Я положил его на стол перед Лизой.

Она замерла. Её пальцы медленно коснулись холодной металлической крышки, на которой едва проглядывала полустертая гравировка: «Для тех, кто ищет свой путь».

— Это... дедов, — прошептала она, и я заметил, как у неё подозрительно заблестели глаза. — Он потерял его года за два до смерти. Весь отель перерыл, так и не нашел. Думал, на пристани обронил. Откуда он у тебя?

— Наверху, в шкафу лежал, за коробками с какими-то старыми счетами, — ответил я. — Вода до него не добралась, коробка спасла. Держи. По-моему, он должен быть у тебя.

Лиза взяла компас, сжала его в ладони и вдруг резко поднялась со стула. Я не успел ничего понять, как она шагнула ко мне и крепко, до хруста в ребрах, обняла за шею.

От неё пахло ванилью, мятой и утренним солнцем. Её каштановые волосы рассыпались по моим плечам, щекоча шею. Я осторожно приобнял её в ответ, чувствуя, как она уткнулась носом мне куда-то в ключицу. Чайки за окном орали как сумасшедшие, море шумело на гальке, но в этой тесной кухне старого отеля впервые за долгое время было абсолютно тихо и спокойно.

— Спасибо, Панкратов, — тихо, почти в самое ухо прошептала она. — Кажется, ты всё-таки не безнадежен.

— Я стараюсь, Соболева, — я чуть отстранился, заглядывая в её карие глаза, и убрал мешающую прядь ей за ухо. — Ну что, партнер. Завтра едем к твоему мастеру по фонтанам?

— Едем, — она шмыгнула носом и быстро улыбнулась своей теплой, немного смущенной улыбкой. — Только сначала тебе придется помочь мне отмыть холл от вчерашней тины. Без магии, Панкратов. Руками.

— Договорились, — рассмеялся я.

●●●●●●

ТОЛЬКО ДЛЯ ЧИТАТЕЛЕЙ СТАРШЕ 18+

ДОРОГИЕ ЧИТАТЕЛИ!

НОВИНКА Ларисы Лазаровой

https:// /shrt/nx7E

БАХЧИСАРАЙСКИЙ МАЖОР.

ВСЕ ОПЯТЬ ВКЛЮЧЕНО

https:// /shrt/1rNU

Глава 8

Проснулась я от того, что солнце безжалостно палило мне прямо в лицо через незашторенное окно. На часах было начало одиннадцатого. Голова гудела после ночного заплыва в подвале, а ладони до сих пор ныли от ржавого вентиля.

Я наспех закрутила каштановые волосы в узел, закрепив его старым карандашом, и спустилась вниз.

В холле всё еще пахло сыростью, но пол был девственно чист — Панкратов сдержал слово и как-то умудрился вылизать паркет до блеска. Сам виновник ночного торжества сидел за стойкой регистрации. Перед ним громоздилась стопка старых амбарных книг деда, ноутбук и куча исписанных листов А4. Под глазами у Арсения залегли отчетливые серые тени, но выглядел он на удивление бодрым. Упрямый питерский девелопер включил режим кризис-менеджера.

— Ты вообще спал? — спросила я, опираясь на стойку.

Он поднял голову, и в его глазах промелькнула быстрая, теплая искра.

— Сон для слабаков, Соболева. Нам нужен план. Настоящий, а не тот, который мой отец на коленке нарисовал в своем питерском офисе.

Он пододвинул ко мне один из листов. Я присмотрелась. На бумаге его аккуратным, почти чертежным почерком была расписана блок-схема. Стрелочки, сметы, зоны ответственности. Но больше всего меня зацепили пометки на полях, сделанные явно в спешке: «Тут оставить старый дубовый буфет (почистить)», «Наличники на окнах — только ручная резьба, найти мастера», «Чаша в шиповнике — заказать донный клапан и светодиоды».

Я невольно улыбнулась. Он действительно слушал меня вчера. Каждое слово.

— И что это за проект? — я прищурилась, скрывая, насколько мне на самом деле приятно. — «Спасение утопающих»?

— «Возвращение легенды», — поправил он с абсолютно серьезным лицом, хотя в уголках губ притаилась усмешка. — Смотри. Мы не просто латаем дыры. Мы делаем упор на ретро-атмосферу. Никакого пластика и новодела. Оставляем всю дедовскую мебель, люстру реставрируем. Но инженерные сети меняем полностью. Трубы, проводка, крыша — это мой геморрой, я уже вызвал бригаду из города, будут через три дня. А с тебя — декор и контроль над тем, чтобы я случайно не уничтожил «душу» этого места. И да, твой каменный фонтан во дворе. Я посчитал — насос и подсветка обойдутся в копейки. Будет центр притяжения для вечерних посиделок. Ну как?

Я молча смотрела на схему. В груди ворочалось какое-то странное, непривычное чувство защищенности. Впервые за много лет я была не одна против всего мира, не одна латала эти бесконечные дыры в крыше. Рядом стоял человек, который готов был взять на себя самую тяжелую и грязную часть работы.

— Звучит... как сказка, Панкратов, — тихо сказала я, переводя взгляд на него. — Но у меня одно условие. Жесткое.

— Излагай.

— Ты не принимаешь ни одного решения по дизайну без моего ведома. Если я проснусь и увижу здесь хоть один кусок гипсокартона вместо старого дерева — я лично скормлю тебя чайкам на пирсе.

Арсений не выдержал и негромко рассмеялся, подняв руки в притворном жесте капитуляции.

— Понял, принял. Цензуру гарантирую. Но прежде чем приедут строители, нам нужно пройти еще один уровень босса. Самый сложный.

Я приподняла бровь.

— Это какой же?

— Твоя местная инквизиция. Нам нужно получить благословение бабы Нины. Без этого твои бабушки переломают моим рабочим все инструменты, а меня проклянут до седьмого колена.

Я рассмеялась. В этом он был абсолютно прав. Если баба Нина и её «комитет» решат, что стройка шумит слишком громко, жизнь в поселке для нас закончится, так и не начавшись.

— Ладно, — вздохнула я. — У меня как раз остывает пирог с абрикосами. Пошли сдаваться.

Домик бабы Нины встретил нас запахом герани и соленых огурцов. Сама хозяйка сидела на веранде, сурово глядя на нас поверх очков для чтения. Рядом, как на подбор, расположились баба Клава и баба Шура. Вид у них был такой, будто они решают судьбу военного трибунала.

Арсений деликатно положил на стол свой чертеж, а я водрузила рядом еще теплый пирог.

— Мы к вам с миром. И с бизнес-планом, — невозмутимо произнес Панкратов, придвигая бумагу поближе к бабе Нине.

— Бизнес-план у него, — проворчала баба Нина, но пирог взглядом оценила. — Ну, показывай, архитектор. Где тут у тебя написано, как ты нашу «Сказку» ломать будешь?

Следующие полчаса напоминали защиту диплома в строгом архитектурном вузе. Старушки дотошно вникали в каждую деталь.

— А наличники голубые точно останутся? — щурилась баба Клава.

— Точно, — терпеливо отвечал Арсений. — Колеровочную палитру я согласую лично с вами.

— А плиту на кухне? Лизавета на ней пироги печет, старая она, но надежная, — подала голос баба Шура.

— Плиту отрегулируем, заменим форсунки, чтобы газ не коптил, но саму