– Послезавтра я подам рапорт.

– О чем вы, сэр… – непонимающе пробормотала я.

– Тебя же предупреждали: не перестанешь нарываться – вылетишь из программы. Мое терпение лопнуло.

От страха у меня засосало под ложечкой. Неужели все это время Хаммер думал, что я его провоцирую?

– Последний раз даю тебе возможность уйти самой, – он остановился возле своей палатки и приподнял плотную ткань над входом.

– Но я же столько всего делаю, сэр! – выпалила я, шагнув следом. – Прохожу все тесты, сдаю нормативы, работаю в команде…

А то, что я позволяла вытворять с собой ради программы, лучше вообще не упоминать вслух.

– Ты не делаешь, ты ноешь, – Хаммер раздраженно обернулся. – И даже сейчас, получив приказ, топчешься здесь, вместо того, чтобы его выполнять.

До боли прикусив губу, я не сводила с него умоляющего взгляда.

– Ты так и не поняла главного, – голос Хаммера звучал пугающе спокойно. – Дисциплина здесь не пустой звук. И не прихоть. А тем, для кого она ничего не значащее слово, не место в армии.

Уж лучше бы он привычно меня унижал – так я хотя бы чувствовала необходимость обороняться. Вместо этого я стояла, шмыгая носом, и силилась придумать хотя бы один довод, чтобы возразить. Было горько и обидно осознавать, что Хаммер прав.

Не дожидаясь ответа, он скрылся в палатке. Я засунула ставшую бесполезной записку глубже в карман и поплелась к навесу с водой – пополнить флягу. До пересменки с Максом оставалась четверть часа, а я не представляла, как убить время, не думая Хаммере. Все еще не верилось, что он готов рискнуть нашивками. И почему именно сейчас, когда мои результаты более чем стабильны? Я же столько раз могла вылететь, пока была в отстающих. Могла, но упрямо держалась.

– Я и теперь не сдамся, – пообещала себе я, до скрипа закручивая крышку фляги. – И докажу, что мое место – в программе.

На патрулирование я вышла, не пытаясь поговорить с Максом. Он не удивился и успел шепнуть, что расскажет все без лишних ушей, как только вернемся на базу, но мои мысли занимала другая беседа. Я, наконец, придумала, как убедить Хаммера. Не упрашивать, не пытаться соблазнять, и ни в коем случае не шантажировать. Едва меня сменила Талула, я метнулась к его палатке.

– Разрешите обратиться, сэр.

С мрачным выражением лица он кивнул.

– Я знаю, чего вы ждете от рекрутов. И я во многом не соответствую этим ожиданием. А еще я знаю, что своим присутствием здесь лишаю шанса тех, кому важна служба. Но она важна и для меня. Простите, что поняла это слишком поздно. Я не буду умолять вас не подавать рапорт. И ничего не скажу правлению о нашем… – я сглотнула, подбирая слова. – О нашем соглашении. Я всего лишь прошу изменить решение, если к окончанию полевого выхода смогу доказать, что достойна остаться.

В его взгляде промелькнул интерес, но тон остался неизменно суровым:

– Приготовиться к построению, Кейн.

До самого заката я старалась, как никогда прежде. Первой разобрала и собрала винтовку, а когда Хаммер приказал сделать это вслепую, уступила лишь Блейзу. Обогнала Талулу во время марш-броска и почти сравнялась с Максом. Единственная не попала в ловушку, пересекая условно заминированное поле. Но достижения остались без внимания – Хаммер замечал лишь промахи.

– Кейн, что это за выкрутасы под колючей проволокой? Не верти задницей и прижмись к земле!

– Маккензи, я сказал «прижаться», а не «лечь поспать»! Энергичнее!

– Уоллис, ты уже дважды задевал этот шнур! Решил до кучи третий подрыв обеспечить?

К обеду мы еле держались на ногах. Не дав толком поесть, Хаммер погнал нас к навесу. От сухого пайка мутило, пот застилал глаза, а кожу под курткой хотелось расчесать в кровь от нескончаемого зуда.

– В аду и то прохладнее, – тяжело дыша, Талула плеснула себе в лицо водой из фляги. – Градусов сто двадцать, не меньше.

– А из шлема воняет так, словно там сдох скунс, – хмыкнул Блейз.

– Отставить разговоры! – прикрикнул на них Хаммер. – В конце курса всех вас ждет экзамен по владению навыками первой медицинской помощи в боевых условиях. В каждом военном подразделении он проводится раз в год. Не сдавший его, отправляется на переэкзаменовку, а в случае повторной неудачи – в увольнение. На вас же никто не будет тратить столько времени. Завалите один раз – отправитесь домой. Поэтому не расслабляйтесь и принимайтесь за дело. Кейн, ты в паре с Маккензи, у нее перелом малой берцовой кости. Уоллис, на тебе Ксандер, у него артериальное кровотечение из предплечья. Ну же, шевелитесь!

Мы с Максом схватились за аптечки. Талула осела на землю и неестественно выгнула ногу, изображая раненую.

– Не дергайся! – я упала на колени рядом с ней, лихорадочно разматывая бинт. – Может сместиться кость.

Требовалось максимально быстро обездвижить голень и стопу, а специальной шины в аптечке не было. Я завертела головой в поисках фиксатора.

– Попробуй найти там, – Талула кивнула в сторону ближайшего тента, но я метнулась к нему еще до подсказки.

Выдернув из песка металлическую опору, я переместилась к складному столику, на котором мы обычно чистили и собирали оружие, и открутила у него ножки.

– Быстрее, – торопила Талула. – Осталось сорок секунд.

– Знаю, – огрызнулась я, подсовывая перекладину ей под стопу, чтобы та не разгибалась, и фиксируя вдоль голени опорную трубку.

Рядом препирались парни – Макс сначала замешкался с ножницами, освобождая «рану» от ткани, а потом случайно вскрыл упаковку с пластырем от пневмоторакса.

– И за каким хреном он мне? – зашипел на него Блейз. – Пробита рука, а не легкое.

– Рот заклеить, чтобы не выступал, – парировал Макс, накладывая жгут.

Домотав остатки бинта, я осторожно пошевелила получившуюся конструкцию. Она смотрелась убого, но при проверке оказалась прочной. Я бросила на Хаммера торжествующий взгляд, но он не разделял моей радости.

– Не забывай про погодные условия, Кейн. Что нужно сделать в случае перегрева?

– Понизить температуру, сэр.

– Так не оставляй раненую на солнце!

Чертыхнувшись, я потащила Талулу под тент. Она старалась помогать свободной ногой, но легче от этого не стало. Пока я волокла ее в тень, Макс успел закончить с перевязкой:

– Готово, сэр.

Придирчиво изучив результаты, Хаммер приказал нам поменяться местами – Талула обрабатывала мне ожог, а Блейзу досталось ранение глаза – а когда и они уложились в заданное время, снисходительно подытожил:

– Для первого раза приемлемо, но для сдачи экзамена вам придется быстрее шевелить своими ленивыми задницами. Запомните: нормативы существуют для обычных солдат, а вы претендуете на звание элиты. Поэтому каждого, кто потратит на перевязку больше двух минут, я лично выставлю за ворота базы, и он пешком будет топать до дома. А теперь хватит