сталинградскими товарищами уехал в Гурьев, где их с нетерпением уже ждали нефтяники Эмбы. Совместными усилиями им предстоит сделать первые шаги в реальном поиске нефтяных и газовых богатств Мангышлака. При этом не снижая темпов освоения Эмбинского нефтяного бассейна.

В Астрахани начал работать филиал Проектной мастерской Сталинградского края, которую мы решили создать для разработки всех конкретных планов развития нового края. А Астраханский филиал должен будет заниматься в первую созданием инфраструктуры на Мангышлаке. Базой освоения намечен мыс Меловой, где в первую очередь начнется строительство порта для транспортного сообщения с городами Каспия: Астраханью, Баку, Гурьевом и Махачкалой.

Идею освоения Мангышлака оказывается вынашивала группа энтузиастов на месторождениях Эмбы и они в инициативном порядке потихоньку для этого разрабатывали свой план. Как только вышло постановление ГКО один из них, молодой двадцати пятилетний инженер нефтяник Нурлан Усенов, приехал в Сталинград и попросил меня срочно принять его.

В 1941 году он закончил Московский нефтяной институт и в день начала войны получил направление на Эмбу, где и работал все военные годы. Идеей разведки и освоения богатств Мангышлака он заразился еще в студенчестве и все четыре года понемногу разрабатывал для этого свой план, собрав постепенно вокруг себя десяток таких же энтузиастов.

Идей у них была масса, большинство очень интересных и правильных, но абсолютно сырых, что было вполне естественно. Занимались этим делом энтузиасты в свободное от работы время, которого у них было очень и очень мало, все они работали на эмбинских нефтяных приисках.

Но одна идея была разработана достаточно глубоко и годилась для того, чтобы взять её за основу разработки уже конкретного плана.

Эти энтузиасты считали, что для успешного освоения полуострова сначала необходимо создать прочную-материально техническую базу и в первую очередь построить на побережье порт, через который завозить всё необходимое. И соответственно построить поселок, который будет базой поисковиков. Самым перспективным местом для строительства такого порта они считали мыс Меловой.

Самым старшим среди них был двоюродный брат Нурлана, Ермек. Перед войной он работал в экспедиции Мокринского и хорошо знал Мангышлак, особенно окрестности мыса Мелового.

Летом сорок третьего года им удалось побывать на этом мысе. За ударный труд их премировали десятью днями отпуска и они потратили его на эту поездку. Как им это удалось сделать мне было совершенно не понятно, но факт есть факт, трое энтузиастов провели три дня на мысе Меловой и привезли оттуда все необходимые им данные, опираясь на которые они разработали более-менее реальный план создания порта и поселка на мысе и его окрестностях.

В качестве названия предложено Актау, на казахском это значит «белая гора», так они называют выходы пород белого мела и известняка на берег моря, которые и образуют мыс. Это предложение меня впечатлило и очень даже. Именно так был назван порт и поселок. А затем и город появившийся на этом самом месте в 1950-х годах в истории Сергея Михайловича.

И это было не единственное совпадение той истории с предлагаемым. Строительство товарищи энтузиасты предлагают начать с затопления у Мелового мыса старой баржи, которых на Каспии достаточно, и превратить её в причал. Это позволит материалы для постройки порта и поселка, завоз людей осуществлять морем, а не автоколоннами через безводные и страшные пустыни.

Район строительства будущего порта и города это совершенно безводное место. Здесь даже близко нет ни одного источника пресной воды. Поэтому на первом этапе предлагается естественно вариант её завоза морем.

А вот дальше всё очень и очень интересно. В окрестностях будущего Актау есть глубокая минерализованная подземная вода, которую нефтяники называют «рассолом». Так вот эти умники предполагают добывать её, а затем разбавлять дистиллятом и получать пригодную питьевую воду. Дистиллят получать с помощью опреснения морской воды и использовать для этого вторичный пар с ТЭЦ, которые обязательно там появятся.

Совпадение с известной мне историей города Актау-Шевченко почти сто процентное. Наверное, это единственный разумный вариант освоения этих диких безводных мест.

Опреснительные установки в мире уже есть, а Адене англичане это начали делать еще в конце прошлого века. Но бум еще впереди. Он начнется очень скоро, в конце сороковых, в первую очередь с США и Великобритании. Ничего технически сложного пока здесь нет, и мы вполне можем тоже это начать развивать, было бы желание. А пустыней вдоль Каспия в СССР хватает, где такая водичка очень нужна, тем более что топливо будет очень дешевое.

Прочитав план эмбинских энтузиастов, я сразу же позвонил в только что созданную Проектную мастерскую Сталинградского края.

— Здравствуйте, Хабаров. У меня находится товарищ Усенов. Он с Эмбы и привез очень интересные документы. Тот, что касается мыса Мелового, необходимо взять и оперативно доработать. Сразу же должен быть конкретный план выполнения со сроками, исполнителями, силами и средствами. Крайний срок исполнения и доклада мне лично седьмое мая, двенадцать ноль-ноль. Выполняйте, пожалуйста.

Усенов такого явно не ожидал и от удивления даже открыл рот.

— Товарищ Усенов, вы в каком качестве приехали к нам. Командировка или как?

— Или как, товарищ Хабаров, — заулыбался Усенов. — Нас с марта месяца за ударный труд начали поощрять недельными отпусками, вот я и попросил мне его предоставить.

— Вы на прииске человек незаменимый или судя по тому, что вам начали давать отпуска там могут уже и без вас обойтись? — резонно предположил я.

— Теперь могут, — соглашаясь со мной, кивнул головой молодой нефтяник. — После нового года к нам начали приходить новые рабочие и инженеры и дефицита кадров нет.

— Тогда вы у нас задержитесь, я распоряжусь оформить вам командировку. Не возражаете?

— Конечно нет, только мне надо сообщить домой и на прииск.

— Не переживайте, это мы организуем.

Когда Усенов ушел, я подумал, что вполне реально начать строительство Актау уже в ближайшее время. И это будет просто замечательно.

Вся наша работа шла на фоне происходящего на фронтах, вести с которых воодушевляли всех. Еще бы, всем понятно, что войне конец.

На следующий день после моего возвращения каждое утро в шесть ноль-ноль, на моё имя начала приходить секретная телефонограмма с изложением текущего положения на фронтах и некоторые новости о положении дел в стране и в мире, которых не сообщало Совинформбюро.

Я этим был очень озадачен, но потом поднапряг свой мыслительный аппарат и решил, что видимо Виктор Семёнович рассказал о нашей беседе своему начальству генералу Щербакову, а тот доложил выше. А там решили почему-то меня информировать больше положенного мне по должности.

Историческая встреча