Эти мысли вихрем пронеслись в голове за какие-то доли секунды. Я уже видела, как лихорадочно блестят глаза Рабастана, как рот изгибается в азартной ухмылке, а руки стискивают рукоять метлы.

Катастрофа казалась неминуемой, но в этот момент Родольфус бросил свою метлу между нами. Мы оба круто взмыли вверх, разминувшись с ним на считанные сантиметры. Пола его мантии хлестнула меня по лицу.

— Какого чёрта! — взревел он, выравнивая метлу в воздухе. — Вы что, спятили оба?

Ого, оказывается, он умеет злиться. А я-то думала, что его спокойствие непрошибаемо.

— Не злись, Роди, всё обошлось, да мы бы и сами так сделали, — миролюбиво произнёс Рабастан, тем не менее, не рискуя приближаться к брату.

Да, скорее всего, мы бы одновременно отвернули в последний момент. Если бы успели. Родольфус решил не рисковать. Его лицо было красным от гнева, он тяжело дышал. А ведь он летает гораздо хуже нас, у него шансов не было, но ни на мгновение не задумался. А мы всё-таки дураки.

Прервав мои размышления, в небо взметнулся сноп разноцветных искр. Внизу стоял Фасмер и делал нам знаки спускаться.

— Господа, вам мало неба? — язвительно поинтересовался он, когда мы опустились на землю.

— Сами не ожидали, — обезоруживающе улыбнулась я. — Четырнадцать лет в заточении в крошечной камере, а тут взлетели и…

— И не смогли разминуться? — с притворным участием покивал Фасмер, потом повернулся к Родольфусу. — Лорд Лестрейндж, не могу вам не посочувствовать. Такое впечатление, что рядом с вами двое непослушных детей, которых вы вынуждены опекать.

Рабастан фыркнул, а по лицу Родольфуса пробежала мимолётная тень. Он криво усмехнулся.

— Я буду вынужден конфисковать ваши мётлы, — целитель протянул руку.

— Извините, мистер Фасмер, — я отвела его руку в сторону. — Вы присутствовали на собрании и слышали распоряжение Повелителя. Мы нужны Ему на пике формы. Полёты на метле также входят в это понятие. «Возможно, даже больше, чем что бы то ни было ещё», — добавила я мысленно. — Впрочем, я сознаю вашу правоту, мы действительно первый раз за столько лет поднялись в небо и слегка потеряли головы.

Я замолчала.

— Надеюсь, этого больше не повторится? — спросил Фасмер, уступая.

Я послала ему загадочную улыбку. Он махнул рукой, ещё раз сочувственно взглянул на Родольфуса и поспешил в замок.

— Роди, ну не злись ты, — снова попросил Рабастан. — И зря ты метнулся, ты же знаешь, как мы с Беллой летаем, успели бы мы отвернуть. Грохнуться с метлы на высоте пятидесяти футов никому не хочется. Да и ты бы амортизировал, если что. А с тобой мы действительно могли столкнуться, и подстраховать нас было бы некому, — укоризненно добавил он.

— Ну вы и показали класс, Лестрейнджи, — к нам вразвалку подходил Долохов. — Мы уже ставки делали, удержитесь вы или расшибётесь. Джагсон очень разочарован, — хохотнул Антонин.

— А ты? — поинтересовалась я.

— А я благодаря вам выиграл десять галлеонов, так что с меня причитается, когда выберемся отсюда в приличное место. Вы где мётлы взяли? — спросил он, с завистью поглядывая на наших красавиц.

— Вон там, в сарае, — кивнул Рабастан. — Наши не бери, они именные, видишь? — Он указал на крохотные буковки «Рб. Л.» у окончания древка. Я скосила взгляд на свою метлу. Там красовались буквы «Б.Б.».

— Метлу Ивэна тоже не советую, — продолжил Басти, — он её зачаровал в своё время, чужого наездника сбросит с высоты.

Добрый мальчик Ивэн, ничего не скажешь.

— Там полно гостевых, выбирай и летай, — закончил деверь. — Не «Нимбусы», конечно, — он любовно погладил древко метлы, — но и не «Метеоры».

Долохов двинулся к сараю, но я его остановила:

— Антонин, как насчёт совместной тренировки?

— Замечательно, — обрадовался он. — Особенно если ты и драться будешь так, как сегодня летала. С Трэверсом скучно, не тот уровень.

Краем глаза я заметила, как погрустнел Родольфус. Но мне хотелось соперника, который не станет ни излишне щадить меня, ни поддаваться.

Мы вернулись в замок и уже собирались расходиться по комнатам, как Родольфуса окликнул Руквуд.

— Лорд Лестрейндж, не хотите сегодня вечером сыграть партию в шахматы?

— С удовольствием, — откликнулся тот.

— Тогда жду вас в библиотеке после ужина. — Руквуд вежливо поклонился.

— Рассчитываешь победить? — спросила я.

— Конечно — кивнул Родольфус, — иначе не стоило и соглашаться. Руквуд сильный соперник, очень сильный, но тем интереснее.

— Приду посмотреть, — пообещала я.

— Тогда я просто обязан выиграть, — засмеялся Родольфус и мы разошлись.

Поскольку нам начинала досаждать скука, посмотреть на поединок между Родольфусом и Руквудом собрались все. Впрочем, скоро стало ясно, что игра грозит затянуться. Оба противника были примерно равны по силе, оба играли осторожно, тщательно обдумывая каждый ход, оба предпочитали традиционные шахматы эффектным магическим, сшибающим друг друга с доски. Так что Рабастан с Мальсибером скоро устроились в уголке и стали играть в карты, Долохов лениво листал последние номера «Ежедневного пророка», который, оказывается, сюда поставлялся, Трэверс перебирал книги на полке. Я продолжала следить за игроками, хотя меня интересовала не столько игра, в которой я разбиралась плохо, сколько их реакции. Родольфус время от времени хмурился, покусывал губу, постукивал пальцами о край стола, иногда поднимал голову, ловил мой взгляд, улыбался и возвращался к игре. Руквуд был всё так же доброжелательно вежлив, не проявлял ни беспокойства, ни увлечённости, ни опасения, однако в ходе игры его сосредоточенность возрастала, из чего я сделала вывод, что Родольфус для него действительно достойный соперник.

К моему немалому удивлению, Джагсон тоже не сводил глаз с шахматистов, при этом чаще задерживая взгляд на Родольфусе, нежели на Руквуде.

— Представляешь, Белла, эти олухи из Министерства уверены, что наш побег организовал твой кузен, — хохотнул Долохов. — Называют его правой рукой, ближайшим и самым верным сторонником Лорда. Тебе пора начинать ревновать.

Родольфус на секунду отвлёкся и бросил на Долохова злой взгляд, потом потянулся за фигурой. Руквуд предупреждающе кашлянул. Муж какое-то время смотрел на доску, потом досадливо дёрнул щекой и взял другую фигуру.

— Благодарю, Августус, это очень благородно с вашей стороны.

— Не стоит, Родольфус, мне не нужна случайная победа, от неё не то удовольствие, — улыбнулся Руквуд.

Трэверс снял с полки «Справочник чистокровных волшебников».

— Нас всё меньше, — задумчиво произнёс он листая страницы и ни к кому конкретно не обращаясь. — Ушли в небытие Розье, Краучи, Мраксы, Прюэтты… Если так пойдёт дальше, то чистой крови скоро вообще не останется.

— Разумеется, ведь те, кто ещё жив, не торопятся заводить детей, — подал голос из своего угла Джагсон и с гаденькой улыбкой добавил, — или не могут. Бастардов бы им жёны завели, что ли, благо есть от