на столе. Поискав Блейза взглядом и обнаружив в другом конце зала, я пожала плечами:

– Не заметила, что он не в духе.

И не солгала. Мне было плевать на настроение Блейза, а вот угрюмое выражение лица Хаммера вызывало беспокойство. Надо найти способ поговорить, когда он чуть подостынет.

– Может, волнуется перед сдачей? – продолжала строить предположения Талула. – Говорят, на тестировании будут убийственно сложные вопросы. Хотя, кого я пугаю – у тебя же всегда лучшие показатели по теории.

– Разберем вместе пару тем? – предложила я.

– Твоя помощь бесценна, – Талула с благодарностью похлопала меня по плечу.

Я вымученно улыбнулась в ответ. Мне бы тоже не помешала поддержка. Я с надеждой посмотрела на Макса, но тот был занят – столпившись возле распечатки, парни рьяно обсуждали какую-то схему. Один лишь Блейз не участвовал в споре и то и дело косился в сторону стола инструкторов. Наблюдая за ним, я поймала себя на мысли, что неправильно истолковала одну из записок. Зацикленный на победе Блейз наверняка имел в виду не Макса, а Хаммера, который в обмен на секс помогает мне удержаться в программе.

Я думала об этом весь вечер, штудируя Кодекс военной юстиции. Законодательство и право нам преподавали весьма условно, но Талула уверяла, что на лекции не может запомнить и слова.

– Я понимаю только после твоих объяснений, – призналась она, отметив закладкой очередную тему. – Сержант рассказывает скучно и невнятно. У него что воинское, что военное преступление – все одно, и поди разберись, в чем там разница.

Пользуясь возможностью поболтать, я задала ей наводящий вопрос о тренировочном лагере и выяснила, что в прошлом году Талула сломала ногу.

– Два с половиной месяца в гипсе, – пожаловалась она. – Мое худшее лето.

А я вздохнула с облегчением – список подозреваемых, наконец, стал сокращаться.

Вместе с Талулой мы пробежались перед отбоем, обсуждая планы. Я отвечала невпопад, вспоминая выходку Блейза и размышляя о словах Хаммера. Он упомянул основной состав – такая же пометка значилась и в личном деле Спенсера. Наверняка был и запасной. Эта мысль почему-то возвращалась снова и снова, не желая улетучиваться – казалось, я додумалась до чего-то важного, что никак не могла сформулировать.

– Завязывай петлять по дорожке, – фыркнула Талула, пока я моталась от края к краю. – Тебе меня не вытеснить.

Она рассмеялась, довольная шуткой, а я еле вписалась в поворот. Вот оно! Я поняла!

Придумав какую-то совершенно нелепую отговорку, я кинулась прочь со стадиона под недоумевающим взглядом Талулы.

Макс предсказуемо нашелся в тренажерке – вместе с Мэлвином и Грегом они отрабатывали удары. Еле дождавшись окончания спарринга, я принялась подавать ему знаки, подзывая к себе.

– Я знаю, как его вычислить, – зашептала я, когда Макс приблизился. – Но для этого мне понадобится твоя помощь.

– Как? – оживился он. – Что нужно сделать?

– Все дело в двух составах. Убийца был в запасном. Сначала он попытался вытеснить меня, ведь я «основная», но по ошибке убил Ванессу. А когда понял, что я по-прежнему в программе…

– Он убрал Спенсера, – закончил мысль Макс.

– Надо просмотреть личные дела, найти этого «запасного» и сообщить правлению.

Но в первую очередь – Хаммеру. С железными доказательствами он точно меня выслушает.

– Ты… – от нахлынувших эмоций Макс не сразу подобрал слова: – Ты просто гениальна!

Он стиснул мои плечи, и я почувствовала, что нас обоих слегка потряхивает – зашкаливал адреналин. Мы понимали, что вылазка – это риск, но правда того стоила.

– Погоди! Но ведь Хаммер хранит анкеты у себя, – запоздало дошло до Макса. – Днем мы туда не попадем, а на ночь кабинет запирают. Предлагаешь взломать?

Он занервничал, но и на этот случай у меня был готов убедительный аргумент.

– Все будет проще, – пообещала я с хитрой улыбкой. – Я украду ключ.

Глава 13

– Но… как? – он все еще не понимал, что я задумала. – Как ты это сделаешь? Хаммер носит ключ с собой.

– Неважно. – Я не стремилась делиться подробностями. Хватит и простого факта, что я обеспечу нам доступ в кабинет. – Найду способ.

– Так это правда? – Макс изменился в лице, вспомнив сплетни. – Джастин и Блейз не придумывали?

Вместо ответа я поморщилась – чрезмерная настойчивость стала меня раздражать.

– Что у тебя с ним? – продолжал цепляться он.

Ну почему каждый норовит засунуть свой нос туда, куда не требуется?

Осадить Макса помешали Мэлвин и Грег, с интересом поглядывавшие в нашу сторону. Чтобы не привлекать лишнего внимания, пришлось ответить:

– Не то, что ты думаешь.

Он явно не поверил, но я не стала дожидаться новых вопросов и вышла из тренажерки.

Я еще успею поставить Макса на место. Сейчас важен лишь ключ. И я его достану!

После отбоя я долго ворочалась без сна, недоумевая от собственной решимости. Пару месяцев назад я бы не вздумала сунуться в пекло, но «Пигмалион» меня изменил. Я больше не могла ждать удара в спину, а хотела нанести его сама. Первой.

– Я выясню, кто ты, – пробормотала я в подушку. – И ты пожалеешь, что связался со мной.

На построении я незаметно наблюдала за Хаммером, гадая какой повод он сочтет правдоподобным для разговора без свидетелей. План был прост: уединиться, соблазнить, и сразу после секса украсть ключ. Вот только реализация оказалась сложной. За весь день мне так и не представился случай – едва нас отпустили после разминки, Хаммер удалился к ангарам для транспорта вместе с сержантом Престоном. В обед и за ужином его не было в столовой, и я запаниковала, вдруг он не намеревается приходить и в бар?

Отираясь возле музыкального автомата, я наугад нажимала кнопки и не спускала глаз с двери. Песни сменялись одна за другой, а Хаммер все не появлялся.

– Его кабинет закрыт, – доложил Макс, вернувшись с проверки коридоров. И неуверенно добавил: – Может, все-таки взломаем?

– Как ты себе это представляешь? – поморщилась я, отметая бредовую идею. – Высадим дверь с ноги? Или утащим у кого-нибудь табельное оружие и разрядим обойму в замок?

– Но надо же что-то делать…

– Пока мы можем лишь ждать.

И надеяться, что не придется откладывать «вылазку».

Заметив мое недовольное лицо, к нам подошла Талула.

– Опять ругаетесь? – скрестив руки на груди, она посмотрела с укоризной. – Терпите. Через какие-то жалкие две недели все закончится.

Я собиралась отшутиться, но поняла, что не могу выдавить из себя улыбку.

Осталось две недели. И больше не нужно будет вскакивать до рассвета, бежать на построение, тащить на себе тяжелый рюкзак или ползти по раскаленному песку. Это осознание почему-то вызвало прилив грусти. Неужели я… буду скучать? По жаре, недосыпу, ноющим мышцам?

От тоскливых мыслей меня отвлекло появление Хаммера.

– Он здесь, – зашипел Макс мне на