или расслабился, или готовил новый удар. Так почему бы не нанести его первой? Хватит ждать следующего шага. Пусть теперь убийца поволнуется и узнает, что его подозреваю не только я. Поднявшись с кровати, я пошарила в тумбочке и наспех написала на первом попавшемся листе:

«Я больше не одна».

В приподнятом настроении я сунула записку в ящик и, наконец, заснула.

Следующий день не задался с самого утра. Я получила замечание еще на построении, на разминке пришлось пробежать два штрафных круга, а после обеда в тумбочке меня ждал ответ:

«Он тебе не поможет».

Глава 11

Похолодевшими пальцами я спрятала листок в карман. Проблема становилась серьезнее. Оставляя послание, я готовилась к угрозам, но никак не ожидала, что шантажист узнает о Максе! Вот только откуда? Неужели нас кто-то подслушивал? Я нервно прошлась вдоль ряда кроватей, восстанавливая в памяти события вечера. И покачала головой – нет, вмешательство исключено. Никто не отвлекался от своих занятий и не проходил мимо. К тому же звук телевизора врубили на полную мощность, поэтому даже Блейз, стоявший ближе всех, не мог услышать пьяную исповедь Макса. А, значит, тот проболтался кому-то еще.

Я порывалась поговорить с ним с самого утра, но Хаммер до обеда гонял нас по стадиону, не оставляя возможности и парой фраз перекинуться. В столовой рядом с Максом постоянно кто-то крутился, сводя на нет шанс обсудить подозрения. И лишь к вечеру, наконец, появилась надежда – за ужином Макс сам подсел ко мне за столик.

– Спасибо, что не бросили, – смущенно начал он. – Вы не обязаны были ввязываться.

– Это все командный дух, – отшутилась я. И попыталась увести разговор в нужное русло: – Вчера ты кое-что…

– Подожди, – перебил меня Макс. – Сначала я хочу извиниться, – он сделал глоток из бутылки с водой – то ли собираясь с силами, то ли чтобы удушить приступ похмелья. – Прости, что пристал к тебе тогда, у бара. Просто Спенсер говорил, что ты оторва, и я решил, что ты специально ломаешься, а на самом деле не прочь… Я думал, если мы сойдемся, то… у нас с ним будет что-то общее.

Я с трудом сдержалась, чтобы не вытаращить на него глаза. Вот же ненормальный. Не проще было одну из футболок брата взять?

– Хоть какая-то связь, – продолжал Макс, перекатывая между пальцами крышку от бутылки. – Уверен, ты понимаешь, о чем я. Как никто другой! Ведь тебе тоже не хватает сестры.

Но даже тоска не заставит меня спать с ее бывшими. Я уместно оставила комментарий при себе и понимающе кивнула:

– Вчера ты сказал, что хочешь отомстить.

Макс не отвел взгляда.

– И я пойду до конца, – в его голос вернулась привычная твердость.

– Ты, правда, знаешь, кто подстроил аварию? И у тебя есть доказательства? Можешь назвать мне имя?

Засыпав его вопросами, я затаила дыхание – не верилось, что два месяца предположений и голых теорий вот-вот закончатся.

– О ком сплетничаете сегодня? – Блейз плюхнулся на соседний стул и с невозмутимым видом подцепил с подноса Макса ломтик картофеля фри.

– Конечно же, о тебе, – я раздраженно отстранилась. И почему ему не сиделось за соседним столом? – В особенности о таланте залезать в чужие тарелки.

И встревать в чужие беседы.

Блейз расхохотался, а Макс с готовностью подвинул к нему весь поднос.

– Угощайся. И спасибо, что дотащил.

Пока он сбивчиво повторял слова благодарности, я тихо сатанела – Блейз мог часами слушать похвалы, и беседа грозила затянуться. Я уже собиралась послать его к черту, когда за столик подсела Талула и принялась делиться слухами – в ближайшие дни нас ожидало тактическое учение в пустыне.

– Максимальное приближение к боевой операции, – с воодушевлением рассказывала она. – Условный противник, радиосвязь на закрытых частотах и минимум снаряжения. Даже походной кухни не будет – вместо нее сухие пайки.

– Никак не пойму, что тебя в этом прельщает – перспектива жрать крекеры и консервы, спать под открытым небом или закапывать собственное дерьмо в песок, – фыркнул Блейз. – Или думаешь, ради девчонок биотуалеты повезут?

Талула обиделась на сарказм и до конца ужина отвечала лишь мне и Максу. Я несколько раз пыталась отозвать его в сторону и обсудить аварию, но каждый раз что-нибудь мешало – то Макса перехватывал Грег с вопросами об электросхемах, то Талула уточняла, не забыл ли он про обещанный спарринг, то Фред рвался рассказать несмешной анекдот. До самого отбоя нам так и не удалось поговорить.

Решив продолжить утром, я выбежала на построение одной из первых и, пока Хаммер не слышал, успела шепнуть Максу:

– Держись поближе на разминке.

Тот кивнул, но вместо площадки для упражнений нас собрали в учебной части. Рассаживаясь за столами, мы удивленно переглядывались – никто не предупреждал об изменениях в расписании.

– Может, какая-то проверка? – предположила Талула. – Или внеплановый тест?

– Скорее плановый вынос мозга, – сострил Блейз.

– Многие уже слышали про полевой выход, – начал сержант Престон, не дожидаясь, пока самые нерасторопные займут свои места. – В связи с ним в ближайшие два дня лекций не будет.

– Вместо этого вы сейчас пройдете инструктаж, – в дверях появился Хаммер. – И начнете загружать снаряжение в транспорт.

Фолкнер вошел следом:

– Группы выступают отдельно, каждая – в свой квадрат со своим заданием.

– И если кто-то один налажает, оно считается проваленным, – Хаммер задержал взгляд на мне, чтобы в очередной продемонстрировать, кого он считает слабым звеном. – Вам все ясно, неудачники?

– Да, сэр! – дружно отчеканили мы.

– Тогда раскройте уши, чтобы не пропустить ни слова из того, что вам скажет сержант! – в тон ему рявкнул Фолкнер.

– Есть, сэр! – отозвалась его группа.

Да уж, орать их точно научили громче нас.

Пока сержант уныло вещал про оценку обстановки на незнакомой местности, я поглядывала на Макса. Как бы успеть поговорить с ним до отъезда? И осторожно предупредить, что мы оба теперь в опасности – вдали от базы и свидетелей шантажист может решиться на крайние меры.

– Кейн! – от размышлений отвлекла мелькнувшая слева тень – Хаммер навис над моим столом. – Повтори, каким должен быть следующий шаг после проверки периметра?

– Развертывание полевого лагеря, сэр.

– А конкретнее? Ксандер, – он повернулся к Блейзу.

– Оборудование укрытия для личного состава и техники, сэр.

– Маккензи, в каких условиях допускается хранение боеприпасов на открытой местности? – Хаммер докопался до каждого.

В отличие от него, Фолкнер даже не пытался изображать дотошность, и едва инструктаж закончился, погнал свою группу к гаражу – они выехали в пустыню еще до полудня. Хаммер как нарочно дождался самого пекла. Пока мы, обливаясь потом, грузили тяжелые кофры, он что-то помечал у себя в карте. И изредка подгонял нас унизительными насмешками:

– Кейн, это кейс с оптикой, а не тележка в супермаркете. Не надо на