очередь. — Он сел и похлопал по подушке рядом с собой. — И как ты вообще всё это потянула, Эди?

— Не сейчас, Джейк.

— Да у тебя вечно «не сейчас», зато допрашивать меня ты всегда готова. — Он откинулся назад, явно чувствуя своё превосходство.

— Слушай, я не тот, кто раньше крал у тебя вещи. Так что право быть на шаг впереди всё ещё у меня. — Он открыл рот, чтобы снова что-то сказать, но я его перебила: — Зачем ты пришёл, Джейк?

— Хотел отдать деньги на оплату телефона. Как и обещал. Дела идут неплохо. — Его лицо чуть смягчилось. — И ещё… я волновался. Ты в последнее время какая-то странная.

— Волновался за меня? Серьёзно? — Я опешила. Ни один наркоторговец не стал бы так запросто раздавать Джейку сочувствие. — Я и сама за себя волновалась. Но сейчас всё налаживается, — солгала я.

Он оглядел гостиную и покачал головой.

— Если попадёшь в беду, можешь мне сказать, ладно? Никто не влипал в такие передряги, как я.

— Знаю. — Я выпрямилась. — Мне сегодня ещё кучу белья надо перестирать…

Он мотнул головой в мою сторону.

— Слушай, а… — начал он и развернул свои сумки, будто собирался их поставить. В конце концов, у меня теперь был шикарный новый диван, в самый раз, чтобы на нём поспать.

— Пока не надо, Джейк, ладно? Может, после праздников.

— Ладно.

— Сам до дома доберёшься?

— Ага. Увидимся, сестрёнка.

Только когда он ушёл, я сообразила, что он так и не отдал свою часть денег за телефон.

***

Остаток утра я собирала вещи в спальне и раскладывала их по местам, потом загрузила бельё в стиральную машину.

Запихивала одежду как попало, всё равно у меня не было ничего, что нельзя постирать на максимальном режиме, и вдруг услышала тихий звон. Я запустила руку в мешок и нащупала что-то твёрдое.

Флаконы «Luna de Lobos», которые мне дал Джейк. Блядь. Надо как-то убедить его слезть с этой дряни. Продажа «энергетических добавок» не сделает его жизнь нормальной. Я переложила флаконы в сумку, чтобы потом отнести на работу и выбросить в контейнер для утилизации.

Лукас был прав: сейчас ночевать в своей квартире не самая безопасная затея, но замки на двери работали. Я закрыла дверь на защёлку, на задвижку и накинула цепочку. Потом подтащила табуретку и поставила её под дверную ручку, чтобы никто не смог войти. Телефон положила рядом, на всякий случай.

***

Проснулась я только в восемь вечера. На матрасе всё ещё чувствовалась вмятина там, где какой-то оборотень проткнул его ножом; я ощущала её левым коленом. Минни растянулась рядом со мной, словно уже простила все ночные приключения.

Я встала, снова приняла душ и начала собираться. Нужно было поесть и купить еды на поздний ужин. Я не стала высматривать в парковке охранника, но от самого двора до продуктового магазина и обратно за мной ехала чёрная иномарка. В итоге я оказалась на территории больницы.

***

Я была в раздевалке, когда появилась Джина, она что-то весело напевала себе под нос. Я не выдержала:

— Ты сегодня чересчур радостная.

— А ты — нет. Будто мы с тобой местами поменялись.

— У меня была длинная ночная смена… вне работы.

— У меня тоже. Но в хорошем смысле. Я всё обсудила с Брэндоном. Ему всё равно, что я не меняюсь.

— И надолго это?

— Он говорит, что навсегда.

— Серьёзно, навсегда?

— Ну, хотя бы надолго. — Она улыбнулась. — Я знала, что не ошиблась, когда влюбилась в него, Эди. Точно знала.

Где-то глубоко внутри я отыскала улыбку, наверное, вытащила её из какого-нибудь другого измерения и подарила Джине.

— Я очень рада за тебя, Джина.

Она крепко меня обняла и тут же отпустила.

— Пойдём. Сделаем эту смену отличной.

***

Мы зашли в отделение, но дальше я пошла без неё, чтобы посмотреть, с кем нам сегодня придётся работать.

— Снова «мясные» задания… разве бывают другие? — Мы с Джиной снова попали к Уинтеру. Снова.

Старшая медсестра за стойкой чуть повернулась и бросила на меня взгляд.

— Дневные достаются Чарльзу, а вам двоим — оборотни. Это всего на две ночи, Спенс. Терпи.

Я буркнула:

— Ладно.

Я собралась с духом, чтобы завернуть за угол и увидеть там Лукаса… но сегодня ему снова предстояло драться. Ну, конечно. Я осторожно выглянула и впервые не увидела ни одного посетителя. Вообще никого. Напряжение понемногу стало отпускать, и тут ко мне подошла Джина, чтобы вместе принять смену.

Всё, что мы сейчас делали для Уинтера, было чистой формальностью. Либо луна исцелит его, даже, судя по всему, кариес, либо нет. Мы с Джиной сверили назначения и подписали все изменения. Ружьё мы больше не держали под рукой, даже когда она была рядом. Домитор отключили: если луна должна была сработать, мы не хотели мешать обращению. Но теперь в нём не было ничего пугающего. Кровоизлияние в мозг позаботилось об этом.

***

В три часа ночи Джина ушла на перерыв в соседний коридор, а я сидела с книгой у палаты Уинтера. Всё было спокойно. Надо было сразу заподозрить, что это ненадолго.

— Будь наготове, Эди! — рявкнула Мясник из-за поворота.

Я отложила книгу и постаралась принять максимально деловой вид.

Из-за угла вылетел Лукас, в той же толстовке, взъерошенный, пахнущий потом. Казалось, он стал крупнее, чем вчера, и дышал тяжело, будто только что пробежал несколько кварталов. Заметив меня, он замер, и по его лицу ничего нельзя было прочесть.

— Я просто хочу поговорить со стариком.

— Ладно. — Я отодвинула стол, пропуская его внутрь. По правилам, ему полагалось надеть средства изоляции, да и мне не стоило пускать его одного. Я встала у двери, чтобы держать обоих в поле зрения.

Лукас подошёл к кровати Уинтера и уставился на него, застывшего в этом странном, почти царственном покое.

— Неудивительно, что отец тебя ненавидел, дядя. Он знал, что никогда не испытает ничего подобного. — Лукас прижал ладонь к собственной груди. — Я чувствую их сердца, они бьются внутри меня. Вот что значит вести стаю. — Он протянул руку к груди Уинтера, и я невольно сделала ещё шаг ближе. — Я чувствую, как оно накатывает… Луна выбрала меня.

— Лукас…

Он обернулся ко мне, и в полумраке его глаза вспыхнули медным светом, как у волка в ночи.

— Не бойся. Я его не трону. Он и так уже почти мёртв.

Лукас ещё раз легонько похлопал Уинтера по груди и двинулся к выходу. Но вместо того, чтобы просто пройти мимо, он