Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— Всё поняли, — кивнул Егор.
— Тогда по моей команде открываете двери. А вы, — я повернулся к оставшимся охотникам — со мной. Выбегаем из притвора, обходим тварей с тыла и херачим Костомолкой. Захар, ты высматриваешь недобитков и гасишь их Ударами. Готовы?.. Вперёд!
Я бросился к притвору. Распахнув дверь, обернулся и крикнул:
— Открывай!
Дожидаться выполнения приказа не стал. Выскочил в свежую июньскую ночь. Четверо охотников выбежали вслед за мной.
— Ой, бл… — оценил ситуацию Прохор.
С ним было сложно не согласиться. В узкое церковное окошко мне удалось разглядеть едва ли половину волкодлаков. По факту, во дворе их бесновалось вдвое больше.
— Зато прикиньте, сколько костей соберём, — поднял боевой дух я. — Костомолкой, дружно — огонь!
Мы ударили по толпе волкодлаков с тыла. С крыши церкви, на мгновение позже нашего удара, жахнули два Красных Петуха. Четыре туши раскатало по земле. В толпе волкодлаков заметались два живых факела. А я получил две родии.
До тварей пока не дошло, что случилось. А может, они в принципе оборачиваться не умеют. Видят цель — верят в себя. И даже мечущиеся в той же толпе горящие живьём, воющие так, что кровь в жилах стынет, и опаляющие других сородичи их не смущают. Волкодлаки продолжали ломиться в дверь.
С высокого крыльца полетела туша, пронзённая знакомым ледяным колом. Ай да Гравий! Ай да красавчик. Следом — ещё одна туша, разрубленная надвое. А вот это уже Егор. Узнаю почерк любимого наставника.
Любоваться шоу-программой дальше я не стал. Неожиданность пока на нашей стороне. Нельзя терять преимущество.
— Костомолкой — огонь! — скомандовал я.
Ещё четыре наших удара и два Красных Петуха — с крыши. Толпа тварей поредела ещё на четыре особи и обогатилась двумя живыми факелами. Предыдущие, добитые Захаром, догорали на земле и признаков жизни не подавали.
Ледяной кол снёс с крыльца ещё одну тушу, пронзённую насквозь. Острым концом ранил волкодлака, бесновавшегося рядом. Этого немедленно добили Костомолкой. Молодец Земляна! Вот уж кому не занимать умения работать в команде, так это ей. Хотя, с другой стороны, с пяти лет жить среди охотников и каждый день отстаивать своё право на гендерное равенство — тут кто угодно социализируется и научится мосты наводить.
Удар мечом. С крыльца полетела очередная разрубленная туша. А одна из тех горящих, что метались с безумными воплями, натыкаясь на сородичей, вдруг озверела окончательно. Изменила направление и поломилась к дверям.
Глава 25
Вот теперь в тупых башках тварей что-то щёлкнуло. Дошло, что диспозиция изменилась, и атакуют не только они. Сбив с ног и затоптав горящего сородича, на нас бросились восемь тварей. Из той дюжины, что оставались. Прочие, видимо, не теряли надежды оказаться в церкви. Сложно сказать, почему их с такой силой туда тянуло.
Восемь тварей — это, конечно, не тридцать. Но и мы с бойцами после двух подряд Костомолок не в лучшей форме. По два волкодлака на рыло — это тебе не в баню сходить.
— Защитный круг! — скомандовал я.
Мгновение удивления — обычно охотники создавали Защитные Круги каждый для себя. Но ни спорить, не переспрашивать никто не стал. Мы, все пятеро, оказались в Защитном Кругу и ощерились мечами.
— Бьём кто чем богат, как можно сильнее! — громко крикнул я. — Что угодно, кроме Костомолки — слишком много сил жрёт. Захар, высматриваешь самых дохлых и добиваешь! Огонь!
Два Удара. Два Меча. И мгновением позже — два Красных Петуха, прилетевших с крыши. Севастьян и Яков меня услышали. Не зря орал во всю глотку. Хотя Красные Петухи были уже не такими яркими, как в начале. Серьёзного урона они не причинили, только ещё больше разозлили тварей.
— Прохор! Добиваем горящих! — крикнул я.
Мы с Прохором выскочили из Круга. Заработали мечами. Я снёс горящую башку с первого удара. Принял на грудь законную родию и едва успел встретить мечом новую атакующую тварь. После наших Ударов и Мечей волкодлаки были ещё живы. И даже не особо потрёпаны — сил у нас оставалось всё меньше.
Тому волкодлаку, что кинулся на меня, я отрубил лапу. Его это, похоже, не сильно обеспокоило. Тварь взревела и снова прыгнула на меня. Когда в морду ей вдруг ударила молния. Захар помогал, как мог. Молния вызвала едва ли секундное замешательство, но мне этого мгновения хватило. Я успел сместиться в сторону, обретя удобную позицию. Занести меч и рубануть им раньше, чем меня схватила за горло уродливая лапа.
Косматая башка волкодлака покатилась по земле. А в меня шарахнули три родии. Ну, вот! Другое дело.
Я быстро огляделся. Из восьми атаковавших нас волкодлаков на ногах осталось четверо. Но и наши ряды поредели — Фока лежал на земле, как-то нелепо завалившись на бок. Прохор стоял рядом с ним. Никодим, тоже раненный, зажимал пальцами бок. Судя по тому, что добраться до них волкодлаки не могли, Прохор скастовал свой Защитный Круг вокруг себя и раненного друга, Никодим — свой.
Н-да. Получается, что нас с Прохором, по сути, двое — при том, что он не может отойти от раненного Фоки, — а тварей четверо. И что-то не похоже, что они собираются падать замертво от усталости. Такой себе расклад.
Додумывал я, уходя от яростной атаки волкодлака.
— Держись, Владимир!
В плечо атакующей меня твари вонзился ледяной кол.
Четвёрка охотников, отбивающая атаки тварей в церкви, оказывается, вырвалась. И парни, засевшие на крыше, успели спуститься. Тоже бежали к нам.
Три уцелевших волкодлака ситуацию оценили мгновенно. Никодим, Прохор и раненный Фока перестали быть интересны. Волкодлаки задрали хвосты и потрусили прочь.
— Бей! — заорал я. — Не упускать! Ударами — вслед!
И ударил первым.
Сил в Ударе оставалось немного, но всё же бег волкодлака замедлился. Догнать тварь я сумел. Ударил сверху мечом, пронзив твари шею.
Молния бить не спешила. Значит, волкодлак ещё жив. Крепкая тварь, наверняка тоже на три родии.
— Говорить умеешь? — спросил я.
В ответ раздалось шипящее «Ненавиж-ж-жу».
— Это я и так знаю. Вопрос по существу: что вы здесь забыли? С каких пор вообще волкодлаки нападают на деревни?
Вопрос я задал скорее для проформы, не особо надеялся на то, что услышу ответ. С интеллектом у тварей, мягко говоря, не очень. Рассуждать, что да почему, они