В глазах фейри вспыхнуло что-то первобытное, опасное и обжигающее. Я не сразу сообразила что. Но потом смутная догадка прокралась в мой разум, словно вор. Неужели ревнует? Я слышала, фейри те еще собственники. Но к чему принцу ревновать меня? Он не мой возлюбленный и не жених. Мы просто заключили сделку.

Бран подался вперед. В зрачках, темных, как бездна, заклубилась тьма. Я не могла понять, то ли он придушит меня сейчас, то ли поцелует. Но принц неожиданно замер, точно разум внутри него отчаянно боролся с дикостью. Глубоко вздохнул и посмотрел на меня более осмысленно, прочистил горло.

– В общем, думаю, это действительно твой брат. Видимо, именно его следы Морвран обнаружил возле замка. Кларх как-то выследил тебя.

Я усмехнулась уголком рта.

– А я боялась, что ты станешь надо мной смеяться.

Бран пожал плечами.

– Если проклятие превратило моих подданных в проклятых тварей, то почему оно не могло сделать то же самое с твоим братом? Он ведь не простой смертный, ведьмак.

Я остолбенела. Наверное, взгляд у меня сейчас был совершенно диким.

– Так, значит… – вырвалось у меня, – фейри не погибли? Мы полагали, когда Керидвен наложила проклятие… все они…

Бран вновь покачал головой.

– Она, конечно, могучая ведьма, но даже ей не под силу разом уничтожить столько существ. Зато ей удалось обречь моих подданных на жалкое существование в загнивающем лесу.

Я задумчиво сдвинула брови.

– Яд заставил глаза тех, кто стал его жертвой, кровоточить. Вот почему клархи тоже плачут кровавыми слезами, ведь так?

Принц мрачно кивнул.

– А если мы снимем проклятие, твои подданные вновь смогут стать собой? – не унималась я. – И мой брат тоже?

Бран снова кивнул.

– Они вернут изначальный облик.

Я стиснула зубы и устремила на него решительный взгляд.

– Что ж, теперь и я страсть как желаю уничтожить эту клятую ведьму!

Бран лишь смерил меня в ответ странным взглядом, который я не смогла разгадать.

Глава 17. Кара

Наступила ночь, но сон вместе с ней не пришел. Стоило мне ненадолго смежить веки, как перед внутренним взором возникал Киллиан. Его уродливое звероподобное тело и такой родной, знакомый взгляд. Да, его глаза сочились кровавыми слезами, но все равно это были его глаза. Крупицы сомнений догорели во мне вместе с закатным солнцем.

Киллиан провел в проклятом лесу десять ужасных лет. Эта мысль медленно убивала меня, скручивая внутренности смертельным ядом вины и сожаления. Если бы я знала, что он выжил, непременно отправилась бы на поиски. Но я была уверена, что мой брат погиб. Или же просто убедила себя в этом, чтобы у меня не осталось ни малейшей причины возвращаться в это ужасное зловонное место?

В деревне меня считали отчаянно смелой, но вот кем я была на самом деле – жалкой трусихой, не способной преодолеть собственные кошмары и страхи, что отравляли мои сны каждую гребаную ночь. Я стиснула зубами край одеяла и сдавленно зарычала. Мне хотелось ударить себя, сделать себе больно за свою слабость и беспомощность, за то, что заставила брата страдать. Никогда еще я не казалась себе столь отвратительной и жалкой.

Глухой исступленный стон резко привел меня в чувство. Я подскочила на кровати и настороженно прислушалась. Стон повторился. Он был исполнен боли и какой-то глубинной застарелой муки.

Я не успела обдумать свои действия и тот факт, что на мне была лишь кружевная черная сорочка, ноги понесли меня к двери. Выскользнув в коридор, я устремилась на звук, как несчастная жертва, завороженная зовом сирены. И хотя в этих стонах не было ничего притягательного, отчего-то я нутром чуяла: они меня погубят. Вернее, тот, кто их издавал.

Я застыла перед дверью из черного дерева. Подергала серебряную ручку – не заперто. Собравшись с духом, решительно опустила ее и шагнула внутрь.

В комнате властвовал полумрак. Первое, что бросилось мне в глаза, – огромная драпированная кровать, на которой в полубреду металось рослое поджарое тело. В воздухе мерцали волшебные серебристые огни – единственное, что освещало спальню помимо луны, что заглядывала в окно.

Возможно, я не имела права здесь находиться, но мгновением позже я уже стояла перед кроватью, впившись напряженным взглядом в до боли красивое лицо принца фейри.

Его густые брови были сдвинуты, почти превратившись в сплошную черную линию. Губы Бран искусал до крови. Но она темнела не только на лице фейри. Кровью была перепачкана его обнаженная грудь, свободные черные штаны, низко сидевшие на бедрах, и смятые темные простыни.

Я лихорадочно заскользила взглядом по телу принца в поисках ран. Сплошная чернота, что покрывала его руки, поднималась выше запястий, постепенно разделяясь на изогнутые легкие мазки, в форме которых я без труда признала вороньи перья.

Я едва не застонала, когда мой взгляд коснулся пальцев принца на правой руке. Длинные, крепкие, они слиплись от крови, постель под ними тоже пропиталась ею. Кто-то изранил фейри, пока он спал? Или он сделал это сам, скованный кошмаром?

Наклонившись ниже, внимательно осмотрела его пострадавшую руку, и мое тело онемело от ужаса, когда я осознала, откуда взялась вся эта кровь! Пальцы Брана напоминали кровавое месиво. А его когти, изогнутые крепкие черные когти, лежали отдельно от тела. Со стороны все выглядело так, будто кто-то безжалостно вырвал их с мясом.

Сжав кулаки так, что побелели костяшки, я склонилась над фейри, отчаянно стараясь держать себя в руках.

– Бран! – Мой голос предательски дрогнул. – Ты меня слышишь? Кто это сделал?

Вместо ответа воздух разорвал очередной стон. Голова принца заметалась по подушке, глаза его были плотно сомкнуты, лицо блестело от выступившего пота.

Осмелев, я приложила тыльную сторону ладони к его лбу и тотчас отдернула руку. Кожа Брана обжигала. Он попросту сгорал, как будто внутри его пылал самый настоящий огонь. Фейри был без сознания, поэтому и не ответил. Я бросилась к двери и выскочила в коридор.

– Мор! – выкрикнула я.

Закрутилась на месте, продолжая звать дворецкого по имени. Но ответом мне была тишина. Где же этот проклятый боггарт, когда он так нужен?!

– Морвран! – заорала я себя не помня.

Внезапно по замку эхом разнесся лихорадочный топот. Из-за угла в черных штанах и халате вылетел боггарт. Наконец-то!

– Что… стряслось? – задыхаясь от быстрого бега, выдохнул он, ошалело хлопая сонными совиными глазами.

Не желая тратить время на объяснения, я схватила его за руку и потащила в комнату. Толкнув дворецкого к кровати Брана, я выпалила:

– Что с ним? Отвечай!

Увидев хозяина, боггарт поменялся в лице. Его и