Я подошёл к стойке, за которой дежурил молодой служитель в безупречно белой рясе. Он поднял взгляд от журнала, окинул нас внимательным оценивающим взглядом и с дежурной улыбкой произнес:

— Доброе утро. Чем могу помочь?

— Мы на экзамен коллегии травников, — четко ответила Агафья. — Агафья Дмитриевна Грозова и Егор Аркадьевич Вельянов.

Служитель открыл лежавший перед ним журнал, провел пальцем по строкам списка и согласно кивнул.

— Экзаменационный зал номер три. Второй этаж, правое крыло. Начало ровно в девять. Постарайтесь не опоздать.

Я покосился на большие часы над лестницей. До начала оставалось двенадцать минут.

— Благодарю.

Развернулся и направился к широкой лестнице. Агафья последовала за мной словно тень.

Шаги отдавались гулким эхом. Уже у лестницы на мою ладонь упал луч солнца, прошедший через красный витраж мозаики, и я удивлённо взглянул на это красное пятно, а затем невольно сжал пальцы, будто это был свежий след крови. Слова того призрака на мосту эхом отдались в голове: «Там, где свет самый яркий, тени самые черные».

— Не нравится мне здесь, — тихо сказала Агафья, поднимаясь по лестнице и придерживаясь рукой за перила.

— Мне тоже. — честно признался я.

— Тебе вообще мало где нравится. — фыркнула она, пытаясь снять напряжение.

— Неправда. Мне нравится наша кухня. А еще кровать.

Она посмотрела на меня и едва заметно улыбнулась.

— У вас очень широкий круг интересов, мастер Вельянов.

Коридор правого крыла оказался длинным и неестественно светлым. По обеим сторонам тянулись двери с латунными табличками, а на стенах висели наставления в золочёных рамках. Одно из них я успел прочитать на ходу: «Знание без смирения ведёт к гордыне».

— Удобная фраза, — пробормотал я.

— Что? — не поняла Агафья.

— Ничего, — отмахнулся я. — Просто читаю местную мудрость. Вдохновляет перед экзаменом.

У нужной нам двери уже собрались пятеро соискателей. Две девушки в скромных платьях, которые сидели на лавочке у стены, о чем-то переговариваясь, парень в ученическом сюртуке, рассматривающий таблички на стенах, пожилой аптекарь с аккуратной бородкой и совсем молодой мужчина, который так нервно теребил пуговицу на манжете, что я мысленно попрощался с этой пуговицей. И едва мы подошли, дверь в кабинет открылась, и на порогу появился служитель, мужчина лет сорока в белой рясе Синода.

— Входите, — сухо произнёс служитель.

Один за другим, мы вошли в помещение. Зал оказался просторным, с высокими узкими окнами и длинными деревянными столами, расставленными в два строгих ряда. На каждом месте лежали чистые листы, ручка и маленькие песочные часы. Рядом с листами лежал запечатанный конверт.

В дальнем конце зала, за широким, возвышающимся столом, сидела комиссия. Их было трое. Пожилая женщина с острым хищным лицом, гладко зачёсанными седыми волосами и пронзительным взглядом сидела в центре. Справа от нее расположился полный мужчина с ухоженной бородкой и нарочито добродушным выражением лица, который, однако, не улыбался. Третьим был молодой бледный тонкогубый синодник лет тридцати с холодными, как у акулы, глазами. Он смотрел на нас так, будто мы уже чем-то провинились, просто ещё не успели узнать, чем именно. На его правой руке, как назло, блестело массивное серебряное кольцо с черным камнем

«Берегись того, кто носит серебро на правой руке», — пронеслось у меня в голове.

Его взгляд скользнул по Агафье, задержавшись на ней на долю секунды дольше, чем положено, а потом мужчина посмотрел на меня. Я вежливо, с достоинством кивнул, но синодник проигнорировал мое приветствие, словно я был пустым местом.

Мы выстроились перед кафедрой в одну линию и женщина поднялась.

— Экзамен коллегии травников проводится в четыре этапа, — произнесла она. — Письменная проверка знаний, определение ингредиентов, практическое приготовление сложного отвара, и устный опрос. Напоминаю: использование посторонних плетений, подсказок, обманных средств и неразрешённых усилителей запрещено. Нарушитель будет удалён без права пересдачи в течение года с пометкой в реестре.

Её взгляд скользнул по рядам и на мгновение задержался на мне. Я опустил взгляд, изображая покорность.

— Занимайте места, — холодно произнесла женщина и мы послушно расселись за столы по одному.

— Вскрывайте конверты, — продолжила она и перевернула стоявшие на её столе песочные часы. Песок медленно, неумолимо потек вниз. — Время пошло. Удачи. Хотя она вам не поможет, если вы не учились.

Глава 24

Планы на жизнь

Все торопливо принялись вкрывать конверты, вынимая список заданий. Я же вздохнул, взял конверт, сломал печать и взял лист. Пробежал взглядом по списку вопросов. И удивленно поднял бровь: вопросов было около пятидесяти. То есть, на каждый выделялось чуть больше минуты. И построены они были так коряво, что в каждый даже мне приходилось вчитываться не по одному разу.

«Опишите допустимое применение очищающего настоя при бытовом истощении без признаков духовного помрачения».

«Перечислите различия между жаропонижающими сборами первого и второго уровня».

«Укажите причины недопустимости самостоятельного применения сонных настоев при подозрении на внешнее воздействие».

Я тяжело вздохнул и взял со стола ручку. Покосился на сидевшую неподалеку Агафью. Девушка писала быстро, в её движениях была уверенность человека, который слышал эти формулировки с юности и давно научился не злиться на них. Я же время от времени ловил себя на желании зачеркнуть половину страницы и написать по-человечески. И за это мне, пожалуй, уже можно было дать класс мастерства.

Я успел закончить за долю мгновения до того, как последняя песчинка упала из верхней половины часов в нижнюю. Взглянул на лист, проверяя, на все ли вопросы я ответил.

— Время, — объявила женщина-экзаменатор и все послушно отложили ручки. Служитель прошёл между столами, собирая листы. Молодой соискатель с погибшей пуговицей ещё пытался что-то дописать, но служитель молча забрал у него работу. Парень побледнел так, будто у него отняли не лист, а последний шанс на спасение души.

— Вторая часть, — объявила женщина. — Определение ингредиентов. Перед каждым из вас будет поставлен поднос. Ваша задача — определить образцы, указать свойства, область применения и опасные сочетания и записать их на стикерах, которые нужно приклеить к образцу. Время отведенное на испытание — сорок минут.

Дверь аудитории открылась, и в помещении внесли деревянные подносы, которые расставили на столы. Один из служителей поставил поднос передо мной, и я подвинул к себе первый мешочек, развязал тесёмку и вдохнул.

Это была вовремя собранная полынь. Без плесневого привкуса и лишней сырости. И я