![Прозаические лэ - Елена Хаецкая](https://pbnuasecond.storageourfiles.com/s18/150393/img/150393.jpg)
-
Название:Прозаические лэ
-
Автор:Елена Хаецкая
-
Жанр:Научная фантастика
-
Год публикации:2021
-
Страниц:71
Краткое описание книги
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
* * *
![Прозаические лэ Прозаические лэ](https://pbnuasecond.storageourfiles.com/s18/150393/img/i_001.jpg)
Елена Хаецкая – российская писательница и переводчик фантастических и исторических произведений. Родилась в Ленинграде. В литературе дебютировала романом «Меч и Радуга» (1993). Награждена премиями «Странник», «Бронзовая улитка», «Большой Зилант», «Меч Руматы», «Басткон», «Филигрань» и многими другими.
Наступил уже день Пятидесятницы, и рыцари, кто смог, съехались в Камелот к королевскому двору. Сияли драконы и вепри, грозили львы и единороги, и рыбы дивились на происходящее с гербовых щитов. Не прибыло всего несколько славных рыцарей, и обо всех король справился поименно: Тристрам по срочной надобности находился в Уэльсе, Ламорак улаживал какие-то дела в Каэрлеоне, ну и еще отсутствовал Юбер де Куртуа, любимец прекрасных дам; насчет него сведения ходили противоречивые.
Король, в белоснежных одеждах, широкоплечий, восседал на кресле с высокой спинкой, и круглый хлеб возлежал на серебряном блюде перед ним; почти все места за Круглым Столом заняты – как и положено в Троицын день, изобилие благ переливается через край. Самое время вносить запеченного фазана.
Вот уж прибыл на огромном подносе фазан в переливающихся перьях, и запела звучная лютня, и акробат, с лицом таким красным, словно его только что вытащили из печи, начал бросать цветные шарики, стоя вниз головой, и согласно загудели голоса пирующих… Все это наполнило сердце короля таким всеобъемлющим покоем, какого не ведал он и в детские свои годы.
– Сейчас самое время для какого-нибудь приключения, – говорит король. – Потому что для полноты счастья необходимо нечто сверх счастья, – нечто такое, что осмелится нарушить совершенство и пошатнуть гармонию. Это как зеркальное озеро: оно прекрасно, оставаясь неподвижным, но втрое прекраснее – если бросить в него камень и смотреть, как на разбегающихся кругах одна за другой начинают раскачиваться лилии.
– Все это слишком сложно, дядя, – заметил Гавейн, поглядывая, однако, не на короля, а на фазана.
И тут раздался громкий звук, словно лаяли охотничьи собаки или рычала утроба диковинного зверя, чья шкура вместо пятен вся испещрена глазами, – и в зал вошла дама.
Шум издавали ее одежды, многослойные и широкие. При каждом шаге она взбивала юбки и взмахивала рукавами, а рукава у нее свисали до самого пола и были оторочены каким-то особенным жестким мехом, который трещал от любого движения. И когда все присмотрелись внимательнее, то увидели, что это не мягкий мех, а иглы, наподобие ежиных.
Представ перед королем, дама низко склонилась и опустила голову.
– Что привело вас ко мне, прекрасная дама? – спросил король учтиво и ласково.
А она подняла голову и ответила:
– Я хотела бы получить при вашем дворе должность виночерпия.
– Быть виночерпием непросто, – подал голос сенешаль Кей. – Да и занятие это неподходящее для дамы.
– И все-таки я прошу о такой милости, – настаивала дама.
Тут акробат медленно опустил ноги на землю и принял положение, положенное человеку от Бога, то есть головой вверх, а ногами вниз, и так утвердился в своем углу; лютнист прервал игру. Слуги же держали фазана на поднятых руках, и руки их начали подрагивать от напряжения. Ничего им так ни хотелось, как водрузить наконец фазана на стол и дать себе немного отдыха.
Король, к их облегчению, сказал:
– В таком случае, можно со спокойной душой начинать пир. Мы ждали только какого-нибудь приключения или известия о приключении, чтобы хотя бы маленький камень нарушил зеркальную гладь нашего пруда.
И дал знак слугам поставить фазана посреди стола.
Они так и поступили и поскорее удалились, а дама в ее многослойных одеяниях осталась наедине с тяжелыми кувшинами вина и необъятными кубками, которые надлежало наполнить с неустанной тщательностью.
Видя, что она медлит, король с улыбкой спросил:
– Что с вами, прекрасная дама? Может быть, должность виночерпия для вас непосильна? Еще не поздно отказаться без всякого ущерба для вашей чести.
– Я сама вижу, что должность эта трудная и работа моя будет сопряжена со многими опасностями, – отозвалась дама. – Поэтому прошу назначить мне помощника и телохранителя, притом такого, который был бы самым славным из всех рыцарей.
– Это легко исполнить, – сказал король. – Мой племянник Гавейн так и зовется – Славный Рыцарь, и поверьте, это прозвание он заслужил не за красивые глаза. А как ваше прозвание?
– Мое имя Леонора, – отвечала дама, – но теперь я хочу, чтобы ко мне обращались «Прекрасный Виночерпий».
– Отлично! – воскликнул король. – Итак, Славный Рыцарь, идите помогайте Прекрасному Виночерпию исполнять его долг, а все остальные – подставляйте скорее кубки!
Гавейн нехотя поднялся с места и подошел к Леоноре, а она объяснила ему, в чем должна заключаться его помощь:
– Придерживайте мои рукава, пока я разливаю вино.
Гавейн схватил ее рукав и тотчас отдернул руку. На пальце у него показалась кровь.
– Будьте осторожнее, – заметила Леонора. – Наденьте перчатки.
– Я никогда не обедаю в перчатках, – возразил Гавейн.
– Обедать вам не придется, – сказала Леонора. – Разве что потом, когда пир закончится, и мы с вами сможем подкрепиться объедками.
– Как будто мой дядя король когда-либо по доброй воле оставлял объедки, – вздохнул Гавейн. – Когда он был моложе, то съедал целого оленя с костями и рогами. Я же менее славный рыцарь и способен уничтожить таким образом разве что вепря.
– Мои таланты еще скромнее, – сказал Прекрасный Виночерпий. – Я в состоянии разделаться лишь с куропаткой.
Беседуя таким образом, они разливали вино и обошли уже почти весь стол, когда дверь внезапно распахнулась и на пороге показался рыцарь огромного роста.
Ему даже пришлось немного наклонить голову, чтобы не касаться макушкой потолка, – такой он был высокий.
Доспех на нем был весь усеян красными шипами, а лицо потемнело от ярости, глаза же, желто-карие, сильно выпучились и вращались в орбитах.
– Как вы посмели отобрать у меня даму! – закричал он таким громким и низким голосом, что струны лютни запели сами собой и задребезжали слюдяные окна.
Леонора выпрямилась, держа в одной руке кувшин, а в другой – королевский кубок. Одежды ее зашумели, иголки на оторочке рукавов затрещали, а длинные светлые волосы вспыхнули, когда она тряхнула головой.
– Как вы смеете врываться сюда и обвинять короля в подобных вещах! – произнесла дама.
Великан повернулся к королю и, пока тот рассматривал его, растянул в улыбке рот.