Теперь общественный и служебный фронт. Я герой прошедшей войны, у меня на груди солидный иконостас. Обо мне знают миллионы в нашей стране и в пока ещё союзных странах. Несмотря на «юный» возраст, всего двадцать один год, я член партии и первый секретарь крайкома.

За моими плечами не только военные подвиги, но и немалые трудовые свершения. По большому счёту, я один из самых богатых людей страны, и это не фигура речи, а финансовая реальность. Изобретённый мною протез не только дал возможность, наверное, уже более чем ста тысячам инвалидов в нашей стране вести полноценную созидательную жизнь. Он запатентован в Великобритании, Канаде и всех остальных странах Британского Содружества, а самое главное, в США. Это приносит мне ежемесячно тысячи долларов и фунтов, на которые в этих странах закупается много разного нужного в Сталинграде. Например, самые лучшие в мире солнцезащитные очки для нашего гения снабжения.

Но всё это осталось в прошлом, в той главе моей жизни, последние строки которой вчера дописал проведённый нами в Сталинграде салют Победы.

Впереди, надеюсь, военных подвигов не будет, а вот с трудовыми свершениями всё очень непросто. Мне лично руководство страны в лице товарища Сталина, между прочим, поставило такие задачи, что страшно даже думать. И это не отменяет те, которые по-прежнему стоят передо мною и которые только усложнились.

В первую очередь это касается сельского и рыбного хозяйства. И вот на этом я решил сейчас в ночной тиши сосредоточиться. Сна всё равно нет, а дебит с кре́дитом (ударение на е) подвести не мешает и поставить самому себе задачи.

Начать я решил с рыбного хозяйства.

Валерий Павлович Чухляев, как ломовая лошадь, тянет и этот воз. К весне сорок пятого на берегах Волги не осталось никаких следов войны. Однажды я спросил его:

— Тяжело, Валерий Павлович?

Он усмехнулся:

— А кому сейчас легко? Терпим.

Из воды подняли вообще всё, что было затоплено ещё с начала века. Конечно, то, что технически можно было и, самое главное, безопасно. В итоге на дне Волги на её сталинградской областной части осталось всего четыре затопленных судна. Никакой опасности они не представляли и совершенно ничему и никому не мешали.

Почти сразу же за южной окраиной города год назад начали строить два рыбзавода: на одном будут перерабатывать выловленную рыбу, а на другом будут заниматься её разведением. Наша судоверфь с началом весны стахановскими темпами начала возвращаться к своей судостроительной деятельности.

Во время Сталинградской битвы почти весь моторный флот нижней Волги был мобилизован в Каспийскую военную флотилию, которая в итоге выполнила свою боевую задачу, обеспечив, в частности, само существование волжской переправы.

После окончания боев многие бывшие рыболовные суда были привлечены для траления мин на Волге и Каспии. К началу навигации сорок третьего года основной волжский фарватер был открыт, и летом было восстановлено массовое грузовое судоходство. Но полная очистка реки в лучшем случае будет завершена к концу осени нынешнего сорок пятого года. Но уже сейчас ясно, что к окончанию этой операции деревянный довоенный речной рыболовецкий флот будет почти полностью физически выбит и его надо создавать заново.

Сейчас восстановление волжских рыбных промыслов в нашей области ещё на одном из последних мест. На это пока нет ни сил, ни средств. А самое главное, ещё и не безопасно.

Конечно, лов волжской рыбы не прекращался ни на минуту. Им занимались уцелевшие рыбные артели, еле живые рыбные хозяйства и, конечно, простые сталинградцы. По сравнению с довоенным уровнем добычи это были слёзы. Но по мере приведения в порядок самой Волги и её берегов частный лов постепенно нарастал, и рыба начала появляться на рынках.

Артели и рыбные хозяйства, постепенно восстанавливая свой флот в первую очередь за счёт ремонта повреждённого и поднимаемого со дна реки, осторожно начинали лов рыбы на тех участках, которые полностью очищались от мин.

В первую очередь это были отмели и мелководья. Для этого используются старые парусные дедовские лодки: всякие рыбницы, косные лодки и асламки. Никакого пополнения новыми лодками и промысловыми судами, естественно, не было.

Но уже решено после окончания войны строить новый стальной флот, суда которого сразу же начали проектироваться. В первую очередь этим должны будут заняться астраханские судостроительные предприятия. Они уже готовятся к этому и помогли с проектированием наших судов.

В тот же день, когда номерной оборонный завод вновь стал Сталинградским судостроительным, мы приняли решение, что главным начальником рыбного хозяйства области станет товарищ Чухляев. Я лично поставил ему задачу в максимально короткие сроки возродить нашу рыбную отрасль, у нас для выполнения этой задачи банально появились деньги.

Временно всем прибывающим в Сталинград в первую очередь начали предлагать работу в рыбных хозяйствах и на строящихся рыбзаводах. Кто-то шёл работать и в рыбные артели.

На судоверфи быстро наладили ремонт повреждённых судов и восстановление поднятых со дна и параллельно строительство с нуля новых моторных рыбацких лодок. В политехе с помощью астраханских корабелов за месяц были разработаны конструкции двух новых рыболовецких судов.

Их новизна заключается в почти полностью металлических конструкциях и адаптации под наши конкретные производственные возможности.

Первое это фактически традиционная волжская рыбница, только почти полностью металлическая и с мотором, длиной двенадцать метров и грузоподъёмностью двадцать тонн. Её плоское дно будет позволять подходить к отмелям и мелководью. В перспективе судно можно оснастить выдвижным килем, что даст возможность использовать его при сильном ветре, в дельте Волги и даже в прибрежной зоне Каспия.

Второе полностью металлическое, длиной двадцать метров, грузоподъёмностью шестьдесят тонн. Выдвижной киль у него предусмотрен сразу же. Но после опытной эксплуатации первых двух-трёх судов, возможно, киль будет предусматриваться сразу же.

Самое узкое место это двигатель. На первых порах будут устанавливаться восстановленные на Кошелевском заводе немецкие дизеля. Их на данный момент на заводском складе штук двадцать: полтора десятка двадцатисильных и пять шестидесяти. Есть ещё какое-то количество аварийных бензиновых, но их ещё надо восстановить.

Эти модели пока будут называться соответственно мотоботом и малым сейнером. Пока предусмотрено до первого сентября построить десять первого типа и пять второго. А дальше видно будет, всё зависит от того, как они покажут себя в эксплуатации. Это возможно пока на переходный период завод не загружен заказами из Москвы, но с началом осени эти послабления закончатся.

Пока у нас есть свои металлоконструкции, которые «Красный Октябрь» сверхпланово производит из того сырья, что приходит к ним от Дмитрия Петровича. Но эта лафа скоро кончится: во-первых, не