Шрифт:
Интервал:
Закладка:
– Молодцы, – согласился доктор. – Рвут подметки на ходу. И вы к нам пришли?
Доктор повернулся ко мне анфас в ожидании ответа, вопрос он задал просто отличный. У доктора оказались на месте оба рыжеватых уса, черты лица мягко круглились до полной расплывчатости, но глаза, в обрамлении белесых бровей и ресниц были полны внимания, невзирая на леденцовую голубизну.
– Я подумала, что вы захотите реабилитировать честь нации, – сообщила я, слегка поразмыслив.
– Ответ засчитан, – охотно согласился доктор Кабитаска. – Правильно сделали. Именно такие умельцы нашего основателя и спровадили, побоялись конкуренции.
– Ага, именно поэтому Бомбей и Будапешт, – сказала я скорее себе, чем доктору.
– Однако вы хорошо изучили предмет, – одобрил доктор. – Так чего вы хотите?
– Передние зубы в пределах видимости, – кратко сообщила я. – За три дня, как указано у вас на сайте. Возможно?
– Отчего нет? – риторически вопросил доктор Кабитаска. – Кость позволяет, хронических заболеваний типа диабета или эпилепсии не имеете?
– Бог миловал, – сказала я с чувством.
– Тогда назначаем операцию на ту неделю, за три дня сделаете анализ крови, – завершил беседу доктор. – Составляем договор, расценки знаете, пойдемте оформим.
И только у стойки делопроизводства, пока девушка искала место в расписании, доктор спросил в форме светской беседы.
– Вы у меня не лечились? – осведомился он, затем поправил себя. – Вроде нет, лица не помню, зубы тоже – нет, а вот голос и манера разговора вроде знакомые.
– Нет, лечиться не приходилось, – честно ответила я, затем созналась. – Но голос тоже узнаю и фамилию запомнила, поэтому выбрала вас из портретной галереи. Что-то между нами, наверное, было, но так давно…
– Не смущайте у нас Оксану, – рассмеялся доктор Кабитаска. – Она может подумать бог знает что.
Однако девушка не успела, потому что нашла время для моей операции и занесла в нужную графу. После чего доктор удалился в хирургическое святилище, а мы с Оксаной долго обсуждали, что надо и чего не надо делать в середине следующей недели. Звучало достаточно устрашающе, если говорить честно, зато обходилось именно в те суммы, какие я могла потратить, не испытывая угрызений совести и не напрягая кузена Сергея.
Насчет взаимного узнавания у нас с доктором прошло более или менее нормально, во всяком случае я сумела отвлечь его от темы, и не особенно при том солгала. Скорее употребила фигуру умолчания, позволявшую после операции вернуться к интересующей теме. Но только после, чтобы ничто не отвлекало в процессе.
За несколько оставшихся дней я сделала дорогостоящий анализ в ближнем отделении “In vitro”, отослала в «ИКСадент» по мейлу и стала готовить себя морально для предстоящего испытания. Поддержки от родных и близких не получилось, они дружно сомневались в целесообразности эксперимента над собой и склоняли к варианту со вставной челюстью, хотя бы частично-съемной, называемой «бюгелем». Им так казалось привычнее, кроме того, что много дешевле.
Подруга Верочка поставила себе задачу переубеждения и звонила по нескольку раз в день, приводя в пример собственный опыт с «бюгелем». Хотя до того сознавалась, что даже год спустя не смогла привыкнуть и принимала пищу без приспособления, оно мешало всему на свете. К тому же аппарат у Веруни крепился на невидном месте, и она обходилась без него в обычной жизни. Но отговаривала меня подвергаться ужасным испытаниям.
Тетя Рита довольствовалась вставными челюстями и убеждала не усложнять себе жизнь. Все равно дело к тому идет, делилась тетушка, хотя сама испытывала трудности с ежегодной подгонкой и носила зубные протезы в виде украшения на выход, как другие надевают серьги.
Однако не важно, хотя милые советчицы меня отчасти достали. Они так хотели сделать доброе дело, особенно Верочка, что моральная поддержка в их исполнении принимала изощренные формы, это еще мягко сказано. Спустя некоторое время я перестала брать мобильник, когда высвечивался номер Веры, а к домашнему аппарату подходила с опаской, только в те часы, когда полагала подругу занятой на службе.
Тем не менее старого друга Валентина я оповестила о своем приезде посредством мейла, сообщила, что на месте, но недоступна для визуального контакта, ни лично, ни по скайпу через камеру. Но к невидимой беседе способна и даже готова. Ждать пришлось долго, но однажды вечером друг Валя вышел в скайп, прервал деловой разговор с Вандой и занял её место у экрана. Довольно долго старый друг испытывал моё терпение цитатой из «Белого солнца пустыни», призывая открыть личико, почти преуспел, но вовремя вспомнил, зачем, собственно, выходил по мой скайп.
– Кстати будет сказать, – сказал невидимый друг. – Если тебе нужен специалист, то я нашел старого знакомого. По тому, как ты изволила выражаться, «поповскому делу». Он вроде был тех самых занятий, ты консультировалась по фиктивному поводу. Нашел по заметной фамилии, служит в частном, чрезвычайно сомнительном заведении, я бы к нему не сунулся, но тебя могу отпустить.
– Уже, – кратко ответила я. – В среду, три часа пополудни. Кстати, можешь забрать меня оттуда в пять с половиной, заодно посмотришь на бывшего информатора. Слабо, дружочек?
– Если ты так ставишь вопрос, – замялся Валька. – То я полном смущении. А на такси? Видишь ли, я в сущности…
– Да, все вы в сущности банальные трусишки, – объяснила я. – Меня предупредили, что лучше ехать обратно со своим человеком, возможны последствия. Миша в Швейцарии, пасынок с Микой в Крыму, так что если не ты – то кот. Кстати, доктор вспомнил мой голос, интересуешься?
– Ты хочешь сказать, прелестная детка, что между делом ухитрилась открыть запрятанную банку с червями? – осведомился Отче Валя. – По этому случаю наш общий друг Александр Сергеевич выразился примерно так: «Какое низкое коварство полуживого забавлять, ему подушку поправлять, печально подносить лекарство, вздыхать и думать про себя – когда же черт возьмет тебя?»
– О, да! – подтвердила я охотно. – Если у нас появился Пушкин Александр Сергеевич, то крышка точно слетела и черви расползлись по периметру, очень аппетитно. Значит встречаемся у подъезда в среду?
– А куда я денусь, несчастный? – возгласил Валька риторически. – Если так ставишь вопрос. Откладываю важные дела, плюю на обязательства и еду подбирать твоих червей, если не кот. Но умоляю, помолчи во время операции, иначе выпилят лишнее или вставят не тем концом. Сайт я изучал, бледный ужас там представлен во всех видах. Мороз по коже вприглядку.
– Ага, если изучал, то адрес и проезд знаешь, –