Фредом придумали новую армейскую кричалку и наперебой орали ее все двадцать кругов, срывая голос. Остальные на кураже переиначивали куплеты на свой лад, и в блок мы вернулись усталой, но счастливой толпой. На миг мне даже удалось забыть об убийце, но к ночи тяжелые мысли вернулись.

До утра я терзала мозг предположениями, так толком и не выспавшись. А после построения словно невзначай задержалась у блока – якобы споткнулась возле парней. Следивший за моими перемещениями Хаммер нахмурился, но предъявить ничего не мог – я сразу же отошла, успев шепнуть Максу:

– В качалке перед ужином.

Он едва заметно кивнул, и весь день демонстративно держался поодаль. Не улыбался, не смотрел в мою сторону, а когда группы перетаскивали лестницы и штурмовали стену, и вовсе напросился в пару к Талуле.

– Чувствую себя как в шпионском фильме, – усмехнулся Макс, когда мы с ним, наконец, добрались до тренажерного зала – каждый своим маршрутом – с разных сторон базы.

Он лег на скамью для жима лежа, чтобы начать подход, если появятся свидетели.

– Мне казалось, за нами даже двери следят, – я вытерла взмокшие ладони о штаны и забралась на эллипс. – Ну же, не томи. Кого ты подозреваешь?

И затаила дыхание – вот он, момент истины.

– До разговора с тобой я был уверен, что это Грег, – Макс закинул руки на штангу. – Они со Спенсером ненавидели друг друга. Да ты и сама помнишь, как они ругались в тренировочном лагере.

Черт! Нужно срочно изобразить осведомленность.

– Не замечала, что все так серьезно, – ляпнула я наобум. – Да, у них была пара стычек… Но ты же знаешь Спенсера – он мог любого поставить на место.

– Поэтому ты его и выбрала, – расплылся в улыбке Макс. И тут же стушевался: – Жаль, что я не такой. И у меня нет шансов…

Я еле сдержала гримасу. Господи, он точно зацикленный. Как вбить ему в голову, что необязательно спать со мной в память о брате?

– Но теперь, когда я знаю про Ванессу, Грег точно не вариант. Он же не идиот, чтобы спутать бывшую девушку с ее сестрой.

Твою мать! Мара спала не только со Спенсером. Но почему же тогда Грег не заметил подмену? Неужели… он и есть шантажист?

– Еще я подозревал Виктора, – на восьмом повторе Макс шумно выдохнул и вернул штангу на место. – Потому что он первый свалил из Киллина после убийства.

– После… чего? – ахнула я.

– Ах да, – заговорщицки подмигнул Макс. – Будем политкорректными. После «инцидента».

Я продолжала с удивлением таращиться на него.

– Да ладно, не делай таких глаз. Спенс мне все рассказал. Я в курсе, что вы подписали соглашение о неразглашении. Но будем называть вещи своими именами, это был не несчастный случай, раз уж прикатили из Си-ай-ди3. Они на бытовушку не выезжают, так что вывод напрашивается сам. Кто-то помог тому парню сломать шею.

От ужаса мне хотелось кричать. Вот почему прошлым летом Мара вернулась домой на неделю раньше! По этой же причине она никогда не делилась подробностями. В лагере произошло убийство, и всем, кто там был, юристы заткнули рот.

– История… довольно мутная, – наконец, выдавила я, чтобы хоть как-то отреагировать на вопросительный взгляд Макса.

– Знаю, – с досадой кивнул он. – Ничего так и не доказали.

Вцепившись в ручки эллипса, я прокручивала в памяти сказанное Максом. Как теперь решить головоломку, если и с двумя вводными у меня не получилось ни на дюйм приблизиться к разгадке?

– Думаешь, все три убийства связаны?

Ответить он не успел – в зал ввалились Блейз и Талула. Макс снова схватился за штангу, а я с показным увлечением принялась впечатывать подошвы кроссовок в рифленые педали.

До ужина мы разминались вчетвером. После отбоя я заперлась в душевой, и долго чертила в блокноте сложные схемы – с кем Мара могла близко общаться, и кому бы стала доверять. Макс с легкостью сбросил Грега со счетов, но я решила, что не стоит быть столь категоричной. Он ведь не заметил разницы между мной и Марой, а значит, или плохо знал сестру, или мастерски притворялся. Как и Виктор, который почему-то уехал из лагеря сразу после убийства. Возле имени Блейза я поставила жирный вопросительный знак. Иногда он вел себя слишком подозрительно. Уже возвращаясь в спальню, я дополнила список Максом и Спенсером. Последний точно не подкидывал записок, но, как выяснилась, успел о многом поведать брату – а тот в пьяном бреду мог сболтнуть любую из догадок настоящему шантажисту.

На кровати напротив безмятежно посапывала Талула. Устало потянувшись, я наклонилась к тумбочке закинуть блокнот. Открыла ящик… и замерла, увидев очередное лаконичное послание:

«Любопытные долго не живут».

Меня затрясло, но впервые не от страха – в груди бушевала ярость. Чертыхнувшись, я скомкала лист. Не на ту напал, сукин сын! Это я его закопаю.

Записка больше не демонстрировала превосходство, теперь она выдавала панику. И подтверждала догадку Макса – прошлогоднее убийство действительно связано со смертями Мары и Спенсера. Шантажист понял, что мы напали на след.

– Но как он узнал? – в замешательстве пробормотала я, захлопывая обрывок бумаги в тумбочке.

И сделала это слишком громко. От стука проснулась Талула и, приподнявшись на локте, как-то странно на меня посмотрела:

– Что случилось? На тебе лица нет.

– Убирала расческу… и прищемила палец, – выдавила я, осознав, что первой в тренажерный зал зашла именно она. И наверняка слышала часть нашего разговора с Максом!

А еще Талула всегда находилась поблизости, на женской половине блока. Ей не составило бы труда взять помаду Бонни – та не следила за косметичкой. Не нужно было дожидаться, когда я уйду в душ или на пробежку. Она могла подкидывать записки ночью, пока свидетели спят.

– Прости, что разбудила, – добавила я, надеясь, что трясущиеся руки не выдадут волнения.

Недовольная Талула отвернулась к стене и накрыла голову подушкой, а меня еще долго лихорадило. Подозрения роились в голове, но я отметала их одно за другим. Если убийца она, то как быть с фактом, что одна из записок прилетела с половины парней? Могла ли Талула кого-нибудь подговорить? И кого, Грега? Или, скорее, Блейза? Не зря же она выбрала его для парного забега по пустыне. Но была ли она в Киллине? Если нет, и без того шаткое предположение рассыпалось в прах.

Задавая себе одни и те же вопросы, я чувствовала, что схожу с ума. Мысли о победе или Гарварде больше не волновали – еще недавно значимые и чуть ли не единственно важные цели отошли на задний план. Теперь я хотела лишь вычислить мерзавца, убившего сестру и за какие-то жалкие два месяца сделавшего из