Вцепившись в руку Кары изо всех сил, я неотрывно смотрел в ее дымчатые глаза и видел бушующий в них страх. Она боялась, что я не справлюсь, разожму пальцы, отпущу, понятия не имея, что я буду тащить ее, раздирая руку о камни, истекая кровью, невзирая на боль, но ни за что на свете не отпущу.

Я мысленно проклял всех мудаков, что предавали ее, сдавались, подводили, отказывались от нее, бросали в одиночестве в самую трудную минуту и вели себя, как ничтожные ублюдки, когда помощь нужна была ей больше всего.

– Я не оставлю тебя, мэй лэран, – произнес я уверенно. – Ни-ког-да. Даже думать не смей. Скорее умру. – Я говорил твердо, давая понять, что речь не только о том, что происходило сейчас. – Ты для меня, Кара. Это всегда была ты, моя маленькая лунная ведьма. Ты – моя, а я – твой. И ты больше не будешь противостоять тьме этого мира в одиночестве. – И, воззвав к остаткам сил, я резко дернул Кару на себя, и мы вместе упали на землю.

Ведьма тяжело дышала, не сводя с меня пылающего взгляда. Я приподнялся, отчаянно желая коснуться ее бледного лица. Как вдруг жгучая боль скрутила все мое существо. Я задохнулся, не в силах даже закричать. Глаза Кары в ужасе расширились, когда ее взгляд метнулся к моей груди. Черные когти морраха торчали из нее, проткнув меня насквозь.

А потом тварь позади меня отдернула руку, и я рухнул на спину, захлебываясь кровавым кашлем и смутно осознавая, что тело вдруг сделалось непослушным, вязким, чужим. Кара склонилась надо мной, вцепившись дрожащими пальцами в плечи, ощупывая меня лихорадочным взглядом.

– Твои раны… Почему они не заживают?

Моррах, наблюдая за нами со стороны, зашелся сиплым безумным смехом.

– Он превращается в человека, потому и не заживают. В нем почти не осталось магии. – Мерзавец больше даже не пытался нас остановить, понимая, что все и так было кончено.

Внезапно жгучая боль скрутила пальцы на левой руке. В глазах потемнело, и я взвыл во все горло. В глазах Кары бился неподдельный ужас. Она бережно обхватила мое запястье и побледнела.

Я скосил глаза, хоть и без того уже понял, что произошло. На моей левой руке не осталось когтей, на их месте сочилась кровью израненная плоть. Во рту вдруг сделалось солоно, я вновь закашлялся, плюясь кровью, с горечью осознавая, что вместе с ней выхаркал и свои клыки.

Взгляд Кары, затравленный, как у смертельно раненного зверя, переметнулся от моей окровавленной груди к волосам, потом к земле. Она медленно подняла руку, в ее пальцах темнело воронье перо.

– Предпоследнее, – чужим голосом прошептала она.

Я едва заметно кивнул, мучительная боль сковала меня, подобно раскаленным цепям.

– Я больше не фейри.

Кара стиснула зубы. Ее предгрозовые глаза отыскали мои. И я невольно залюбовался, в очередной раз дивясь тому, как прекрасна ведьма в ярости и гневе. Подавшись вперед, она сжала мое лицо в ладонях.

– Ты не уйдешь! – почти по-змеиному прошипела она. – Ты только что пообещал.

Я выдавил из себя кривую усмешку.

– Я имел в виду немного не это.

– Плевать! – жестко отрезала она.

Луна выглянула из-за туч, озарив ее решительное лицо. Тонкая кожа ее замерцала, точно подсвеченная изнутри, делая Кару похожей на богиню из древних легенд.

– Я твоя, – твердо произнесла ведьма.

Мои глаза расширились от осознания того, что она собиралась сделать.

– Эта клятва… – ошалело выдохнул я. – Фейри заключают союзы не как люди. Она на всю жизнь.

Алые губы ведьмы тронула улыбка.

– Вот и хорошо. Потому что я хочу провести ее с тобой. Я люблю тебя, Бран. Ты – мой.

– Я – твой, – повторил я завороженно, точно в бреду.

Кара довольно кивнула.

– И я, дьявол побери, никому тебя не отдам! Даже смерти. – И, прижавшись ко мне, она запечатала мои губы своими.

Я смутно слышал, как в исступленной ярости заревел моррах, запоздало осознав, что произошло. Сладкий вкус ведьмы, ее соблазнительный запах – вот все, что сейчас было мне нужно.

Как вдруг мое тело охватила странная дрожь. Кара, верно, тоже почувствовав это, тотчас отстранилась. И я чуть не взвыл от тоски, так скоро лишенный ее тепла. Хотя мне сразу захотелось взвыть уже по другой причине.

Я содрогнулся, выгнувшись до упора, точно через тело прошел разряд молнии. Сперва решив, что магия фейри покинула меня и, стало быть, я сейчас умру. Но когда напряжение схлынуло, ушла и боль. Дышать стало легче, я вновь почувствовал силу, а черные тени просочились сквозь кожу, струясь по земле.

Резко сев, я обалдело уставился на пальцы, которые теперь, в полуформе, привычно оканчивались черными когтями. Осмотрел тело, отметив, что раны волшебным образом затянулись. Ощупал изнутри зубы, без труда отыскав острые клыки. Пальцы Кары вдруг утонули в моих волосах. Я с надеждой взглянул в ее глаза.

– Твои перья, – с благоговением прошептала она. – Они на месте. Ты снова стал… собой.

Я в изумлении уставился на Кару, потому что она…

– Не я один, – хрипло выдохнул я.

На лице Кары читалось непонимание. Тогда я накрутил на палец ее серебристый локон, подняв его к ее лицу. С губ ведьмы сорвался недоверчивый вздох.

– А мои глаза? – с надеждой прошептала она.

Я кивнул.

– Они серебристые, как самый чистый лунный свет.

Не выдержав, Кара прикрыла ладонью рот. По щеке сбежала слеза, и я тотчас стер ее пальцем.

– Теперь ты так похожа на маленькую себя, – не удержавшись, выдохнул я.

Кара недоуменно нахмурилась.

– Откуда ты… – как вдруг в ее взгляде промелькнуло осознание.

– Это был ты… – догадалась она. – Ты спас меня той ночью.

Я кивнул.

– Я увидел вас глазами воронов, но не успел добраться раньше клархов. Когда я пришел, один из них уже исчез в чаще с твоим братом. Я пытался отыскать его после, но было уже слишком поздно. – Я виновато вздохнул. – Другой же кларх собирался добить тебя. Я стянул твои раны тенями, как смог, чтобы ты не истекла кровью. Но я не целитель, поэтому у тебя и остались шрамы.

– Поэтому они такие черные, – недоверчиво прошептала она. – Я думала, это из-за проклятия.

Я тяжело вздохнул.

– Прости, что это послужило поводом для насмешек.

Кара отчаянно затрясла головой.

– Наплевать! Ты спас мне жизнь! И все это время со мной была частичка тебя…

Я не сдержал глуповатой улыбки, испытывая неистовую радость, что она видела это именно так.

Как вдруг мою кожу в области сердца охватило странное жжение. Я проворно