на щеках. — Как я вообще так лоханулся? Оставил тачку с ключами в замке зажигания! Да, она стояла во дворе ремонтируемого дома, но я же всегда её запираю. А тут просто ворота закрыл. Но эта ведьма для начала вынесла закрытые ворота, а потом свалила в туман. Так что забор, мягко говоря, не спас. Скорее, наоборот, добавил кузовному ремонту объёма.

Руслан закончил свой монолог и вдруг подозрительно уставился сначала на меня, а затем на Василису, которая изо всех сил пыталась спрятать хитрую улыбку за стаканом с водой.

— Чего вы так на меня смотрите? — нахмурился он ещё сильнее.

— Ты ешь, ешь. Знаешь, я, пожалуй, полностью оплачу твой ремонт, — буднично произнёс я, ставя перед ним тарелку с горячей едой.

— Спасибо, конечно, порадовал, — недоверчиво протянул Руслан, берясь за вилку.

— Ты не торопись радоваться, — сказала Василиса. — Вадим просто хочет тебе кое-что ещё сказать. Прямо сейчас, не откладывая дело в долгий ящик. Да?

— Да, Руслан, тут такое дело… — вкрадчиво начал я. — Помнишь ночной прорыв и нападение на вагончик?

— Помню, это я же там один был, как такое забудешь. Это же были те Вилы, которых мы сегодня… А что?

— Ну, у нас появились подозрения, что через мост перешли не только Вилы, но и Упырь.

— Упырь? — Руслан замер с недонесённой до рта котлетой. — Это что ещё за слово такое? Я всю жизнь думал, что это просто старпёрское ругательство, и всё.

— Если бы. Упырь — это что-то вроде классического киношного вампира, — вздохнул я. — Только совсем не такой гламурный, как в «Сумерках».

— Я не смотрел, — мотнул головой Руслан. — Но то, что реальность отличается от кино, я уже давно понял. Значит, вампиры всё-таки существуют?

— Нет. Тех, которые наводили бы ужас на Трансильванию, носили дворянские титулы, были красивы, благородны и умны — не существует. Забудь. Реальный упырь — грязный, вонючий и постоянно испытывает голод, который можно утолить только кровью. Кожа у него бледная, а из-за привычки прятаться по помойкам и полного отсутствия гигиены он больше похож на бомжа. Соображает он туго, нападает, как правило, ночью, не отличается высокой моралью и, разумеется, является нежитью обыкновенной.

— А нежить никто не любит, — понимающе закивал Руслан, наконец-то принимаясь за еду.

— Именно. Упыри встречаются намного реже, чем те же закладные покойники, и долг каждого уважающего себя жителя Яви состоит в их истреблении.

— Что-то мне категорически не нравится, куда ты клонишь, Вадим, — Руслан подозрительно прищурился, отложив вилку. — Ты к тому, что нам надо его выследить, завалить и оприходовать осиновым колом?

— Осина, это вообще необязательный атрибут, подойдёт любая древесина, — успокаивающе произнёс я. — Но в нашем случае всё будет иначе, либо очищающий огонь, либо, вообще гуманный вариант, просто прямая депортация. Мы его поймаем, и я провожу его обратно за мост, и дело с концом.

— За мост, который он уже один раз умудрился перейти, — скептически хмыкнул Руслан. — Значит, сможет и снова. И, кстати, как вообще тупой упырь нашёл общий язык с Вилами?

— Понятия не имею, для нас это тоже большая загадка, — честно признался я. — Но главное ведь в другом. Главное, что ты не против помочь нам в этом крайне важном общественном деле?

— Ну, допустим. Лопата всё ещё при мне, если ты об этом.

— Не совсем об этом. Упырь не особенно опасен в прямом столкновении и физически не так уж силён.

Я покосился на Василису. Её откровенно забавляло то, какими кругалями я подбираюсь к предложению поработать «подсадной уткой». Она даже спрятала нижнюю половину лица за стаканом, чтобы не расхохотаться.

— А вот в кино он прыгучий, быстрый и ловкий, — мрачно не согласился с моей оценкой Руслан.

— В реальности он делает ставку на хитрость. Представь, идёшь ты по ночной дорожке, а навстречу какой-то сгорбленный дед. И дед этот, такой: «Помоги мне, внучок, проведи по тропке, старый я, боюсь всего…»

Я картинно растягивал слова, изображая немощного старика, но Руслан от моего театрального этюда не улыбнулся даже краешком рта.

— Вот именно поэтому я больше и не шляюсь по ночам, — назидательно произнёс оборотень, отправляя в рот кусок котлеты.

— И молодец. В общем, суть ты ухватил.

— Нет. Я ухватил только то, что ты плохой актёр. — жуя ответил оборотень — И ты так и не сказал, что мы будем делать? Какой план?

Глава 17

Такой вот план

— Да? Знаешь, план, скорее всего, будет примерно такой, — я пожал плечами, наблюдая, как Руслан расправляется с едой. — Кто-то неторопливо прогуливается вдоль кладбища. Ночью. На него из темноты нападает упырь, а мы с Василисой выскакиваем из засады и.… того, крутим этого шаромыжника.

Руслан замер. Вилка вновь остановилась на полпути ко рту.

— Кто-то? — его глаза сузились в щёлочки.

— Ну да. Я же говорю, упырь, — невозмутимо продолжил я. — Он же вурдалак, пиявица, не путать с обычным пьяницей, ну, или кровопийца.

— Нет-нет-нет, — Руслан вернул вилку на тарелку и возмущённо замахал руками. — Я не про терминологию нечисти. Я про того абстрактного «кого-то», кому предстоит ночной моцион мимо могил. Нас тут трое, так? И если вы с Василисой эффектно выскакиваете из засады, то, методом исключения, работать в качестве лакомого прохожего предстоит мне. Так? Не отвечай! Скажу сразу, мне этот расклад категорически не нравится! И потом, почему именно кладбище? Тебя греют воспоминания о борьбе с местными бандитами, или просто лунные пейзажи с крестами любишь?

Василиса в этот момент уткнулась в свой стакан с водой, чтобы спрятать рвущийся наружу смех.

— По традиции он обитает именно там, — ответил я, осознанно игнорируя до поры до времени скользкий вопрос про личность подсадной утки. — Наверное. А может, мы вообще не правы, и никакого вурдалака там нет.

— Да уж, конечно, — сарказм в голосе Руслана побил все рекорды по яркости и ядовитости. — Если вы с Василисой предполагаете что-то плохое, то оно сбудется со стопроцентной вероятностью. Так что не надо меня прибалтывать и успокаивать.

— Ну прости, Руслан, но это исключительно важная роль, — я примирительно посмотрел на него. — Мы, конечно, можем нагрянуть