Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Поскольку это направление деятельности считалось весьма прибыльным, где можно без особого труда и вложений «срубить лёгкие бабки», самые «плодородные» участки уже давно были поделены между более сильными группами «чёрных» археологов. Таким неудачникам, как Дэн с Мэтом, досталось то, что досталось.
Но парни не унывали. Они третье лето подряд приезжали на Утришские лагуны, жили в лагере нудистов и тайком поднимались в горы, чтобы вести разработку потенциальных клондайков при помощи металлоискателя.
Чем выше они поднимались, тем прохладнее становилось. Пицундские сосны с пушистыми ветвями росли близко друг другу и почти не пропускали солнечных лучей. Здесь было гораздо приятнее находиться, чем в изнывающем жарой лагере на самом краю леса.
Добравшись до помеченного специальным знаком дерева, Дэн откинул груду веток и вытащил металлоискатель.
Сегодня была его очередь надевать наушники и слушать ритмы земли, скрывающей сокровища древних цивилизаций. Но Денису было лень таскать тяжёлую штуковину, и он уступил эту почётную обязанность кузену, который вряд ли следил за очерёдностью. А если и следил, то всё равно не стал бы возражать.
И действительно Матвей нацепил наушники и углубился в поиск артефактов.
Денис же прилёг на мягкой хвое, много лет копившейся на земле среди шершавых стволов. Ещё было рано, можно немного подремать, пока Мэт трудится ради их общего блага…
— Дэн, Дэн, — Матвей тряс его за плечо. Он был чересчур взволнован, и даже голос звучал выше, напоминая девчачий. — Я нашёл. Кажется…
— Так нашёл, или кажется? — Денис мгновенно проснулся и поднялся на ноги.
— Нашёл, только это… мм…
— Да, блин, прекрати уже мычать, говори, что там!
— Камень…
— Какой ещё камень? — Дэн вспыхивал мгновенно и начинал орать. — Ты меня разбудил из-за какого-то булыжника?!
Матвей в ответ на наезды двоюродного брата всегда тушевался и начинал мямлить. Чувствовал он себя при этом очень неуютно.
— Нет. Это белый камень. Может, саркофаг? — предположил он с надеждой.
Дэн давно хотел найти не разграбленный саркофаг какого-нибудь древнего богача, чтоб там и золотые монеты, и украшения, и дорогая посуда. И ещё много всего, что понравится его «куратору».
Дело в том, что за этой деятельностью наблюдали очень пристально, и Денис не смог бы продать ни одной самой мелкой монетки так, чтобы об этом не стало известно «куратору». И попытайся он пойти в обход своих «покровителей», и ему, и Мэту весьма не поздоровилось бы.
Поэтому о каждой находке он должен был доложить «наверх». Правда, пока ничем порадовать «куратора» он не мог. И тучи над его головой уже начинали сгущаться. Слишком подозрительно «сверху» смотрелись три лета работы вхолостую.
К возможному саркофагу Денис почти летел, уже представляя, что купит на заработанные деньги. Ему обещали всего двадцать пять процентов, причём напополам с Мэтом, но даже и это в случае удачи может оказаться огромным барышом. Да и, какой будет половина Матвея, определял сам Дэн, можно её немного подрезать.
В плодородном слое гумуса, накопившемся здесь за много веков, виднелась свежевыкопанная ямка. А из неё торчало что-то, испачканное землёй.
Денис подошёл поближе и присел на корточки. Коснулся белевшей под слоем грязи находки. Это был не просто камень. Уж слишком гладкой наощупь оказалась находка. И холодной.
— Что это? — спросил наблюдавший за его манипуляциями Матвей.
— Не знаю, — шёпотом ответил Денис и огляделся по сторонам. Душу затопило ощущение чего-то грандиозного. Он чувствовал, нет, знал, что они с Мэтом стоят на пороге большого открытия. — Давай раскопаем побольше.
Матвей послушно поднял отброшенную было в сторону лопату и приготовился копать дальше.
— Стой, тупица! — заорал Дэн.
Мэт послушно замер и поднял на него ожидающий взгляд.
— Не лопатой! А вдруг повредишь?
Точно, и как он сам до этого не догадался. Всё-таки хорошо, что Денис у них такой умный.
Матвей нашёл толстый сук, отломал от него лишние ветки и, встав на колени над ямой, принялся выгребать из неё землю.
Находка оказалась узкой, клиновидной формы, но длинной, уходящей глубоко в землю. Мэт устал уже обкапывать её.
— Уже сантиметров тридцать, — сообщил он наблюдавшему Денису и устало вытер пот. Жара поднималась и наполняла воздух между деревьями.
— Пусти-ка, — Дэн сорвал сосновую ветку и начал обтирать ею находку.
Спустя несколько минут из-под слоя сырой земли явственно проступила бледная рука.
— А-а-а! — заорал Матвей и одним прыжком отскочил на пару метров. — Труп!
— Тьфу на тебя! — Денис тоже дёрнулся от резкого вскрика товарища. — Чего орёшь?! Статуя это. Мраморная.
25
Первые несколько дней промелькнули для Светы, как один нескончаемый трудовой подвиг. К вечеру она обычно была настолько вымотана, что с трудом ужинала тем, что готовила им днём Колькина бабушка, на автопилоте принимала душ и валилась в постель. А утром всё начиналось с начала.
Постепенно девушка втянулась, и работа уже не казалась настолько тяжёлой. Светка даже начала получать удовольствие от общения с лошадьми, узнавала их характеры и повадки, училась находить подход.
С каждым днём на ферме ей нравилось всё больше и больше. И вечерами вместо ожидаемого мамой нытья девушка взахлёб рассказывала ей, как здесь здорово, какой замечательный Гном, и нос у него бархатистый, и нрав мягкий. В общем, если б он не был конём, мама решила бы, что дочь наконец влюбилась.
Об Игоре Светка старалась лишний раз не упоминать, только если мать спрашивала напрямую. Девушка боялась раскрыть своё истинное отношение, потому что в последние дни он словно поселился в её мыслях. Днём она постоянно старалась найти его взглядом, а ночами… он неизменно становился героем её эротических снов.
Светка чувствовала себя глупо и боялась, что кто-нибудь узнает о её любовной зависимости и начнёт насмехаться.
Игорь же вёл себя по отношению к ней заботливо и покровительственно, словно старший брат. И это иногда просто выводило Светку из себя, хотелось стукнуть его по голове и проорать ему в ухо: «Я влюблённая в тебя женщина! Заметь же это наконец!»
Но он не замечал. Конечно, иногда девушка ловила на себе его взгляды, дававшие ей призрачную надежду, но и она гасла, когда Игорь, заметив, что она смотрит в ответ, тут же отводил глаза.
Ещё и Марина изводила её постоянными придирками и насмешками. Правда, делала это, когда поблизости никого не было. При других же эта стерва всегда была к ней подчёркнуто нейтральна. А Игорь, казалось, начал уделять стерве больше внимания, чем раньше. Они даже собрались пойти на свидание, но мужчина уже дважды откладывал это