Ворочаясь в бессоннице, я в сотый раз попыталась отключить эмоции и задействовать только логику. Кто из парней оставался в баре, когда на меня напали? Грег упражнялся в армрестлинге и флиртовал с Бонни – точно не вариант. Виктор следил за состязанием, и вряд ли бы отвлекся. Макс шел к выходу, но свернул к туалету, заметив Блейза, который… как раз провожал меня к двери! И вполне успел бы догнать. И он же мог подслушать нас в тренажерном зале.

Версия была хороша, но, как и предыдущая, складывалась при условии, что в прошлом году Блейз тренировался с Марой. Иначе я снова гонялась за призраками. Без списка тех, кто приезжал в лагерь, догадки беспочвенны. И главная сложность заключалась в том, что лишь у одного человека я могла спросить об этом открыто – того, кто меньше всего на свете захочет мне отвечать.

После беспокойного сна я кое-как собралась с силами и на построении то и дело бросала на Хаммера многозначительные взгляды. Он ожидаемо не реагировал, как и во время разминки. За завтраком к нему подошел Фолкнер, и я снова не смогла приблизиться, хоть и крутилась в поле зрения. Потом сержант увел нас в лекционный зал и принялся с энтузиазмом рассказывать о перспективах военной службы. Только когда обе группы потянулись к столовой, я добралась, наконец, до знакомого кабинета, чтобы перехватить Хаммера до обеда.

– Разве я тебя вызывал? – с привычной ехидцей осведомился он, поднимаясь из-за стола.

Вместо ответа я развернула злополучный обрывок бумаги и не без удовольствия проследила, как меняется лицо Хаммера – усмешка стерлась с него за долю секунды.

– Давно нашла?

– Вчера вечером, сэр. Но после отбоя не решилась покинуть блок, – отдав записку, я вытянулась по стойке «смирно».

– В кои-то веки тебе не положить на устав, – бегло изучив текст, Хаммер взглянул на меня: – Я впечатлен, Кейн.

В его голосе снова звучала ирония. Он явно намеревался поддеть, чтобы потом с сарказмом проехаться по моей привычке с ним спорить.

– Я следовала вашему приказу, сэр, – отчеканила я, не поддавшись на провокацию.

– Отрадно это слышать, – отложив измятый лист, Хаммер скрестил руки на груди. – И твое необычайное рвение, конечно же, не связано с какой-нибудь просьбой?

Господи, как? Как он догадался? Я ведь планировала сначала обсудить грядущее тестирование и только потом ненавязчиво поинтересоваться прошлогодней тренировкой в лагере. Теперь придется сразу переходить к делу, а я толком не успела настроиться на разговор.

С пунцовыми от досады щеками я мялась перед Хаммером, подбирая слова:

– Я очень признательна за помощь… И если вы… сделаете мне еще одно одолжение…

– То что? – губы изогнулись в знакомой ухмылке.

Такой реакции на свою невнятную тираду я не ждала – вместо привычной иронии его в глазах читался недвусмысленный намек. Стараясь не думать, что стало причиной приподнятого настроения, я вскинула подбородок и уверенно заявила:

– То вы об этом не пожалеете, сэр.

Секс в планы не входил, но если он хотя бы на шаг приблизит к цели, я позволю себя уложить на любой поверхности в кабинете.

– Уверена? – Хаммер расстегнул липучку на моем воротнике и медленно потянулся ко второй, словно проверяя, как быстро закончится внезапный запал смелости.

– На сто процентов, – я подалась вперед.

Я уже готовилась его поцеловать, когда в дверь постучали. Хаммер не шелохнулся, а я испуганно отпрянула и зачем-то кинулась к шкафу. Мысль о том, что скрываться необязательно, даже не пришла мне в голову.

– Кейн, сядь на стул, – запоздало прилетело в спину, но я уже сунулась внутрь и прикрыла обе дверцы.

Стук повторился – негромко, но настойчиво. С недовольным выражением лица Хаммер обернулся на звук:

– Войдите.

Стараясь не дышать, я прильнула к щели.

– Лейтенант Хаммер, сэр, – стоявший на пороге Блейз взял под козырек. – Разрешите уточнить подробности финального отбора.

Пока он выяснял, как будет проводиться сдача нормативов, я изнывала от нетерпения. Вот что ему помешало выбрать другое время для беседы? Нудные расспросы наверняка взбесят Хаммера, и я так и не узнаю, кто занимался в лагере вместе с Марой.

– Я уже говорил, но раз ты не усвоил с первого раза, повторю: снисхождения не будет никому.

Так я и знала – Хаммер начал терять терпение.

– Даже особо приближенным? – съехидничал Блейз.

Я округлила глаза – он или идиот, или бессмертный, если считает, что Хаммер позволит обращение в подобном тоне.

– Объяснись, Ксандер, – в обманчиво спокойном голосе отчетливо слышалась ярость.

– Я знаю, что вы спите с Кейн. И если вздумаете завалить меня на финальном зачете… – Блейз запнулся.

Охнув, я прикрыла рот ладонью. Неужели послание на зеркале было от него? И остальные записки?

– То что будет? – развернувшись, Хаммер впечатал его лопатками в стену. И заметив ошалелый взгляд, хмыкнул: – У тебя кишка тонка угрожать мне, Ксандер.

– Я просто хочу… чтобы все было честно, сэр, – прохрипел тот.

– Тогда не веди себя как мудак, – Хаммер ослабил хватку. – Ты хоть понимаешь, сколько было желающих попасть в программу?

– Да, сэр, – сглотнул Блейз.

– Но взяли тебя – и сразу в основной состав. Не заставляй правление жалеть об этом, – Хаммер разжал пальцы и отстранился. – Выметайся.

– Меня выбрали, потому что я достойный, – даже сейчас Блейз не мог не выделываться.

Его распирало от чувства превосходства. И эта самоуверенность довела его до пустых угроз – рискованных и бесполезных. Было глупо шантажировать инструктора.

– Я – один из лучших, – потирая шею, Блейз отступил к двери.

– Так докажи это! – выставив его из кабинета, помрачневший Хаммер вернулся к столу.

Я боялась представить, что меня ждет. Он же наверняка решит, что это я разболтала. Да еще и кому – Блейзу! Господи, только бы Хаммер не злился.

– Сэр, богом клянусь, – я осторожно высунулась из шкафа: – Я никому и никогда…

– Топай на занятия, Кейн, – Хаммер даже не взглянул в мою сторону.

Приказ не нужно было повторять дважды – я пулей метнулась к выходу. Инстинкт самосохранения уводил прочь, а совесть настойчиво призывала вернуться, убедить в невиновности и почувствовать, что мне верят. До самого ужина я разрывалась от противоречивых порывов, а Хаммер демонстративно смотрел сквозь меня – и на тренировках, и во время случайных встреч в коридоре и столовой.

– Когда вы успели поругаться? – плюхнувшись на соседний стул, Талула придвинула поднос и принялась энергично разрезать бургер.

Я подавилась куском моркови. Похоже, Блейз окончательно свихнулся на почве выигрыша и рассказал все Талуле. Пока я откашливалась, она продолжала добивать наблюдательностью:

– Он с утра мрачнее тучи.

– Кто? – я изобразила неведение, все еще надеясь оттянуть момент.

– Блейз, конечно же, – усмехнулась Талула, не переставая кромсать котлету. – Или ты успела сцепиться с кем-то еще?

От облегчения хотелось станцевать