— На обоих, Эллади, на обоих! — проорал Гастон. — Арно крепко Мориса на крючке держит, а его преосвященство — это перспектива! Вот и приходится на двух хозяев батрачить.

За последующий час расспросов больше ничего полезного узнать не удалось. Убивать Гастона я не торопился. Лис заткнул ему рот какой-то тряпкой, и мы снесли командира людоловов вниз, положив рядом с другим связанным.

Я уже хотел пойти спать, когда ко мне подошёл Гюго. Вождь искажённых выглядел паршиво, но старался держаться с достоинством и невозмутимостью.

— Лира мне всё рассказала. Я приношу тебе благодарность от всего народа искажённых за помощь в нахождении Первоотца. И за своё спасение, — и чуть помедлив, очевидно заметив разочарование на моём лице, добавил: — Я понимаю, что для человека слова ничего не значат. Завтра ты получишь награду. И за Первоотца, и за меня, и за спасение Лиры от ловчего.

— А потом?

— А потом я хочу, чтобы ты и твои люди покинули долину. Мы завалим проход со стороны баронства и займёмся переноской Первоотца в наши земли.

Я чуть заметно улыбнулся — этот план мне нравился. Совершенно не хотелось торчать тут несколько недель, а потом помогать искажённым с транспортировкой не-бога и прикрывать их от баронских разъездов и оставшихся людоловов. Хватит с меня чужих святынь и чужих войн. На сегодня я был готов признать величайшим благом обычную возможность уйти.

— Гюго, а какого чёрта ты вообще тут делаешь?

— Лира убежала и долго не возвращалась, — внезапно маска безразличия на лице искажённого сменилось отцовским беспокойством и Гюго перестал походить на автомат и наконец-то стал похож на разумного из плоти и крови. — Я испугался, что она попала в беду. Взял с собой проводника и Мари, как разбирающуюся в обычаях людей.

Я рассмеялся.

— Гюго, Мари уже разок поймали! Значит она вообще не разбирается, как всё устроено у человеков.

Глаза вождя опасно блеснули, но мне было плевать — здесь не его пещеры и нет его племени. Здесь только он и я. Если полезет в драку, значит придётся набить морду ещё одному самоуверенному идиоту.

Но Гюго идиотом не был. Свою гордость он задавил и ответил очень по-человечески:

— Никого лучше у меня всё равно не было.

Я хлопнул его по плечу. От такого панибратства вождь явно опешил. Похоже, в его мире вождей либо слушались, либо пытались убить. Хлопать по плечу их, видимо, не принято.

— Ладно, чего уж там. Только вот с этих людоловов куча оружия и амуниции осталась. И раз уж Мари здесь, может, оценит всё это, и вы купите их барахло?

Гюго несколько секунд раздумывал.

— Хорошо, человек. На хорошую цену не надейся, но что-то мы предложим.

Я кивнул.

— И вот что ещё. Есть у меня один редкий предмет, — я достал монету Первой Республики. В свете костра металл выглядел чужим: маленький круглый привет из давно забытой эпохи. — Интересует?

— Да, — глаза Гюго блеснули. — Я готов предложить…

— Всё позже, дружище, я валюсь с ног, — перебил я вождя и пошёл к своим устраиваться спать.

* * *

Встал я поздно — солнце стояло уже в зените. Никакой «Ускоренный отдых (F)» не помог. Я вымотался ментально и, даже проснувшись, упорно продолжал лежать, изображая глубокий сон. Тело отдохнуло прекрасно, но голова оставалась забитой ватой, дымом и чужими голосами. И только когда солнце начало сильно припекать, неохотно поднялся. Ко мне почти сразу подошёл Гюго вместе с Лисом и Селеной.

— Лира уже сходила в наше поселение и вернулась.

— Так быстро?

— Она ночью ушла по лазу испытания. А на другой стороне у нас наблюдательный пост. Передала мой приказ и дежурный сбегал в деревню. Обсудим дела, человек?

— Торопишься от нас избавиться?

— Нет, — покачал головой вождь, — вам всегда рады в племени «Сумеречные охотники». Я тороплюсь закрыть проход к пещере. Если ты готов, человек, остаться с нами на месяц, а потом выходить к своим через земли монстров, то я с радостью приму твой выбор и познакомлю с племенем и нашими обычаями.

Хм… Похоже, я теперь что-то типа «почётного гражданина» у искажённых. Неплохо. Если совсем всё достанет, можно сбежать к ним. Пещеры, странные обычаи, не-бог в качестве достопримечательности — и всё равно это выглядело спокойнее, чем баронство де Монфор.

— Спасибо за предложение, Гюго, но мне нужно к людям, — вежливо отказался я. — Так что давай к делам.

— Мари с твоими бойцами осмотрела снаряжение людоловов. Охотник сказал, что вы оставите себе три щита, один лук, арбалет и запас стрел и болтов. Всё остальное мы готовы забрать за 125 лоренов. Вместо монет, как обычно, выдадим в ОР. Топоры мы как оружие не используем, но как инструмент подойдут. Щиты нам тоже не как щиты нужны. Ценность представляют только шлемы.

Я достал свой старый шлем, у меня теперь всё равно был лучше, и передал его Мари.

— И этот заберите, и меня всё устраивает, — я даже не стал торговаться. Всё равно это барахло мы с собой не заберём.

— Тогда 130 лоренов, — согласилась Мари.

— А что делаем с оставшимися в живых людоловами? — спросил Лис.

Я поморщился: принимать очередное решение о судьбе людей не хотелось. Тем более что я уже его принял. Вот в чём была мерзость этого мира: тяжёлый выбор со временем ставился не легче, а быстрее.

— Рядовой пусть послужит Владыке, — ответил я. Лис кивнул и отошёл. Один удар, один предсмертных крик и один разрез, чтобы достать ядра. — А вот Гастона хорошо бы пока живым оставить. Ты, Гюго, можешь его подержать у себя пару месяцев? Ничего лишнего не показывать, возможно его придётся освободить. Не говорить с ним и не слушать его болтовню.

— Хорошо, человек. Но мы сломаем ему ногу, чтобы не смог сбежать.

— Да хоть обе вместе с руками. Главное, чтобы живой остался и говорить мог, — почти равнодушно ответил я.

Оставлять Гастона в живых не хотелось. Но перед предстоящим разговором с Ирвином мне необходим какой-то козырь. Альтернатива. И выход на епископа, пусть и через посредников, был хорошим вариантом.

Вождь привлек моё внимание и продолжил.

— Дальше, — Гюго выложил передо мной два «Кольца Сопряжения». — Оба (F+) ранга, не привязаны. Одно за дочь, другое за меня.

Я коснулся каждого артефакта по очереди. В одном набор навыков был таким же, как и в моём, а второе содержало на один навык больше. «Полевая медицина (F)», безусловно, порадует Селену.

— Спасибо, Гюго, — поблагодарил я от чистого сердца.

— Дочь рассказала, что ты потратил часть своего