И на случай, если попытаешься потащить меня за собой, знай: я никогда не рвался тренировать сопляков. Так что если меня избавят от участи няньки, пусть и ценой нашивок, я это переживу.

Он мотнул головой в сторону выхода, давая понять, что разговор окончен. Я прошмыгнула в коридор, не веря, что так легко отделалась. Непонятно, кто из нас двоих одержал верх, но даже ничья меня устраивала.

Перед ужином объявили результаты теста. В обязательную норму правильных ответов – не менее восьмидесяти процентов – уложились все. Я набрала девяносто шесть, оказавшись лучшей, и отметила заслуженный третий балл порцией чизкейка. Блейз почти уговорил меня дополнить лакомство горячим шоколадом, но наткнувшись на взгляд Хаммера, я отодвинула чашку. Мельком изучив содержимое тарелки, он прошел мимо, а я приуныла. Завтра мою пятую точку снова ждут нелестные комментарии. Но я ошиблась – Хаммер выбрал другую тактику.

– Слишком медленно, – сухо бросил он, когда я утром выбежала на построение.

Последними были Гордон и Мун, но именно я удостоилась замечания. Следующий комментарий ждал меня после отжиманий:

– Неправильная стойка.

Стиснув зубы, я закончила подход и приступила к подтягиваниям.

– Не укладываешься во время, Кейн.

За день я единственная не получила ни одного балла. Даже вечно отстающий Тим обогнал меня в общем зачете. Теперь я понимала, почему Хаммер так быстро закрыл тему с правлением. Убрать меня он мог и, не прибегая к разоблачению.

– Не расстраивайся, – ласково шепнула Бонни, когда я уткнулась лицом в подушку и заявила, что не пойду ужинать.

– Мозес слышал разговоры – на днях приедет важная шишка, – Талула присела рядом. – И будет проверять, как работает программа. Вот «внедорожник» и строит всех, кто попадает под руку.

Убедившись, что уговоры не помогают, девчонки ушли в столовую. Оставшись в одиночестве, я поднялась с кровати и принялась нарезать круги по спальне. Если Хаммер действительно решил меня слить, нужно использовать проверяющего как повод напомнить о себе. Я просто обязана продемонстрировать, что ради цели готова на все. Завтра после построения покажу Хаммеру пакет, и если до конца дня снова не получу балл, передам «улику» проверяющему.

– Посмотрим, готов ли ты на самом деле лишиться нашивок, – с самодовольной улыбкой я приподняла матрас.

И испуганно охнула – трусов под ним не оказалось. Чувствуя, как к солнечному сплетению понимается волна страха, я ощупала каждый стык каркаса, перетрясла одеяло и простыню, заглянула под кровать – тщетно. Мое главное оружие в борьбе с Хаммером исчезло без следа.

– Сукин сын! – взвыла я и кинулась к батарее, стараясь не думать о неизбежном.

Но штаны оказались на месте. Выступившие слезы я стерла с улыбкой – мне все еще было, что предъявить правлению. Осмотревшись по сторонам и наспех набросив на матрас простыню, я машинально открыла тумбочку. Не знаю, что я надеялась там обнаружить, но только не листок бумаги со знакомым размашистым почерком. Дрожащей рукой я медленно достала его из ящика. В записке снова было пять слов, по одному на каждый тревожный укол в сердце.

«Ты забыла про снимки зубов».

Глава 5

Случайный свидетель вряд ли бы придал значения странному посланию, скорее бы расценил как чью-то не самую удачную шутку. Я же понимала, что проклятый кусок бумаги сулит больше проблем, чем пропавшие трусы. Руки Мары сильно обгорели, поэтому об отпечатках речь не заходила. Снимками зубов тоже никто не занимался, ведь отец сразу опознал тело. Личность погибшей ни разу не ставилась под сомнение. Но стоматологическая карта Мары все еще хранилась в архиве городской клиники, и если у полицейских появятся вопросы, никто не помешает им сделать эксгумацию и сравнить снимки.

Я порвала записку и спустила клочки в унитаз. Надеюсь, Хаммер ее не видел, когда обыскивал мое спальное место. Еще одна дискуссия с ним сейчас будет не ко времени. С исчезновением трусов расклад сил изменился – если мы снова схлестнемся, мне не выиграть. Щемящая боль в груди не проходила. А если трусы взял не Хаммер? Вдруг Джастин его опередил? Или кража и записка не связаны? Чувствуя, что от обилия вопросов мозг вот-вот закипит, я села на криво застеленную кровать. Надо мыслить логически. Джастину ни к чему пакет с неизвестным содержимым. Белье у Хаммера. Он прекратил ставить мне баллы с утра, а значит, нашел трусы еще вчера. А из программы не выгнал только потому, что помнит о существовании штанов. Джастин появился позже – перед обедом я убирала в тумбочку расческу, и обязательно обнаружила бы записку.

Остаток вечера я уговаривала себя, что справлюсь. Будь у Джастина реальные доказательства мошенничества, я бы давно оправдывалась перед адвокатами, а не перед собой. Мысль подействовала успокаивающе, и я не заметила, как задремала.

Мне снилась Мара: полыхая в огне, она с криками размахивала обуглившимися руками. Я кожей ощущала исходящий от нее жар. Неожиданно горящая ладонь оказалась слишком близко и практически накрыла мое лицо. С всхлипом втянув в себя воздух, я проснулась. И тут же по ушам ударил нарастающий вой сирены.

За три недели мы научились одеваться гораздо быстрее, чем за сорок пять секунд – где-то уже на тридцатой я выскочила из блока вместе с Талулой. Бонни отстала от нас всего на две.

– Смирно! – вместо Хаммера и Фолкнера перед шеренгой прошелся седой военный. Он оценивающе осмотрел форму каждого, проверяя соответствие уставу. И, наконец, представился: – Меня зовут полковник Рассел. Сегодня вы продемонстрируете, насколько целесообразно ваше пребывание в программе. До полудня занятия будут проводиться в обычном режиме, а затем обе группы доставят в зону проведения марш-броска. Для ориентирования на местности будете пользоваться портативными системами навигации – установите местоположение объекта, на котором хранится специальный груз, и доставите этот груз на базу.

На этом скупой инструктаж закончился, и мы поступили в распоряжение инструкторов, гадая, что же придется нести через пустыню. Предположения выдвигались всю разминку, пока Хаммер не пообещал снимать по баллу за каждый издаваемый звук.

– Надеюсь, это не ящик с боеприпасами, – сострил Блейз, когда нас отпустили в столовую. – А то мы поляжем там же, где его взяли. Если не от взрыва, то от тяжести.

– Да я бы тебе даже чеку от гранаты не доверила, – осадила его Талула.

– А может быть, там что-то незначительное? – робко встрял в беседу Тим.

– Такое же, как ты, – Джастин подхватил со стойки банку с содовой. – Или как Кейн.

Он повернул жестяной ключ и изобразил шипение пузырьков.

– Пшик, и вылетите.

Я еле удержалась, чтобы не врезать ему подносом по затылку. За меня это сделала Бонни. И виновато захлопала ресницами:

– Прости, Джас, я случайно.

Сидевший за