специфический фунгицид в обмен на обычные условия посадки и ухода. На самом деле они спорят не о самом лечении, а об источнике терапии.

– Эти ананасы, – говорит доктор-землянин, опираясь на радиоперевод, – как вы открыли их лекарство?

– Не знаю, – отвечает Иван, наш медик, хотя, конечно же, он знает. Это я помог его открыть и договорился с ананасами о его вырабатывании, так же как помогал находить, разрабатывать и получать много других лекарственных средств. – Это начали использовать несколько поколений назад. Знания передавались с целью использования, а не для установления личности первооткрывателей.

– Вы получаете от ананасов много различных соединений.

– У ананасов много разновидностей.

– Нет, наши ботаники говорят, что разновидность всего одна. РНК одни и те же, но они дают очень разные плоды, и вы очень много о них знаете.

– Они растут в разных местах. Почвенные губки бывают разные и образуют местные колонии. Это влияет на растения, которые там посажены. Обо всем этом знают фермеры. Это они собирают урожай.

Доктор-землянин передает по радио Ому: «Опять обструкция. Видимо, снова Стивленд».

Я проверяю значение слова «обструкция» с помощью сети – еще одной поразительной возможности радио: «Останавливать или блокировать запрос, процесс или человека отказом отвечать на вопросы или уклончивыми ответами». Иван не хочет упоминать меня.

Ом отвечает: «Ну, мы узнали еще одну вещь: что эта тайна связана также с лекарствами и их созданием. Растениями. Снова в это вовлечены растения. И видимо, Стивленд. Отличная работа».

Они меня ищут – но поверят ли мне, если найдут?

В это же время Божья коровка консультирует землянскую съемочно-регистрирующую команду на том поле, где будет костер. Техники записывают разговор, а я наблюдаю за его ходом.

– Нагота символизирует готовность меняться, – говорит она.

– Вы знаете, с чего это пошло? – спрашивает антрополог.

– Кажется, этот обычай возник, когда город только заселялся, во времена модератора по имени Сильвия. Видимо, поселенцы из первоначальной деревни обнажились, показывая свою готовность к движению.

– Сильвия. Ее нож выставлен в музее со списком тех модераторов, которые им владели: Татьяна, Люсиль и Стивленд. Они все были модераторами?

– Да.

– Почему он заканчивается на Стивленде?

– Именно тогда только вернулись стекловары. Вы ведь уже знаете про ту войну. А после нее многие обычаи изменились.

Она мило улыбается.

Один из техников отправляет заметку «Стивленд был модератором» в массив заметок обо мне в компьютере. Я просматриваю эти заметки.

«Вроде Хиггинса, полулегендарной личности».

«Табу запрещает о нем говорить».

«Возможно, какой-то суперфермер. Связан с посадками или местной растительностью. Возможно, персонификация экологии».

«Имя радужного бамбука».

«Подтверждено».

«Возможно, могущественное божество».

Они решили, что я могу быть богом, могущественным богом. Эта мысль меня забавляет.

Карола с Голубкой сидят на площади рядом с одним из моих стволов, мастеря свои фигурки для сжигания. Голубке было получено приручить Каролу, и она отлично с этим справилась. Карола делает какую-то примитивную фигурку, явно человека. Обычай запрещает спрашивать о том, что должно изображать отправленное в огонь изделие, но Карола может об этом не знать, и, наверное, именно поэтому Голубка спрашивает.

– Человек на Земле, – отвечает Карола. – Она легендарная преступница, или ее называют преступницей.

– А что она сделала?

– Убила множество людей, так что ее клон держат живым и наказывают. Ее звали Нанкси, и… ну, мне никогда не нравилась эта легенда. А ее изображение каждый год сжигают на костре – наверное, такую же фигурку, как эти, из палок, и, наверное, нет смысла ее сжигать на костре ради перемен, прекратить это сжиганием на костре, но вот мне захотелось сделать именно это, это я хочу изменить. А что у тебя?

Я ищу Нанкси в библиотеке сети и нахожу массу информации и запись. Мне все еще трудно интерпретировать изображения. Мерло сказал мне, что человеческий мозг просто работает по-другому, но я смогу научиться обрабатывать эти данные, поскольку мои корни могут легко расти и подстраиваться. Однако мне нужна практика. Я вижу клона Нанкси, словно рябящее отражение на воде, – ее потомка, в процессе наказания: клон обнажен, грязен, травмирован и испуган. Это невыразимо отвратительно и очень по-землянски. Я рад, что Кароле хочется положить этому конец.

Голубка вырезала из мягкой древесины овал.

– Это мой палец, кусок, который я потеряла. Пора с ним попрощаться и привыкать жить без него. Назад дороги нет!

Мерло у себя в лаборатории сложил пучок из веточек, перетянув полоской коры. Я могу наблюдать за ним через камеру, которую включили для записи какого-то эксперимента, а потом не подумали выключить. Ни он, ни его сосед никаких мыслей не передают. Очень странный способ наблюдения: смотришь всего одним «глазом» и слышишь одним «ухом».

– Чтобы это сработало, надо обнажиться, знаешь ли? – говорит один из Му-Ри.

Мерло краснеет.

– А что это вообще должно обозначать, эта штука?

Чуть поколебавшись, Марло говорит:

– То, во что я верил перед тем, как попасть сюда.

– Ну а мы меняться не хотим. Разве что одежду поменять. Нам нужна новая.

Ом сейчас с царицей Забавой: она руководит приготовлением праздничной еды. Хаус с Хосе: они на охоте, и все остальные работают – кроме Поллукса. Он сидит, смотрит вдаль и слушает какой-то канал. Мне сложно его услышать, потому что он приватный, так что я переключаюсь с чипа, украденного царицей Грозой, на радиоприемник, который наши техники сделали два года назад из кристалла кварца. Он может ловить более широкий диапазон частот: в чипах предусмотрены ограничения.

Я слушаю тот голос, о котором Карола рассказала Голубке, – голос сети, которая время от времени говорит. По ее словам, он будет звучать как голос обычного человека, но идентифицируется как «Абак» и обладает неким машинным разумом. Она говорила, что он показался бы живым, но на самом деле не живой и делает, только что приказано, а приказы могут быть сложными и даже скрытыми.

«[Что-то] получило сообщение с Земли, – говорит он звучным мужским голосом. – Информирует вас об окончании войны между Марсом и Землей. Ему требуется [что-то]».

Слушая сообщение, Поллукс никак не реагирует. Я мало что понимаю, потому что незнаком с историей этой войны и не полностью освоил их язык.

«Капитуляция земного правительства в результате действий пятой колонны. Реорганизация отменена». Мне приходится искать «пятую колонну»: оказывается, это тайная подрывная организация, действия которой направлены на содействие политическим и военным целям захватчика. То есть предатели. А «реорганизация» дает длинное изложение политических и социальных изменений, последовавших после чего-то, названного «Великой Потерей», что сейчас потребовало бы слишком много времени для дальнейших выяснений. Какие действия требуются от Поллукса?

Поллукс отключает доклад, не дослушав до конца, без какой