психология, медицина, кибернетика и теория коммуникации стали гораздо более продвинутыми, чем до или после». По сути, это притча про философа внутри симуляции, который размышляет о скептицизме.

Нейробиолог доктор Смитсон разрабатывает «эндоцефальный электрогаллюцинатор» – своего рода симулятор, способный вызывать видения самых разных миров. Ученый берет мозг новорожденного и помещает в электрогаллюцинатор. Он дает младенцу имя Альфред Людвиг Гилберт Робинсон, или сокращенно Людвиг, в честь австрийского философа Людвига Витгенштейна.

Доктор Смитсон решает дать Людвигу опыт гармоничной и счастливой жизни. Людвиг получает отличное образование, уделяя особое внимание философским трудам. Больше всего его привлекают идеи Рене Декарта, но они же вызывают у Людвига опасения, что, возможно, осязаемый мир ему привиделся из-за влияния злого демона.

К счастью, Людвиг сталкивается с работами философов, которые задались целью доказать, что скептицизм ложен. Он читает сочинения Джорджа Беркли, который утверждает, что видимое – это и есть реальность, так что воспринимаемый внешний мир реален. Позже Людвиг знакомится с трудами Дж. Э. Мура, который заявляет, что, раз у Людвига есть руки, значит, мир вокруг него существует (с идеями Беркли и Мура мы познакомимся дальше в этой главе). Затем философы середины XX века убеждают героя, что вся идея глобальной иллюзии бессмысленна. Доктор Смитсон слишком добр, чтобы сообщить Людвигу о его реальном положении. Жизнь Людвига продолжается счастливо, пока его мозг, наконец, не пересаживают в настоящее тело, и он не теряет интерес к философии.

Рисунок 10. Четыре этапа жизни Людвига в электрогаллюцинаторе

Харрисон не делает никаких явных выводов, и это может быть одной из причин, по которой философы так редко упоминают его рассказ. Кажется, он высмеивает разные антискептические взгляды, доводя их до абсурда. Читателя заставляют задуматься: насколько убедительными могут быть аргументы в пользу знания о внешнем мире, если их же будет приводить кто-то в машине для создания видений?

История Харрисона предлагает стратегию реакций на многие антискептические взгляды. Я называю эту стратегию Симуляционный контрвыпад. На аргумент о том, что мы обладаем знаниями о внешнем мире, Симуляционный контрвыпад возражает: «То же самое сказал бы и человек в симуляции».

Мне нравится контрвыпад Харрисона. Это не универсальное опровержение всех ответов на скептицизм, но многим из них он создает проблемы. Особенно достается тем ответам, в которых делается вывод, что мы не живем в симуляции.

Напомним, что главный аргумент в защиту скептицизма звучит следующим образом. Во-первых, вы не знаете, что не находитесь в симуляции (это равносильно ответу «нет» на Вопрос Познания). Во-вторых, если вы не знаете, что не находитесь в симуляции, то не знаете ничего существенного о внешнем мире. Вывод: вы не знаете ничего существенного о внешнем мире. Если вы принимаете обе предпосылки, то должны принять и вывод, и глобальный скептицизм в отношении внешнего мира.

Исторически сложилось так, что сейчас наиболее распространенным ответом является отказ от первой предпосылки и утвердительный ответ на Вопрос Познания: мы можем знать, что не находимся в симуляции (или что мы не мозги в колбах, или что нас не дурачат злые демоны). В этой главе я рассмотрю некоторые из этих ответов и докажу, что они ошибочны. В нашем случае это станет еще одним шагом в сторону отрицательного ответа на Вопрос Познания: мы не можем знать, что не находимся в симуляции.

Может ли Бог решить эту проблему?

Чтобы перейти от знания о собственном разуме к знанию о внешнем мире, нужно преодолеть огромный мост. Декарт считал, что у него есть для этого способ. Секрет в том, чтобы внимательно рассмотреть вопрос Бога.

Декарт рассуждал о Боге как о совершенном существе. В его представлении Бог – это существо, совершенное в доброте, совершенное в мудрости и так далее. Фактически, Декарт утверждал, что сама по себе идея о Нем является совершенной и поэтому могла прийти лишь от совершенного существа. То есть идея Бога* должна была исходить от самого Бога. Если этот аргумент работает, то он приводит нас от знания о нашем собственном разуме к знанию о чем-то вне нас и гораздо более величественном, чем мы. Он приводит нас к Богу.

Как только мы доберемся до Бога, утверждает Декарт, добраться до окружающего нас мира будет проще простого. Поскольку Бог – совершенное существо, он не позволил бы нам обмануться. Таким образом, если Бог существует, не может быть ни злого демона, ни снов, ни сенсорных иллюзий, которые владеют человеком на протяжении всей жизни. Бог позаботится о том, чтобы наше восприятие внешнего мира было, в общем и целом, точным. Все прочее было бы несовершенством. Итак, внешний мир существует, и во многом он таков, каким мы его себе представляли. Аллилуйя!

На большинство философов этот аргумент произвел гораздо меньшее впечатление, чем «Cogito ergo sum». Вы, вероятно, уже подумали о некоторых его пробелах.

Одна из очевидных проблем: почему идея совершенного существа не могла прийти откуда-то еще, кроме совершенного существа? У меня есть идея совершенного круга, и мне не нужно совершенство, чтобы создать этот круг. На самом деле, почему идею совершенного существа не мог внушить кому-то злой демон?

Еще одна проблема: даже если существует совершенное существо, как мы можем быть уверены, что нас не обманывают? Возможно, обманывать нас – часть плана совершенного существа! Например, нам всем, возможно, нужно пройти через период обмана, прежде чем окончательно осознать реальность. В конце концов, мы несовершенны, поэтому мало что знаем о том, каковы совершенные существа.

В этой ситуации также можно использовать Симуляционный контрвыпад. В скором времени мы сможем создавать симуляции. Эти симуляции могут наполниться созданиями, верящими в совершенное существо. Возможно, одним из этих созданий будет симулированная версия Декарта – назовем его Сим-Декарт. Сим-Декарт скажет: «Наш создатель совершенен и никогда бы нас не обманул». Но на самом-то деле его создатели мы. А мы несовершенны. Оказывается, необязательно быть совершенством, чтобы внушить кому-то идею совершенства. На самом деле, именно по причине собственного несовершенства нам пришлось создать Сим-Декарта в симуляции – создать его в несимулированном мире было слишком сложно для нас.

Бытует мнение, согласно которому действительно существует совершенный Бог, который создал нас и косвенно создал симуляцию. Декарт мог бы возразить, что наша собственная идея совершенства пришла от Бога, так что косвенно и Сим-Декарту эта идея пришла от Бога, поэтому его аргумент в пользу совершенного существа по-прежнему работает. Но это не помогает ему ответить на скептицизм. Если предположить, что существа в симуляции обмануты, то и Сим-Декарт обманут.