своего рода в зал вошла одетая в парадное облачение сама Хатун. Ее сопровождали князья рода и Ириана.

— Я на всякий случай сам присутствовал в зале вместе с некоторыми моими людьми, — пояснил Байан, заметив мой вопросительный взгляд.

В зале поднялся невообразимый шум. Люди повскакивали с мест, и главному шаману с великим трудом удалось заставить их успокоиться. Он обратился к Хатун:

— Великочтимая Хатун, поясните свои слова. И что за девушка с Вами рядом? Она слишком молода, чтобы быть Вашей дочерью.

— Девушка рядом со мной — это моя младшая дочь Ириана Визари, которая не погибла в реке, а бежала. Бежала, спасаясь от убийц, посланных этим человеком, — она указала пальцем на кагана, — в Северную Империю. Но и там ее нашли его люди. И тогда ей удалось перебраться южнее и спрятаться в Императорском дворце в Рианоле.

— Подтверждаю каждое слово, сказанное моей мамой, — подняла ладонь вверх Ириана.

— Ко мне пришли служанки, которые должны были меня отвести в постель к этому негодяю, — она указала рукой на побледневшего кагана, — но я справилась с ними. Мне тогда только исполнилось пятнадцать лет, но, несмотря на это, он потребовал привести меня к нему на ночь, хотя и объявил, что мы теперь его дочери.

— Ложь!!! Это всё ложь!!! — выкрикнул наконец каган, но Ириана прервала его громким криком:

— Негодяй, ты заставил моих сестер прислуживать тебе в постели! Старшая, Витта, не выдержала позора и выбросилась из окна. Ты это скрыл! Мы даже не знаем, где ты приказал ее похоронить!

От такого даже старцы вскочили с мест, размахивая руками. Поднялся такой гвалт, что, казалось, потолок зала рухнет. Внезапно раздался грохот выстрела, еще, еще. Все застыли в остолбенении, потом повернулись к возвышению, на котором находились каган, Хатун и остальные. У края стояла Ириана, держа в руке неведомую штуку. Она еще раз нажала, и в зале опять раздался грохот, а с потолка брызнули осколки камней.

— Я это, — внезапно закашлялся рассказчик. — Я дал ей револьвер и научил им пользоваться.

— Ой, да как интересно-то становится! — я даже привстала со стула. — А откуда у моего Байана вдруг взялся револьвер и откуда ты знаешь это слово?

Генерал тоже встал, поклонился.

— Ваше Величество, — он с какой-то немой укоризной посмотрел на меня, — ну Вы же сами знаете ответ, откуда я про это знаю. В Андоле для моих людей нет тайн. Одна из девок, которые были на вечеринке Кассоля, — мой агент.

— Согласна, упустила. Но у тебя откуда это оружие? Ведь его сделали только в четырех экземплярах.

— Я познакомился с Вулфом, когда Вы распорядились организовать его охрану. По моей просьбе он сделал десять единиц этого оружия. Кстати, скоро он сможет начать его выпуск на новой фабрике. И еще он снабдил моих людей некоторым количеством винтовок, в которые латунный патрон вставляется с обратной стороны ствола.

— А ни я, ни Император, никто вообще об этом не знает?

— О чём вообще идет речь? — удивленно спросил герцог Андольский. — И почему я, военный министр, ничего об этом не знаю?

— Речь идет о новом оружии, пока секретных образцах. Мы с Императором решили, что пока не будет изготовлен первый проверенный образец, будем хранить это всё в тайне. Там не только речь о винтовках, но и о пушке, которая может стрелять на три и даже больше километров.

— Ваше Величество, так Вулф и дал нам партию винтовок и патронов, чтобы мы проверили их в деле. Я выдал их самым лучшим и проверенным стрелкам. И они уже собрали замечаний на целый лист. А Ириане выдал потому, что она единственная, кто может всегда находиться рядом с матерью. Как только я привез Хатун в Ордос, пришлось передать ее под защиту батойского рода.

— Хорошо, продолжайте, — прекратил все споры Император.

Как только в зале установилась тишина, Ириана продолжила обвинять кагана, а тот стоял как оцепеневший. Девочка-то выросла.

— Узнав о смерти моей сестры, ты, пьяный от алкоголя, потребовал к себе в постель Анару. Ее скрутили и потащили воины по лестницам к тебе в башню, когда она вырвалась и выбросилась в окно, предпочтя смерть позору. Но она осталась жива, сломав обе ноги. Несколько суток ты не подпускал к ней врачей, но она не умерла. Кости срослись неправильно, и она сделалась калекой! Никто-нибудь, а дочь Великого Кагана Мурьяра Кейрата Санаана! А потом ты приказал увести ее в горный охотничий домик, куда потом привезли и мою мать. Служанки по твоему приказу обходились с ними жестоко и добавляли в пищу по капелькам яд.

— Я узнала о яде сразу же, — выступила вперед Хатун. — И поэтому Анара, несмотря на жуткие боли в ногах, ежедневно собирала под присмотром охранников травы в горах, из которых потом тайно варила противоядие. И так длилось несколько лет, а ты всем врал, что я больна, окружив себя девками из борделей.

— Он приказал убить всех воинов, кто тогда присутствовал при прыжке из окна Анары, а потом отвозил ее в горы. Так же как приказал умертвить всех воинов, кто принимал участие в убийстве моего отца, Великого Кагана, и моих братьев!

В зале наступила гнетущая тишина. Замолчали все разом. Ириана повернулась к кагану, которого уже окружили его верные нукеры. Он начал приходить в себя. В глазах появился злобный блеск, пальцы рук судорожно сжались в кулаки, на скулах заиграли желваки.

— Ты думаешь, что не осталось свидетелей? Или я боюсь тебя и твоих слуг? Введите их!

Несколько воинов клана Батоу ввели в зал и бросили на колени перед всеми двух связанных людей. Они согнули спины и склонили головы до пола.

— Эти два воина, когда был пир и этот человек налил всем отравленного вина, тайком вернулись к месту смерти моего отца и братьев, чтобы пошарить по телам убитых. А когда самые доверенные люди этого человека начали сносить туда и раскладывать тела воинов, уже проткнутых мечами и копьями, они спрятались. Рассказывайте перед всем миром! На вас с Синего неба смотрит сейчас сам Тенгри! Попробуйте только сказать неправду.

И пошел рассказ о том, как готовилось преступление, как будущий каган встречался с танцами и сколько раз, как сидели в засаде. Как перебили небольшую охрану Кагана и закопали тела в лесу. Как из леса предательски расстреляли из луков отца и всех его сыновей, и слуг. Вступать в ближний бой побоялись.

Пока предатели рассказывали ошеломленным старейшинам об убийстве их Кагана, Ириана спокойно