Следом она осведомилась:

— А что насчет третьего пути?

Клейн погрузился в секундное молчание, после чего изрек:

— Если в седую древность тот ритуал увенчался триумфом, и Император действительно вскарабкался на нулевую ступень, то у Него всё еще остается лазейка для возвращения с того света. Нам достаточно лишь опередить Георга III до того, как Он усядется на божественный трон. Стоит нам раскопать заготовленные Императором якоря и помочь Ему воскреснуть, как все коварные интриги Георга III с треском рассыплются в прах.

Он благоразумно не стал перенимать у Бернадетт её привычку величать Рассела просто «он», до смерти боясь засветить свою истинную личину.

В глазах «Королевы Мистики» отчетливо полыхнула искра, которая тут же потонула в бездонной, ледяной глубине её взора.

Приоткрыв губы, она уронила:

— Я передам отобранные страницы дневника Катлее.

Клейн не стал мусолить эту тему, вместо этого растянув губы в усмешке:

— По правде говоря, вырисовывается и четвертый вариант.

Бернадетт слегка вскинула брови, всем своим видом выражая искреннее недоумение.

— Банально умыть руки. Позволить Георгу III развернуть таинство, посягнуть на божественность и смиренно дожидаться Его фатального краха. — Клейн издал горький, самоироничный смешок. — Как-никак, чем выше карабкаешься по лестнице Последовательностей, тем колоссальнее риск сорваться в бездну.

И это была кристальная правда. Даже если тот самый брат Амона виртуозно срежиссировал весь «спектакль», подстелив соломку на каждом шагу, и даже если Георг III без остатка переварил все предыдущие эликсиры — шансы на Его триумфальное вознесение вряд ли превышали жалкие пятьдесят процентов.

Разумеется, Клейн бросил эту фразу лишь в качестве едкой шутки над самим собой.

«Королева Мистики» Бернадетт не стала рубить сплеча. Вперив пронзительный взгляд в Германа Воробья, она выдержала паузу в несколько долгих секунд и проронила:

— В этот раз от тебя веет чем-то совершенно иным, нежели в наши прошлые рандеву.

— Таков уж предписанный мне курс психотерапии, — Клейн слегка улыбнулся, виртуозно напустив на себя вид пациента с капитально расщепленным рассудком.

Бернадетт благоразумно не стал лезть в эти дебри. Отведя взор, она уставилась на застывшую на столе перьевую ручку и подытожила:

— В таком случае, разбегаемся и роем землю носом в поисках агентурных сводок. Держим связь через переписку.

На этом она замялась на долю секунды, прежде чем добавить, так и не оторвав взгляда от стола:

— По правде говоря, меня не отпускает мысль: а что, если он уже сделал первый шаг к воскрешению, и нынче просто рыщет в поисках осколков своего былого «я»… Я совершенно не ведаю, какие леденящие тайны кроются за возвращением «Темного Императора» с того света, да и нет у меня стопроцентной уверенности, что на закате дней он действительно избрал именно этот Путь…

Голос Бернадетт становился всё более эфемерным и призрачным, источая некую трудноописуемую, щемящую тоску.

Внимая ее словам, Клейн вдруг кристально ясно осознал, о чем именно грезит «Королева Мистики» и на что так отчаянно уповает:

Её грызли смутные подозрения, что «Шут» — это и есть восставший из небытия Рассел! Что великий император в свое время виртуозно обвел всех вокруг пальца, на деле даже не помышляя о переходе на стезю «Темного Императора», а выбрав совершенно иной маршрут. И теперь, дабы вернуть себе утраченную память и суть, ему кровь из носу надлежит скрупулезно собирать по свету страницы былого дневника вкупе с «Картами Богохульства».

«Какая досада, но я — всего лишь ваш дядюшка Чжоу из соседнего двора…» — Клейн уже было собрался отпустить в уме эту едкую, самоироничную шпильку, однако бушующие эмоции дюйм за дюймом сошли на нет, налившись свинцовой тяжестью, не оставив и следа от былой легкости.

Не проронив больше ни звука, он плавно поднялся на ноги. Отвесив изящный поклон и водрузив на голову цилиндр, юноша покинул покои.

Едва за ним затворилась дверь приватного кабинета «Золотого Театра», Клейн, успев сделать от силы пару шагов, внезапно уловил звуки умиротворяющей, плавной мелодии.

Эта музыка струилась сквозь пространство, неся в себе едва уловимую, светлую печаль.

Сыщик замер на несколько секунд, вслушиваясь в переливы, после чего развернулся, шагнул обратно в холл и бесследно испарился, пустив в ход «Огненный скачок».

…………

Город Серебра. У городских врат выстроился в струнку разведывательный отряд, изготовившийся к выступлению.

Их путь лежал прямиком в город Полудня — первый плацдарм для грядущего штурма Двора Короля Гигантов.

Деррик Берг застыл в самом центре строя. Будучи вторым с конца по росту, паренек намертво стискивал в руке покрытое густой медной патиной, ощетинившееся шипами распятие.

По правую и левую руку от него высились Джошуа и Хайм. Оба воина держали ухо востро, готовые в любую секунду перехватить «Неомраченный крест», дабы не позволить Потусторонним характеристикам Деррика выкристаллизоваться и покинуть тело.

— Столь чудовищный Запечатанный артефакт требовал постоянной смены владельцев; лишь передавая его по кругу втроем, они могли успешно противостоять его пагубным побочным эффектам.

Пока Деррик с благоговением разглядывал наследие Создателя, он внезапно спинным мозгом почуял на себе чей-то пристальный взор. На чистых инстинктах вскинув голову, юноша устремил взгляд в ту сторону и с содроганием осознал: за ним неотрывно следит не кто иная, как старейшина Совета Шести, «Пастырь» Ловия.

Самая низкорослая леди в их отряде, щеголяющая серебристо-серыми, слегка вьющимися длинными волосами, сверлила покрытый вековой патиной «Неомраченный крест» своими бледно-серыми глазами. В её взоре, на удивление, полыхали искры неприкрытого, жгучего вожделения.

Безошибочно перехватив ответный взгляд Деррика, старейшина-«Пастырь» едва заметно шевельнула уголками губ, изогнув их в совершенно нечитаемой, гротескной усмешке:

— Это вещь Владыки.

Деррика прошиб леденящий, необъяснимый озноб. В ту же секунду над площадью раскатистым басом грянул приказ Вождя Колина Илиада:

— Выступаем.

Глава 1094

Брешь

Район Баклундского моста, в одном из узких переулков. Сио вновь встретилась с куратором из МИ-9, отвечающим за связь с ней.

— Это твой гонорар, обменянный на заслуги, в сумме 2500 фунтов. Хе-хе, я выбил для тебя лишние 500 фунтов, — мужчина в золотой маске бросил Сио пухлый конверт.

Сио ловко поймала его. Не став пересчитывать, она лишь инстинктивно ощупала толщину и искренне поблагодарила:

— Спасибо.

Мужчина в золотой маске отмахнулся:

— Не стоит благодарности. Для меня это тоже благо. Если бы ты продолжила копаться в делах прошлого и не отступилась, боюсь, однажды я бы загремел под военный трибунал.

— Ты планируешь и дальше оставаться в Баклунде?

— Да, я уже привыкла