в землю и наклонив голову. Её спина ходила ходуном от частого дыхания. Она до сих пор никак не могла отдышаться. Я поднялась, поправила съехавшую юбку, подошла к ней и тронула за плечо.

— Это ты кричала?

Она попыталась мне ответить, но только прохрипела сорванным голосом: «Да», и закивала головой. Я присела рядом с нею. Что-то в ней показалось мне неуловимо знакомым. Я взяла её за плечи, повернула к себе и выдохнула от изумления. Это была Марана.

Её заплаканные глаза смотрели на меня, но помимо слёз я увидела в них радость.

— Это же ты кричала? Ты же не просто кричала — ты звала на помощь. Я же чётко слышала, так? Ты же слова кричала, ты звала, так?

Она кивнула. Я взяла её лицо в руки и прижала её голову к себе. Она опять заплакала.

— Ваше Величество, — её голос был хриплый и немного шепелявый, она говорила с трудом, как будто у неё во рту были камни, — я... я... я не могла. Ведь когда они упали, я не знала... Я не знала, что солдаты были рядом. Я ничего не видела, кроме детей в воде, а я ведь сама не умею плавать. И оно как-то само собой вдруг пришло и получилось. Как будто кто-то резко двери открыл, и я сначала закричала, я кричала, а потом вдруг поняла, что слышу сама себя. Слышу, слышу крики у острова, всё услышала — и получается, я смогла? Как же так получилось-то?

Рядом с нами присела удивлённая Элора, услышавшая последние слова Мараны:

— Сестрёнка, так ты теперь можешь меня слышать и тебе теперь не нужно носить с собой тетрадку? — она улыбалась у меня над плечом.

Марана в ответ утвердительно кивнула. Потом спохватилась и ответила:

— Да, я могу слышать, и я могу говорить, но как-то всё непривычно, мне тяжело пока.

— Элора, отведи её в покои, вызовите немедленно Императорского лекаря.

— Слушаюсь, Ваше Величество. — Элора помогла Маране подняться и, придерживая её за плечи, повела во Дворец.

— Что с этой служанкой не так? — спросила стоявшая всё это время сзади меня Нора.

— Она с детства была немая и глухая. Мы с ней общались только с помощью тетрадки. Она могла только читать по губам, и то, если говорить медленно, — ответила за меня Ило, сама удивлённая.

— Врачи говорили, что для того, чтобы она вернулась в прежнее состояние, она должна пройти через сильное потрясение. Она очень нужный для меня человек, — я проводила уходящих Марану и Элору взглядом, потом повернулась к Норе и Ило: — Пойдёмте-ка на остров, что-то мне ну очень захотелось узнать подробности.

И мы тронулись в обход озера к мосту, который вёл к павильону. Как раз служанки и гвардейцы подошли к концу моста, неся на руках всех детей. Тут были мои Влад и Элис, сын Арин Гай, дочь Деллы Айлин и сын Венды.

Гвардейцы сняли с себя мундиры и завернули в них детей. Две служанки выглядели как настоящие мокрые курицы — со слипшимися растрёпанными волосами и мятой мокрой одеждой. Они сразу же с плачем упали на колени передо мной.

Я обвела всех глазами. Влад, увидев мой взгляд, собрался заплакать, Элис уже, видимо, так наплакалась, что только всхлипывала.

— Кто-то может толково объяснить мне, что произошло? — я постаралась спросить это нейтральным тоном.

Один из гвардейцев немного выдвинулся вперёд, поклонился:

— Ваше Величество, сержант второго корпуса гвардии Иварт. Дети играли и наклонили лодку, служанки попытались их остановить, лодка накренилась и перевернулась. Мы всё время наблюдали за лодкой и поэтому смогли быстро оказаться на месте. Но, Ваше Величество, дети уже выросли, а лодка-то совсем детская. Служанки всё сделали правильно, это просто лодка уже не выдержала их веса и веса детей.

— Значит, виновата лодка? Или всё-таки тот, кто вовремя её не заменил?

— Я говорила, что нельзя нам садиться в эту лодку, — внезапно сквозь слёзы пробормотала одна из коленопреклонённых служанок. — Но дети сказали, чтобы мы немедленно поехали кататься. Мы не могли отказать принцу. А госпожа Валлис как раз ушла к Вам. А мы не могли их заставить нас слушаться, как это делает госпожа Валлис.

— Несите детей во Дворец. Помыть, переодеть, высушить их волосы. Я позже с ними буду говорить. Всех детей, не только моих, поняли? Не теряйте время. Сержант, Вам спасибо за правду.

Я отступила в сторону и показала рукой: «Идите». Гвардейцы и служанки быстро удалились. Ило стояла ни жива ни мертва. Даже побледнела. Я посмотрела на неё и вдруг рассмеялась.

— Ты что, решила, что я сделаю тебя виноватой? Я сейчас полностью уверена, что это мой Влад приказал служанкам, воспользовавшись случаем, что ты ушла и некому его остановить. Я сама с ними разберусь. Ну, перестань делать такое кислое лицо. Тебе это не идёт.

— Интересно, а где два моих головореза? — Нора быстро осмотрелась по сторонам.

— Мама, мы тут, и мы не головорезы, — раздалось из-за кустов, и оттуда вместе со служанкой вышли два серьёзных молодых человечка, держащих друг друга за руки.

— Мы только попросили служанку показать нам сад и парк, а тут услышали эти страшные крики. Мы только пришли. Мам, ну правда, мы ничего не сделали, мы даже просто не успели бы.

Глава тридцать пятая. Силла. Император.

Служанки жались и плакали, но правду сказать боялись. И я чувствовала уже, что это будет за правда. Всех сдала Айлин, когда пришла её строгая мама:

— Я так понимаю, что это ты всех подначила кататься на лодке и заставила служанок молчать. Так? Ну-ка отвечай немедленно, или я сейчас лично надеру тебе задницу.

Гнев Деллы показался таким искренним, что даже я опешила.

— Маааа... Это не я, это всё Влад! — заливаясь слезами, заревела маленькая предательница, видимо, уже не раз получавшая от матери по заднице.

— А ну быстро рассказывай всю правду Её Величеству! — Делла даже топнула ногой, изображая ярость. Но в её мимолётном взгляде в мою сторону я уловила искорки смеха. Поэтому быстро ей подыграла, насупив брови и яростно взглянув на ребёнка.

Как я и думала. Стоило Ило, которая узнала от служанок о приходе Норы, отлучиться на несколько минут, как моё чадо с суровым видом приказало служанкам немедленно принести вёсла и подать лодку. Когда они стали ссылаться на запрет госпожи Валлис, то получили угрозы от мелкого. Мол, скоро стану наследным принцем и я прикажу вас обеих страшно наказать.

Им ничего не оставалось, как принести вёсла и сесть с детьми в лодку. Он позвал кататься