— Поскольку это ваш первый день с тестостероном, я дам вам поблажку. Не смейте больше никогда смотреть на Герцогиню. Усекли?

— Д-да.

— Уебывайте отсюда. — Они спешно ретируются, а я делаю глубокий вдох, замечая, что вокруг собралась толпа, затаив дыхание наблюдающая за сценой. Я поправляю рубашку, обнимаю Лавинию за плечи и прижимаю к своему боку.

Она не сопротивляется, слишком хорошо осознавая, что за нами наблюдают. Это была именно та суматоха, которая нам нужна, чтобы привлечь к себе правильное внимание. Я замечаю по крайней мере одного Графа возле фонтана. Он побежит обратно и сообщит Лайонелу, что его девочка снова под нашей защитой.

ДКС тоже замечают.

— Герцогиня! — Один из наших новичков останавливается как вкопанный, широко открыв глаза, когда видит нас. — Вы вернулись. — Он выглядит слишком радостным, увидев ее, на его лице появляется глуповатая улыбка, и я подумываю о том, чтобы обойтись с ним так же, как с тем парнем. Но затем в глазах Лавинии мелькает узнавание, и происходит самое худшее, что только могло произойти.

— Привет! — Она улыбается. Ему. — Мошонка, да? Как дела?

Еще несколько новичков ДКС топчутся позади него с ошеломленными выражениями лиц. Герцогиня не разговаривает сновичками. Этот парень выглядит так, словно его душа только что покинула его тело нахрен.

— Хорошо! Отлично! Смотрите. — Он задирает рукав, демонстрируя татуировку медвежонка. — Довольно круто, да?

Ее глаза загораются от волнения при виде этого, и это вызывает воспоминание о том, как она набивала ее ему, устроившись между ног Реми, пока он мягко ее наставлял.

— Да, отлично зажило!

Он сияет в ответ, открывая рот, чтобы что-то добавить, но тут его взгляд падает на меня.

Мошонка выпрямляется, опуская глаза.

— Рад видеть вас в кампусе, Герцогиня. — Его почтительность по отношению ко мне длится недолго, потому что он поднимает глаза идерзко говорит ей: — Мы просто хотим, чтобы вы знали: если вам когда-нибудь что-нибудь понадобится, мы прикроем вашу спину. — Он кивает в сторону группы позади него, и все они торжественно кивают. Его глаза на долю секунды перебегают ко мне, и я почти срываюсь.

Они знают, что я сделал.

Они предлагают защитить Герцогиню от ее собственного, блядь, Герцога.

Лавиния краснеет.

Мои кулаки сжимаются, и я делаю длинный, глубокий вдох, чтобы напомнить себе, что потрошить новичков — это не в стиле Герцогов. Очевидно, что нам придется устроить показательное выступление иного рода позже.

Остаток пути к парковке мы проходим связанные вместе, но в молчании, мои пальцы слегка касаются ее плеча. Единственная причина, по которой я не бросаюсь в погоню за этими кандидатами в ДКС, чтобы поставить их на место, заключается в том, что, как мне кажется, этот разговор немного охладил ее пыл. Это длится недолго. В ту же секунду, как мы подходим к внедорожнику, она уворачивается от моего прикосновения, ныряя на сиденье и за своим пистолетом.

Я позволяю себе выплеснуть гнев по пути к водительской двери.

— Куда мы едем? — спрашивает она, когда я захлопываю дверь.

— По делам Герцогов, — говорю я, заводя двигатель. — Киллиан написал.

— Ты имеешь в виду по делам Лордов, — говорит она, закидывая ногу на приборную панель. Мои глаза сразу же прикованы к ее внутренней стороне бедра. Я сомневаюсь, что это движение было преднамеренным. Лавиния много кто, но соблазнительницей она никогда не была. У нее это получается естественно, она даже не планирует заставить мой член мгновенно восстать к жизни.

Мрачно я соглашаюсь:

— В последнее время мы с ними, кажется, переплелись. Что бы это ни было, я не задержусь. Отвезу тебя обратно в Башню.

Она отворачивается, ее взгляд фокусируется за окном, пока она сжимает пистолет, и я понимаю, что не могу сдержать слова, которые копились в моей груди с тех пор, как я увидел ее на диване, избитую и без сознания.

— Я рад, что ты вернулась.

Я наблюдаю за профилем ее лица, но не знаю, зачем. Она никак не реагирует, ее лицо тщательно лишено каких-либо эмоций.

— Лавиния, — пытаюсь я снова, но она не отвечает. Это странно: то притяжение и отталкивание, которые бушевали между нами долгих два года, кажутся такими недосягаемыми. Почти хочется, чтобы она плюнула мне в лицо.

Только когда я тянусь, чтобы подцепить пальцем локон ее волос и заправить его ей за ухо, она хоть как-то реагирует.

Ее большой палец взводит курок пистолета.

Я позволяю своему прикосновению задержаться лишь на секунду, думая о том, что быть застреленным было бы не так уж и ужасно, если бы на курок нажала она.

Ненависть лучше, чем ничего.

— Где мы? — спрашивает она, глядя на дом.

Он расположен на тихой улочке на краю Южной стороны. Это не особняк, в котором выросли сестры Лючия, но и не скромное бунгало, как дом моих родителей. Это большой кирпичный дом, Мак-особняк, чистый и опрятный снаружи. Идеальное прикрытие для криминального авторитета. Никто и не подозревал, что его жена была бывшей шлюхой, а внутри он прятал падчерицу, которую готовил для секс-торговли.

— Это старый дом Дэниела Пэйна. — Я глушу мотор и осматриваю улицу в поисках чего-либо подозрительного. Я доверяю Киллиану, вроде как, но после того, как на Сая напали, я не могу быть уверен ни в одном из этих ублюдков. — Полагаю, теперь он принадлежит Киллиану и его Леди, раз его отец мертв, а ее мать в тюрьме.

Ее рот недовольно кривится, впитывая все это в себя. Наверное, сюрреалистично видеть, как живут другие Королевские особы.

— Меньше, чем я ожидала.

— Не у каждого Короля есть замок, Ласточка. — Она бросает на меня мрачный взгляд. — Я бы сказал тебе остаться в машине, но знаю, что это пустая трата дыхания, — говорю я, вытаскивая пистолет и проверяя магазин. — Держись рядом. Это займет всего секунду.

Мы выходим из внедорожника и идем по дорожке. В районе тихо, газон аккуратно подстрижен. У двери я поднимаю кулак, чтобы постучать, но обнаруживаю, что она уже слегка приоткрыта. Я проверяю наши тылы, но ничего не вижу. Толкаю дверь локтем, открывая ее шире, кладу руку на рукоятку пистолета и чувствую, что Лавиния делает то же самое.

— Эй, — зову я. — Пэйн, ты здесь?

В доме тихо, только звук ботинок Лавинии по паркету, когда мы входим.

— Может, ты перепутал время, — предполагает она.

Мой телефон снова вибрирует, и я проверяю его.

К: «В гараже. Дверь из кухни».

— Твою мать, — бормочу я. Теперь я, блять, Герцог, а не один из солдат Лордов. Больше