– Ксандер, Уоллис, хватит протирать колени. Или вы решили дружно помолиться на этот контейнер?

– Маккензи, еще раз так кинешь запасные батареи, и рации можно будет выбрасывать к чертям – все равно не заработают. А я не припоминаю, чтобы вас учили ментальной связи с базой.

Талула снова завозилась с ящиком, пытаясь его переставить.

– Поторапливайтесь, соплежуи, – Хаммер уселся за руль и завел мотор. – Выдвигаемся.

Загрузив спальные мешки, я замешкалась с флягой – горло пересохло от духоты. Глоток воды стоил мне места сзади – парни успели занять сиденья. Талула устроилась между ними, подложив на рифленый каркас чехол с палаткой. Я бы и на голый металл согласилась, лишь бы оказаться подальше от Хаммера, но других вариантов не осталось. Понаблюдав, как я мнусь у двери, он высунулся в окно:

– Кейн, тебе нужно персональное приглашение?

Чертыхнувшись, я уселась рядом. И торопливо расправила прилипший к шее воротник – из-за закрытого люка в машине было еще жарче, чем снаружи.

– Какая картина: «внедорожник» во внедорожнике, – хохотнул Блейз, ткнув Талулу в бок.

Та не удержалась от смешка. Хаммер рывком переключил передачу и обернулся:

– Слабо громче повторить?

От его взгляда Талула стушевалась, а Блейз вытянулся и шутливо взял под козырек:

– Вам идет «Хамви», сэр!

– А чего назад спрятался, разговорчивый?

– Не мог отказать Кейн, сэр. Она так рвалась к вам поближе.

Ох, врезать бы ему. Да не дотянусь.

– Хочешь на мое место? – я с готовностью приподнялась. – Так давай поменяемся.

– Завязывайте мельтешить! – Хаммер надавил на педаль газа.

Меня откинуло на спинку сиденья. И резко качнуло в сторону, когда он выкрутил руль, вписываясь в поворот за ангаром. Я машинально ухватилась за крепление на передней панели и чуть не вырвала из него винтовку.

– Я отдавал приказ открыть огонь?

– Нет, сэр, – зардевшись, я вцепилась в длинную перекладину на двери, а второй рукой поправила сползающий шлем.

Ремешок натер щеки и подбородок – кожу под ним сильно щипало. Ослабив его, я смочила пальцы водой из фляги и протерла лицо.

– Не время прихорашиваться, Кейн, – хмыкнул Хаммер, протягивая мне портативный навигатор. – И раз уж ты здесь, отслеживай маршрут.

За окном промелькнул забор – мы выехали с территории базы. Со всех сторон нас снова окружала серая масса песка. Единственным ориентиром оставалось шоссе с летевшей навстречу и исчезающей под колесами разметкой. Я склонилась к экрану, изучая координаты:

– Около сорока миль до заданной точки, сэр.

– Прогноз по времени прибытия?

Пока я высчитывала и делилась предположениями с Хаммером, парни вполголоса обсуждали предстоящее задание. Макс настаивал, что вылазка сведется к разведывательной миссии, Блейз упирался и доказывал, что слышал, как сержант рассказывал кому-то про ночной штурм. Терпения у обоих хватило на четверть часа – так и не договорившись, они отвернулись к окнам.

– Неопознанный объект на одиннадцать часов, сэр, – неожиданно подала голос Талула.

– Наконец хоть кто-то из вас научился не только трепаться.

Талула довольно засопела, а я опустила глаза к экрану навигатора, почувствовав прилив обиды.

– Маккензи, оцени обстановку, – продолжал Хаммер, указывая на люк. – В этой комплектации бронелистов нет, но условно будем считать, что они установлены.

– Есть, сэр, – достав бинокль, Талула переместилась на подножку для стрелка. И выругалась, не справившись с замком: – Черт! Заело.

Я помогла ей провернуть рычаг и предупредила:

– На карте объект не значится.

– А кто-то все-таки научился работать в команде, – в голосе Хаммера звучал привычный сарказм, но я могла поклясться, что слышу в нем нотки одобрения.

Неужели он меня… похвалил? С пылающими щеками я уставилась на дорогу, а Талула высунулась в люк.

– Что там? – поинтересовался Хаммер, не сбавляя скорости.

– Всего лишь металлом, когда-то бывший «Бьюиком», сэр, – отрапортовала она, не обращая внимания на встречный поток воздуха. – Обгоревший корпус.

– Продолжай следить за сектором.

Новый приказ пришелся ей по вкусу, и оставшуюся часть пути Талула проторчала в люке, с энтузиазмом докладывая о каждом встречном объекте.

За десять миль до зоны высадки «Хамви» свернул с шоссе и углубился в пустыню. Нас сильно трясло на ухабах и мотало так, что даже у Талулы поубавилось рвения. К моменту, когда мы, наконец, достигли цели, я еле сдерживала рвотные позывы.

– Выгружаемся, – бросив ключи в замке, Хаммер громко хлопнул дверцей. – Маккензи, свяжись с базой. Кейн, отвечаешь за навес для транспорта.

– База, это Лима два Майк, прием, – забубнила в рацию Талула. – Мы в заданном квадрате, ждем дальнейших указаний.

Эфир не выдал ничего, кроме потрескивания и хрипов. Талула засуетилась с кнопками, меняя частоту.

– База, это Лима два Майк, как слышите меня?

Не дожидаясь ответа, Хаммер обошел внедорожник и осмотрелся. Я пыхтела возле одного из контейнеров – парни не церемонились, доставая их, и погнули металлическую защелку. Дернув за нее в очередной раз, я умудрилась завалить контейнер на бок, при этом проклятая крышка не открылась ни на дюйм. В полусогнутом состоянии я все еще ковырялась с замком, когда солнце перекрыла чья-то тень.

– Кейн, тебе нравится стоять кверху задницей?

Через темные стекла очков я не видела глаз Хаммера, но по тону было ясно, что происходящее его забавляет.

– Никак нет, сэр, – я выпрямилась, вытирая со лба пот.

– Тогда, пошевеливайся и достань, наконец, тент!

Справиться с навесом мне помогла Талула, когда ей удалось связаться с базой и выяснить план действий на ближайшие сутки.

– Приказ укрепиться и ждать, – разочарованно поделилась она, натягивая плотную ткань на металлическую раму. – Спрашивается – и зачем было ехать в пустыню?

– Не переживай, – обнадежила я, подозревая, что нам вряд ли дадут сидеть без дела. – Наверняка ночью поднимут по тревоге.

Хаммер умудрился загонять нас еще до темноты – мы то перетаскивали кофры, то устанавливали палатки, то рыли окопы. В суете я и думать забыла о разговоре с Максом; к обеду хотелось не есть, а рухнуть прямо на насыпь – на зубах скрипел песок, ладони горели от лопатки, в горле образовался сухой ком, который не смягчала даже вода из фляги.

– Овощная лазанья, – поморщился Блейз, изучив в упаковку с сухим пайком, едва мы расселись в тени внедорожника.

Я равнодушно протянула ему свою:

– Тушеная говядина. Угощайся.

Мне было все равно, что есть, а вот Блейза смена меню воодушевила. Пока он возился с пакетом-грелкой, я посмотрела на Макса и едва заметно кивнула в сторону навеса с кофрами, предлагая отойти. Он помотал головой: не сейчас. Дождаться вечера не хотелось, но и разговаривать при всех я не рискнула и тоже принялась за обед. Выбор закусок оказался невелик: пара крекеров, сыр, арахисовое масло и морковный пирог.

– Осторожнее со жвачкой, она со слабительным, – предупредил Блейз, когда я разложила содержимое упаковки у себя на коленях.

– А чего