Рода Броутон

Белинда

Rhoda Broughton

BELINDA

Перевод с английского Анны Энгельгардт под редакцией Константина Анисимова

© Издание на русском языке. ООО «Издательство АЗБУКА», 2026

Издательство Иностранка®

Предисловие редактора

Живи Рода Броутон в наши дни, она, скорее всего, была бы автором дерзкого блога с миллионами подписчиков или сценаристом остроумных сериалов в духе «Флибэг». Но она родилась в 1840 году в семье священника в Северном Уэльсе, в мире, где от женщины ждали кротости, молчания и умения вышивать крестиком. Рода выбрала другой путь – она взяла в руки перо и стала самой обсуждаемой, самой обожаемой и самой «опасной» писательницей своей эпохи.

Рода выросла в замкнутом мире старинного поместья, но пасторальная тишина не сделала ее характер мягким. Напротив, она с детства обладала тем самым «рентгеновским» зрением, которое позволяло ей видеть насквозь человеческие слабости.

Свой первый роман она написала от скуки буквально за несколько недель, и, когда он был опубликован (сначала анонимно), Англия ахнула. Почему? Потому что Рода Броутон первой решилась заговорить о том, что у молодых викторианских девушек тоже есть чувства и чувства эти – не всегда возвышенные. Ее героини хотели любить, могли ошибаться, они злились, язвили и – о ужас! – могли первыми признаться в симпатии.

Знаменитый издатель того времени Джон Мюррей наотрез отказался печатать ее книги, заявив, что они «выходят за рамки приличий». Консервативного Мюррея шокировали откровенные описания женских чувств, которые он счел чересчур «сенсационными» и аморальными. Однако после этого отказа Броутон нашла поддержку у своего дяди, известного автора готических рассказов Шеридана Ле Фаню. Именно он помог племяннице опубликовать первые работы в своем журнале, дав старт ее литературной карьере.

Вскоре основным издателем писательницы стал Ричард Бентли, который буквально разбогател на ее бестселлерах. И хотя критики были в ярости, называя творчество Броутон «грубым», «чувственным» и опасным для молодых читательниц, сама публика рассудила иначе. Романы Роды Броутон пользовались феноменальным успехом: они разлетались с полок магазинов быстрее, чем их успевали подвозить.

Рода создала новый тип героини – Broughton girl. Это была девушка, которая могла перелезть через забор, громко рассмеяться над шуткой и обладала тем, что сегодня мы называем харизмой. Белинда, героиня написанного в 1883 году одноименного романа, – одна из самых сложных и тонких представительниц этого племени. В ней «неприступная манера» борется с жаждой жизни, а ледяная вежливость скрывает вулкан страстей.

Сама Рода была женщиной поразительного ума и независимости. Она так и не вышла замуж, предпочтя карьеру и свободу. Она была душой оксфордского общества, славилась своими обедами, где за столом собирались самые блестящие умы эпохи. Говорят, что ее побаивались даже маститые ученые – ее едкий юмор бил без промаха. Рода была близкой подругой Генри Джеймса и наставницей многих молодых писателей. Однако чем старше она становилась, тем больше собственная слава начинала ее тяготить. Она иронично замечала: «Сначала меня считали чудовищем, которое развращает умы, а теперь я превратилась в безобидную старушку, чьи книги кажутся слишком скромными на фоне новых веяний».

Забвение Роды Броутон в XX веке выглядит как досадное историческое недоразумение. В дореволюционной России ее активно переводили, печатали в популярных журналах и издавали отдельными книгами. Русская публика того времени, воспитанная на Тургеневе и Толстом, находила в ее прозе удивительную психологическую точность и ту самую европейскую «живинку».

Однако после 1917 года в России и с появлением новых литературных веяний в Англии слава писательницы стала стремительно таять. В Советской России ее романы сочли «буржуазными» и «легковесными», а на ее родине критики-модернисты поспешили списать ее в архив вместе с кринолинами и турнюрами, решив, что ее ироничные истории – это лишь развлечение для ушедшей эпохи. Она, некогда королева библиотек, чьи тиражи заставляли завидовать мужчин-писателей, оказалась в тени на долгие десятилетия.

Читать «Белинду» сегодня – значит слышать голос женщины, которая не побоялась быть искренней в эпоху строгих запретов. В этом романе Броутон отразила все то, чем была характерна ее собственная жизнь: иронию над сухой академической средой (профессор Форт как типичный представитель), любовь к путешествиям и, конечно, то самое мучительное несовпадение между внутренним огнем и внешней сдержанностью.

Персонажей романа на назовешь картонными. Броутон пишет о людях, которые живут обычной жизнью и испытывают обычные чувства – страдают от жары, недовольны едой в плохих трактирах и ощущают себя словно облитыми из ведра ледяной водой, когда их отвергают.

Рода Броутон однажды сказала, что ее единственное желание – чтобы ее книги не были скучными. Спустя полтора столетия можно с уверенностью сказать: это желание исполнилось. В ее прозе нет нафталина, зато много весеннего ветра, горьковатого юмора и надежды.

Это первое крупное произведение Роды Броутон, которое выходит на русском языке спустя долгие десятилетия. Открывая эту книгу, вы приглашаете в собеседники одну из самых остроумных женщин XIX столетия. Позвольте ей рассказать вам историю Белинды – историю, в которой она оставила частичку своего никогда не остывавшего сердца.

Период первый

Пойдемте, друг мой, к розе той,

Что в ризе пурпурно-златой

Раскрылась утру на рассвете.

Посмотрим, не завял ли цвет,

Не смыт ли розовый отсвет

Вечерней тенью при привете.

Увы! Взгляните: в краткий час

Краса ее уже зажглась

И пала, землю устилая.

О мачеха-природа! Ты

Даешь нам дивные цветы

Лишь от утра до тени края.

О, если верите вы мне,

Пока вы в утренней весне

И в цвете лет, моя святыня, —

Срывайте ж юности цветы,

Чтоб не сорвала красоты

Угрюмой старости пустыня[1].

Глава I

Меж кущ тенистых и аллей

Резвится Весна, нарядна и весела[2].

Так же весело, как и повсюду, в дрезденском Гроссер Гартене[3] этим майским днем празднует свое воцарение радостная и нарядная Весна. И хотя в ее озорстве порой еще сквозит готовность больно ущипнуть, а в ее зеленой улыбке таится некая колкость, множество ликующих подданных вышли воздать почести своей новой королеве. Да, именно множество; в такой день дрезденцы – таков их обычай в каждый первый день мая – стремятся в Гроссер Гартен пешком и в экипажах, чтобы приветствовать юную правительницу года. В честь нее устраивается цветочное торжество: все бросают друг другу букеты. Над