сохранившая загар кожа Мило казалась почти бронзовой. Я заметила, что не могу отвести глаз от Мило, и больше всего мне бы хотелось, чтобы Ли оказался сейчас на другом конце света, чтобы снова оказаться с Мило наедине.

– Мило? Ты дома? – снова раздался стук.

– Иду! – крикнул Мило, поднимаясь по лестнице, чтобы открыть дверцу люка.

– Я тебя разбудил? – услышала я голос Ли, возвращаясь за стол.

– Нет, – ответил Мило и спустился обратно по ступенькам. – Но у меня гости.

– О, – удивился Ли, заметив меня.

Я подняла руку в знак приветствия:

– Привет!

– Доброе утро, мисс Хэйвуд, – изумленно проговорил он. – Я не хотел мешать.

– Вы не мешаете, – ответила я.

– Очень даже мешаете, – возразил Мило. – Но давай быстренько обсудим то, что собирались.

– Я… эээ.. – Ли бросил смущенный взгляд в мою сторону. – Я не знаю, стоит ли сейчас…

– Я могу уйти, – предолжила я. – Это не проблема.

– Квинн можно услышать все, что ты захочешь мне сказать, – решительно заявил Мило.

Ли, казалось, не был уверен до конца, но все-таки присел за стол.

Мило облокотился о кухонный гарнитур и выжидающе смотрел на него.

– Большую часть вопросов мы можем обсудить завтра по дороге в студию, но есть один срочный.

Он снова нерешительно смотрел то на меня, то на Мило.

– Я слушаю, – настойчиво проговорил Мило.

– Звонила риелтор из Лос-Анджелеса, – объяснил Ли. – До пятницы ей нужно решение, будем ли мы арендовать с января апартаменты.

Лос-Анджелес? В смысле, тот Лос-Анджелес, который в США? У меня мгновенно пересохло во рту. Я посмотрела на Мило, но он потупил взгляд.

– Вообще это идеальный вариант, – продолжал Ли. – Ты мог бы провести Рождество в Бристоле. Я знаю, что для тебя это важно. А потом после Нового года можно отправляться в Калифорнию. Что думаешь?

Каюта внезапно показалась мне теснее, чем была на самом деле. Мило переезжает в США! Меньше чем через два месяца. Слова Ли вернули меня в реальность, словно заставив сделать жесткую посадку.

Мило ничего не отвечал. Он стоял, сложив руки на груди.

– Извини, именно поэтому я не хотел это обсуждать прямо сейчас, – сказал Ли, бросив на меня извиняющийся взгляд. Видимо, он понял, что Мило ничего не рассказывал мне об этих планах.

Я слабо улыбнулась в ответ. Здорово, что он проявляет сочувствие, но рано или поздно это все равно бы выяснилось. А ты что думала? Что ради тебя Мило откажется от карьерных планов?

Мило откашлялся.

– Будет лучше, если ты сейчас пойдешь. Мы обсудим это позже.

На один маленький, страшный миг я подумала, что он обращается ко мне, но он говорил это Ли, глядя на него мрачным взглядом.

– И я о том же! – Ли поднял над головой руки и снова встал. – Позвоню тебе потом. Пока. – Он еще раз кисло улыбнулся мне, и я махнула ему рукой.

Ли не виноват, что только что испортил мне это чудесное утро. Наоборот, может быть, он уберег меня от страшной ошибки? Я бросилась в омут с головой, совершенно ни о чем не думая.

Когда Ли закрыл за собой дверь люка, Мило шумно выдохнул:

– Квинн, я…

– Лос-Анджелес? – переспросила я, и мой голос прозвучал выше, чем я ожидала.

Мило подошел ко мне:

– Мы с Ли до сих пор только размышляли, стоит ли подыскать там постоянное место жительства. Если я хочу войти в международные чарты, мне придется регулярно летать туда. Все крупные лейблы США работают из Лос-Анджелеса.

Я кивнула. Конечно, это было разумно. А я что воображала? Что он будет время от времени выступать в «Уэмбли», а остальное время проводить с тобой на борту плавучего дома? Он находится как раз на том этапе, когда есть шанс стать звездой международного уровня. Через несколько недель выходит его новый альбом. Он постоянно будет на гастролях. Честно говоря, я совсем об этом не подумала, хотя это на меня не похоже. Обычно я пытаюсь все продумать заранее, чтобы такого не произошло. Власть разума над чувствами!

Мило подошел ко мне еще на шаг ближе и заправил за ухо прядку волос.

– Мне очень жаль, что ты узнала это вот так.

– Ничего страшного. Момент, конечно, не идеальный, но я понимаю, насколько это важно для тебя.

– Решение еще не принято, – заверил он. – Я знаю только, что прямо сейчас даже не могу представить себе уехать от тебя так далеко. И что пока что хотел бы сохранить наши отношения в тайне.

Его слова оставили во мне горькое послевкусие. Конечно. Модели, певицы, актрисы – всем им можно идти с ним под руку по красной дорожке. Одна я недостаточно хороша. Противное чувство ревности обожгло меня. Мне и без того было трудно, потому я все время сравнивала себя с этими женщинами, но когда он так ставил на вид, что я не могла стать частью его мира, это ранило меня куда больше, чем я готова была признать.

Отвернувшись, я стала наливать воду в чайник, чтобы чем-то занять руки.

Краешком глаза я увидела, что Мило нахмурился.

– Что такое?

– Ничего, – ответила я. – Но я понимаю. Пока я была «незнакомкой с букетом», все было в порядке. Это помогает твоему публичному образу. Но официальное появление со мной на публике может навредить твоей репутации. – Голос Майли Сайрус пел у меня в голове «Я могу сама купить себе цветы», и я почувствовала, как гнев вытесняет мою неуверенность.

– Да вовсе не из-за этого! – энергично возразил мне Мило, выхватил у меня из рук чайник и поставил его на место. А потом взял меня за плечи: – Мне так хорошо с тобой, Квинн. Я не хочу, чтобы какая-нибудь желтая газетенка взяла и разрушила все это. Кроме того, мне казалось, что после тех публикаций тебе не хотелось снова оказаться мишенью для прессы.

Его слова, произнесенные таким проникновенным голосом, помогли, и злость улетучилась почти так же быстро, как и появилась. Вздохнув, я уронила голову ему на грудь. Он просто хотел защитить, а вовсе не отвергнуть меня? Он, конечно, прав. Пресса перемоет нам все косточки. И это довольно сильно пугало.

– Прости. Я тоже не знаю, откуда во мне взялось это чувство. Давай не будем торопиться, – подавленно проговорила я.

– Правда? – с явным облегчением переспросил он, и в следующий миг его губы встретились с моими.

Я ответила на поцелуй и хотела бы остаться так навсегда, отгородившись от всего остального мира. Но потом я отстранилась и с наигранной серьезностью заявила:

– Я сама не хочу играть в прятки, но если мы объявим о наших отношениях, Фиона наверняка потребует от нас эксклюзивную статью, а я этого не переживу!

Мило рассмеялся.

– Я уже вижу заголовок: «Ее вопросы помогли завоевать его сердце!»

– У тебя здорово получается формулировать идеи, – подхватила я. – Возможно, тебе стоит писать стихи.

– Ты думаешь? – Он склонил голову на бок. – Нет, я думаю, насчет стихов я не очень… – Он притянул меня к себе. – Мне кажется, я больше могу выразить телом.

– Это я заметила, – ответила я, улыбаясь, и взвизгнула от удовольствия,