.

— Я безмерно рада за вас, но вы должны немедленно покинуть мой дом, — заявила Нарцисса.

— Прости, Цисси, это невозможно, — отозвался Родольфус. — Я бы сам с удовольствием забрал из мэнора Беллу и сына, но Лорд приказал нам жить здесь, и я пока не нахожу повода обратиться к нему с просьбой сменить укрытие. Да и некуда нам идти, ты знаешь, Лестрейндж-холл всё ещё захвачен авроратом.

— Как они вообще туда вошли? Как им удалось взломать защиту? — напустилась на Родольфуса Цисси.

— Мне пришлось дать им доступ. У меня были на это веские причины, — нахмурился муж.

— А у меня есть более чем веская причина настоять, чтобы вы все трое… четверо убрались отсюда. И мне не важно, что ты скажешь Лорду. Раньше надо было думать!

— Это невозможно, — отрезал Родольфус.

— Ты понимаешь, что Лорд сделает с вами, когда узнает о ребёнке? И со мной тоже, он ни за что не поверит, что я ничего не знала!

— А давайте скажем, что это ребёнок Драко, — предложил Рабастан.

— Ты с ума сошёл? — возмутилась сестра. — Драко ещё и семнадцати нет!

По лицу Басти было видно, что этот аргумент его не убедил, но понимая, что Нарцисса не позволит впутывать Драко, деверь выдал новую идею.

— Тогда — что это бастард Люциуса.

— Темноволосый и темноглазый, точь-в точь похожий на Родольфуса? — Нарцисса отмела и этот вариант.

— А давай скажем, что это твой ребёнок от Родольфуса. Люциусу мы всё объясним, он поймёт.

Честно говоря, от такого предложения обалдела не только Цисси, но и мы с мужем.

— Хотя нет, — сам себе возразил Рабастан. — Никто не поверит, что Родольфус завёл бастарда на стороне.

— Значит, в то, что бастарда завела я, по-твоему, поверят легко? — злобно прошипела Нарцисса.

— Цисси, мне жаль, что приходится подвергать тебя риску, — вмешался Родольфус, — но у меня нет другого выхода. Мы будем очень осторожны, я наложу все мыслимые чары. Ты же понимаешь, как долго я ждал своего сына, и сейчас сделаю всё, чтобы его уберечь. В самом крайнем случае мы все подтвердим, что я наложил на тебя Империус.

— Можно подумать, Лорду будет до этого дело! — глаза Нарциссы метали молнии. Сестра разъярилась не на шутку.

— Будем надеяться, что это его удовлетворит, а ещё сильнее будем надеяться, что до этого не дойдёт, — спокойно ответил Родольфус. — Во многом это зависит от тебя. Давай договоримся по-хорошему.

— Ты снова мне угрожаешь, Родольфус? — преувеличенно спокойно спросила Нарцисса.

— Цисси, ты ведь понимаешь, что значит для меня… для нас всех, для рода Лестрейнджей этот ребёнок. И на что я пойду ради него.

— Ты второй раз угрожаешь мне в моём доме, — Нарцисса словно не услышала его слов. — Берегись. Тебе это так не пройдёт.

Родольфус лишь пожал плечами.

— Как ты намерен его скрывать? — сдалась сестра.

— Нанесу на будуар Беллы чары необнаружения, поставлю сигнальные чары в коридоре… собственно, уже поставил. Гоменум абскондам, чтобы нельзя было обнаружить ребёнка с помощью Ревелио. Думаю, достаточно.

— Надеюсь. И прекрати сиять, как новогодняя ёлка, одного взгляда на тебя достаточно, чтобы заподозрить неладное.

— Это, пожалуй, будет самое сложное, но я постараюсь, — улыбнулся Родольфус.

— Как его зовут? — наконец поинтересовалась Нарцисса, кивая на малыша.

— Рэндальф Родольфус Лестрейндж, — с гордостью ответил муж.

— Рэндальф Родольфус, — задумчиво повторила Нарцисса. — Что ж, рада за вас, хотя ещё больше была бы рада, если бы он появился на свет где-нибудь в другом месте, как можно дальше от мэнора. Надеюсь, Родольфус, твоих чар будет достаточно, потому что если его обнаружат, то уже я буду защищать свой дом и свою семью всеми доступными мне средствами.

Нарцисса развернулась и решительно направилась к двери. Родольфус посторонился, выпуская её.

— Надо было взять с неё Непреложный обет, — запоздало предложил Рабастан.

— Брат, ты сегодня прямо-таки фонтанируешь идеями, — засмеялся Родольфус, но тут же посерьёзнел. — Она бы не согласилась, а Непреложный обет имеет силу только если дан добровольно. Будем надеяться, что Нарцисса всё-таки не станет подвергать опасности родного племянника, семья для неё всегда много значила.

— Если только Драко не облажается и Нарцисса не попробует выкупить у Лорда его жизнь нашими, — мрачно заметила я.

— Будем надеяться, что этого не случится, — вздохнул Родольфус и занялся чарами.

Наложив заклятие необнаружения и Гоменум абскондам, он использовал чары расширения пространства, и скромный будуар превратился в просторную комнату, где мы свободно могли разместиться.

— Жаль, что нельзя гулять с Рэнди, но это слишком опасно, — вздохнул муж, заканчивая накладывать заклинания. — То, что мы имеем сейчас — это лучшее из того, на что мы можем рассчитывать.

В один из дней Нарциссу навестили Селвины. На самом деле Селвин явился сообщить нам, что