забрасывает туда крупу. Ханиэль добавляет травы, корешки, сушеные овощи и полоски сухого мяса. По поляне сразу же распространяется очень аппетитный запах.

— Если хочешь помыться, могу тебя проводить — тут неподалёку есть небольшое озеро, — предлагает Тираэль.

— Очень хочу!

— А я могу дать тебе свою запасную одежду, — предлагает Ханиэль. — Рукава и штанины придётся подвернуть, но зато оденешься в чистое.

— Огромное спасибо!

— Каша приготовится ещё не скоро, так что не торопись.

Он вручает мне стопку светло-зелёной одежды, полотенце и мешочек с принадлежностями для мытья:

— Круглое — мыло, в баночке порошок, очищающий зубы.

— Огромное спасибо!

Озеро оказывается в пяти минутах ходьбы. Тираэль подводит меня к пологому песчаному берегу, зажигает множество светящихся огоньков, благодаря которым в этом месте становится очень светло, и произносит:

— Не переживай, я не буду подглядывать. Но если вдруг понадобится помощь, например, спинку потереть или волосы высушить — зови.

Стою и хлопаю глазами, не понимая: он действительно всё это сказал, или мне послышалось. И вид у него такой серьёзный, словно не предлагал потереть спинку. Уже открываю рот, чтобы переспросить, как он улыбается, и в его синих глазах появляются снежинки:

— Не смотри на меня так шокированно. Если не хочешь, чтобы я тёр тебе спинку, можешь и отказаться. Но вот насчёт волос я говорил серьёзно.

Посмеиваясь, Тираэль отходит на несколько метров и садится ко мне спиной. Укоризненно вздыхаю: после его слов непонятно, серьёзно ли он предлагал потереть мне спинку, или шутил. Стоит представить, как его большие ладони гладят мою обнажённую кожу, и сердце начинает биться чаще, а внизу живота появляется томление. Быстренько раздеваюсь и захожу в воду, чтобы успокоиться.

С воздухом этого мира что-то явно не в порядке. Дома я на парней так никогда не реагировала. Хотя, с другой стороны, настолько красивых, как Тираэль и Ханиэль, я тоже никогда не видела. Даже герои кино и сериалов им проигрывают. Может быть, дело в том, что в эльфах чувствуется какой-то животный магнетизм? Плавные изящные движения похожи на повадки хищников. Может быть, меня притягивает чувство опасности? В любом случае лучше сперва выяснить правила этого мира, а уже потом решать, чем и с кем мне заниматься. А вдруг здесь плохо относятся к женщинам, которые легко соглашаются на близость? Мне здесь ещё жить, а значит, лучше не торопиться.

Вода тёплая и прозрачная настолько, что можно легко рассмотреть дно и маленьких серебристых рыбок. Волосы у меня едва достают до плеч, так что отмываю их довольно быстро. И приятно удивляюсь тому, что после местной воды и мыла они становятся мягкими и как будто более здоровыми. Какое-то магическое мыло? Или дело в том, что в этом мире всё натуральное? Но как бы то ни было, мне это нравится.

Со стороны Тираэля раздаётся странный лязгающий звук. Обернувшись, вижу, что он точит меч. Опасности в этом для меня никакой, так что продолжаю мыться.

Одежда Ханиэля мне предсказуемо велика. Немного смущает вырез рубашки, оголяющий верхнюю часть груди, а остальное решается тем, что я потуже завязываю поясок, закатываю рукава и штанины. Ткань очень мягкая и приятно гладкая на ощупь.

— Я помылась, но хочу постирать свои вещи, — сообщаю я Тираэлю. — Как думаешь, они успеют высохнуть до завтра?

— Конечно! — он прячет меч в ножны и оборачивается. — Посушить тебе волосы?

— Давай.

Думала, он применит какое-нибудь заклинание, но вместо этого Тираэль берёт полотенце и начинает осторожно промакивать им мои прядки. Смущаюсь. Эльф так близко, что я чувствую тепло, исходящее от его тела, запах лесных трав и чего-то неуловимого — от его кожи. Сердце пускается вскачь, в горле пересыхает. Очень надеюсь, что не покраснела.

Затем Тираэль откладывает полотенце и начинает пропускать мои пряди между пальцами. Это кажется настолько интимным и похожим на ласку, что не выдерживаю и выпаливаю:

— Спасибо! Больше не нужно. Займусь стиркой, а то уже, наверное, каша скоро сварится.

Он улыбается так, словно знает настоящую причину моего поведения, и кивает:

— Тогда я пока ополоснусь.

Не успеваю отреагировать, как Тираэль уже стягивает с себя рубашку, демонстрируя жгуты мышц на идеально вылепленном теле, и тянется к завязке штанов. Отворачиваюсь, подкатываю штанины повыше и отправляюсь стирать. Не то чтобы мне не было любопытно или не хотелось полюбоваться на его совершенное тело, но я трезво оцениваю свою выдержку.

Слышу, как Тираэль проходит мимо, но взгляд от своих рук не отрываю. У этих эльфов, похоже, совсем нет понятия о том, как себя прилично вести! Разгуливает тут голышом, сверкая своим роскошным телом, по которому сейчас наверняка стекают капельки воды…

Так! Не представлять! Только не представлять!..

О чём это я? А! Смущают бедную несчастную попаданку своим поведением. У них тут что, все монахи? Почему этот вредный эльф так себя ведёт? Манит меня, зовёт, соблазняет!.. Соблазняет? А что, если действительно, соблазняет? Ммм…

Так! Стоп! Никаких «соблазняет»! В моём мире некоторые мужчины очень несерьёзно относятся к девушкам, которые легко соблазняются. Стоит провести с таким ночь, как на тебя вешается ярлык легкодоступной девушки. А мне тут, вероятнее всего, всю жизнь жить. Не стоит действовать опрометчиво. Конечно, двое из двух эльфов, которых я успела хорошо разглядеть, выглядят как герои влажных женских фантазий, и никто бы на моём месте не устоял… Интересно, он плавает голышом или в нижнем белье? Хотя мокрая ткань обычно липнет к телу и… Надо срочно перестать об этом думать!

Успеваю перестирать все вещи, когда слышу, как Тираэль возвращается. Даю ему время на то, чтобы вытереться и одеться, и уже после этого сообщаю:

— Я закончила.

До меня доносится весёлое:

— Тогда пойдём.

Подняв глаза, испытываю одновременно огорчение и облегчение — он полностью одет. Обуваюсь, и мы возвращаемся в лагерь.

Каша уже готова и даже разложена по тарелкам. Какое-то время слышится только сосредоточенный стук ложек. Съедаю всё полностью, потому что невероятно вкусно, и сыто вздыхаю:

— Огромное спасибо! Очень вкусно!

— Рад, что тебе понравилось, — улыбается Ханиэль. — Немного переживал, что тебе может не подойти наша еда.

— Наоборот! — заверяю я. — Здесь она гораздо вкуснее, чем в моём мире.

— Рад это слышать. Может быть, добавку?

— Что ты, — качаю головой я. — Я уже наелась. Спасибо.

— Уверена, что не хочешь?

— Уверена. Всё такое вкусное, что я бы обязательно согласилась, если бы в желудке осталось место. Но вообще мне уже пора задуматься о том, чтобы есть поменьше, потому что если продолжу в том же духе, быстро растолстею.

— Ты очень худенькая, не стоит беспокоиться о весе! —