— Идём, — резко бросила я. Меня снова начинало трясти. Всё серьёзно, слишком серьёзно. Мне приходилось драться, иногда до крови, чтобы постоять за себя, но убить… я не смогу. Зачем я вообще туда иду? Ведь могла отправить их вдвоём. Не хочешь, чтобы Беллатрикс применяла Круциатус — иди и делай всё сам, быстро, как считаешь нужным. Лестрейнджи не выдали бы меня Лорду, но что-то мешало мне это сделать. Да и поздно теперь.

— Репелло Магглетум! — произнёс Родольфус, когда мы остановились перед калиткой. — Муффлиато! Ветитум Итинерис!

— Аберто! — Рабастан указал на калитку, и она беззвучно распахнулась.

Мы прошли по дорожке, поднялись на крыльцо.

— Бомбарда! — дверь с грохотом слетела с петель.

Мы ворвались в дом и метнулись туда, где из-за щели под дверью пробивалась полоса света. Не став в этот раз тратить время на заклинания, Родольфус сходу вышиб дверь ногой. Мы оказались в столовой, где за накрытым к ужину столом сидели четыре человека.

— Редукто! — сорвавшийся с конца палочки синий шар разрушил камин.

Логично, никто не сбежит и не придёт на помощь, машинально отметила я. Мозг цеплялся за любую возможность уйти от происходящего и от того, что должно было свершиться.

Наш противник, похоже, оказался из тех, кто поверил свидетельствам Поттера и Дамблдора о возвращении Тёмного Лорда и, понимая, что за ним придут одним из первых, был готов к нападению.

— Обскуро! — мгновенно взмахнул лежащей рядом с тарелкой палочкой немолодой мужчина и крикнул своим — Бегите!

Помещение погрузилось в темноту. Послышался топот ног, но в сторону, противоположную нашей. Значит, из комнаты есть второй выход.

— Люмос! — луч света из палочки Рабастана осветил комнату, ослепив переместившегося в темноте Родольфуса, и мы предстали как на ладони, чем не замедлил воспользоваться Блайтон.

— Эверте Статум! — Басти отбросило так, что он перевернулся в воздухе.

— Конфринго! — столб пламени, сопровождаемый мощным взрывом, понёсся в Родольфуса, всё ещё ослеплённого Люмосом.

— Протего! — я успела выставить перед мужем щит. Рикошет заклятия разрушил стол, за которым укрывался Калеб. Вспыхнула скатерть.

— Аква Эрукто! — очухавшийся Рабастан загасил пламя мощной струёй воды.

— Финдфа… — начал произносить Калеб заклятие Адского Пламени, решив, очевидно, похоронить и себя и нас, чтобы дать своим близким время скрыться.

— Авада Кедавра! — опередил его Родольфус. Из палочки мужа вырвался зелёный луч и ударил Блайтона в грудь. Тот рухнул как подкошенный. Широко раскрытые глаза, в которых больше не было жизни, смотрели в потолок.

— За остальными! — скомандовал Родольфус.

Рабастан бросился ко второй двери, я выскочила из той, в которую мы вошли. Никакого плана у меня не было, мне хотелось оказаться как можно дальше от места, где на моих глазах только что умер человек. И столкнулась с женщиной, бежавшей к выходу.

Увидев меня, она замерла, прижав руки к лицу.

— Не надо, умоляю вас! Мы ничего не сделали… пощадите…

Над нашими головами раздался неразборчивый вскрик и звук падения чего-то тяжёлого.

— НЕТ!!! — закричала женщина.

— Авада Кедавра! — Родольфус появился рядом со мной. Я с трудом оторвала взгляд от упавшей Марты Блайтон и повернулась к нему.

— Прости, Белла, нам надо торопиться, — глухим голосом произнёс он. — Я посмотрю, как там Рабастан.

Пока он поднимался по лестнице, я смотрела ему в спину. Человек с мягкой улыбкой и тёплым взглядом только что у меня на глазах убил двоих и готов убивать дальше. Как я смогу в будущем находиться рядом с ним, помня, на что он способен?

Спустя несколько минут Лестрейнджи спустились.

— Ричард готов, девушки нигде нет, — сообщил Родольфус.

Мы вернулись в разрушенную столовую. Я облокотилась о стену — ноги отказывались меня держать, и взглянула на своих спутников.

— Их точно было четверо? — спросил муж.

Рабастан пожал плечами.

Их было четверо. Валялись четыре изуродованных стула. От тарелок остались лишь осколки, но четыре вилки практически уцелели. Родольфус не мог этого не видеть, но он не хотел убивать шестнадцатилетнюю девочку.

— Сбежала? — предположил Басти. — Мы всё осмотрели.

— Уходим? — Родольфус вопросительно взглянул на меня. Я кивнула и тут увидела, как приоткрывается незамеченная нами дверца кладовки, полностью сливавшаяся со стеной, и оттуда высовывается кончик волшебной палочки. Он был нацелен точно в спину Рабастану. Я с ужасом поняла, что если даже каким-то чудом смогу его предупредить, он не успеет ни понять, ни среагировать.

Палочка пришла в движение.

— Авада Кедавра!

Зелёная вспышка пронеслась по комнате. Родольфус медленно повернулся к рухнувшему телу, дрожащими руками снял маску и хрипло, прерывисто выдохнул:

— Басти…

— Уходим! Сейчас же! — у меня начиналась истерика.

Покидая комнату, я оглянулась и встретилась с неподвижным взглядом распахнутых глаз совсем юной девочки, чьё тело наполовину вывалилось из кладовки. Девочки, которую я убила.

— Морсмордре! — из палочки Родольфуса вырвался уродливый зелёный череп с выползающей изо рта змеёй. Мы исполнили то, за чем пришли. Пора возвращаться.

— Финита Ветитум Итинерис! — голос Рабастана, снимающего антиаппарационное заклятие, всё ещё дрожал.

…Мы, не сговариваясь, аппарировали в комнату Родольфуса. Рабастан сбросил маску, скинул на пол плащ, схватил с каминной полки бутылку огневиски, налил себе полный стакан и выпил. Потом второй. Я думала, Родольфус одёрнет его, но тот молчал.

Деверя тут же развезло. Нетвёрдыми шагами он добрался до диванчика, свернулся клубком и отключился. Повезло!

Меня снова затрясло так, что застучали зубы. Я убила человека. Я. УБИЛА.ЧЕЛОВЕКА. Мне теперь с этим жить. Мелькнула мысль последовать примеру Рабастана, но желудок свело спазмом при одной мысли о выпивке.

До меня дошло, что Родольфус сжимает мой локоть и что-то говорит. Я взглянула ему в лицо. Первая мысль — почему он не снимает эту проклятую маску? Второй не было, потому что меня затопила новая волна страха. Лицо Родольфуса было сведено судорогой, глаза… глаза были пустыми, помертвевшими, направленными куда-то внутрь, он словно был не здесь, а где-то ещё, возможно, оставался в полуразрушенном доме, куда мы принесли смерть и где он чуть не потерял брата.

— Белла, ты меня слышишь? — слова давались ему нелегко, он встряхнул меня, пытаясь привлечь внимание. — Позови Флинки. Сегодня нам лучше оставаться втроём.

Я кивнула. Флинки немедленно появилась.

— Сделай миледи горячую ванну, приготовь всё, что нужно, — распорядился Родольфус и отошёл к окну.

— А ты? — спросила я, на подгибающихся ногах плетясь за эльфийкой.

Он неопределённо махнул рукой.

Я сидела в обжигающе горячей ванне и не могла согреться. Флинки то и дело добавляла кипятка, но прошло немало времени прежде, чем меня перестала колотить дрожь. Насколько было оправданно то, что я сделала? Чем могла грозить Рабастану атака шестнадцатилетней девчонки? Она даже в Армии Дамблдора не состояла, раз ушла