на урожай.

— Непременно. Убить его здесь невозможно — все слуги видели возвращение. Егеря знают, простолюдины, да и Соседи скоро об этом пронюхают. Зато его гибель среди мятежников Роты никого не удивит.

— Мятежников?

— По официальной версии, во время эвакуации наёмники попытаются захватить транспорт и уйти с федеральным грузом. Роук погибнет, защищая людей дома. Сайрус окажется их заложником.

— И погибнет в перестрелке….

— О да. Трагически! — впервые за весь разговор её глаза оживились, а в уголках губ появилась едва заметная улыбка.

— А этот Варден и его девка?

— Там же. Они слишком много видели и слишком много думают о себе. Правда, я здорово все придумала?

Торн коснулся её подбородка.

— После этого всё закончится.

— После этого начнётся торг с Десмондами. Они потребуют половину груза.

— Я говорил не о грузе.

Оливия вновь мягко отстранилась.

— Кальдекотт ещё жив.

— Ненадолго. Того токсина хватит…

Дверь открылась. Торн убрал руку, а леди Оливия отступила на шаг.

В комнату вошёл Кёнигсби. Он окинул парочку проницательным взглядом, но ничего не сказал.

— Гости доставлены в деревню, миледи.

— Они поверили?

— Думаю, они ничего не подозревают.

Кёнигсби подошёл к карте, взглянул на место предполагаемой засады.

— Вы все уже решили? Похвально! Но у меня есть один вопрос: Кэндалл.

— Что с ним? — переспросил Торн.

— Он много лет обслуживал шагоходы. Лоялен лорду, и неоднократно выражал недовольство последними назначениями.

— Он тебе мешает? — спросила Оливия.

— Пока лишь беспокоит.

Кёнигсби повернулся к Торну.

— Скажи, Мерсер, техник ещё может быть полезен?

— Перед погрузкой проверит машины. После перелёта тоже пригодится. Воздушная перевозка старым приводам не нравится.

— А затем?

— Затем — нет.

— Хорошо. Давайте, Кэндалл поедет вместе с эвакуационной группой.

Оливия нахмурилась.

— Под каким предлогом?

— Осмотр федерального оборудования. Если сказать, что просил Сайрус, он не откажется.

Торн усмехнулся.

— Значит, одной проблемой станет меньше.

— Несколькими, — поправил Кёнигсби. — Несколькими, племянник!

Он указал на карту.

— После зачистки атмосферник возвращается к кораблю. Шагоходы уничтожают оставшуюся охрану, а пехота вскрывает отсеки и грузит имущество.

— Боевые журналы? — спросила Оливия.

— Будут исправлены.

— Следы тяжёлого оружия на телах егерей?

Торн пожал плечами.

— Перегрузим батарею одной из платформ. Пожар уничтожит большую часть улик.

— А свидетели?

Кёнигсби посмотрел сначала на Торна, потом на Оливию.

— Свидетелей не останется.

Экран погас.

Несколько секунд в комнате слышалось только дыхание Эль.

— Вот и эвакуация, — сказала она.

Майор отозвался из стены:

— Поздравляю, Варден. Бомбардировку вы действительно отменили. Зато заказали расстрел с доставкой.

Вик смотрел на чёрный экран.

Предупредить Клегга и остаться у корабля не выйдет — Оливия снова пришлёт авиацию. Да и как это сделать — не лезть же среди бела дня на Колосса? Если сейчас сбежать — их будут искать десятки воздушных дроидов и шесть шагоходов, а Сай останется в руках мачехи, а Кэндалла убьют в любом случае.

— Майор, они нас видят?

— Нет, кручу закольцованное видео.

— Давайте думать, как быть!

Повисло молчание.

— Можно увести колонну другой дорогой, — нерешительно сказала Эль.

— Воздушные дроиды заметят, — ответил Майор. — Торн перенесёт засаду или поймёт, что его раскрыли.

— Тогда ударить первыми пока выгружают машины.

— Где? Чем?

Эль промолчала.

О старом карьере они знали только из разговора. Ни координат, ни маршрута планетолета, ни времени посадки.

— Мы можем уйти к «Дикобразу» сейчас, — сказал Вик. Может, удастся угнать ховер?

— Шутишь? — спросил Майор. — Даже если удастся взломать управляющую нейросеть, Оливия обнаружит исчезновение и вышлет за тобой планетолет.

Вик стукнул кулаком по колену.

— Значит, у нас выбор между бомбой и шагоходами.

— Неверно, рекрут — возразил Майор. — Выбора у вас пока нет.

Эль посмотрела на контактную панель.

— Кэндалл знает машины. Может, подскажет чего?

Вик вспомнил слова Кёнигсби: «Он много лет обслуживал шагоходы».

— Зовём, — без колебаний произнес Вик.

Эль вышла, и через несколько минут вернулась с Кэндаллом.

— Что у вас случилось?

Он увидел снятую облицовку панели и остановился.

— Вы что с моей стеной сделали?

— Улучшили, — произнес майор. — Теперь она слышит не только вас.

Техник медленно закрыл дверь.

Вик указал на стул.

— Ты подозревал, что за домом следят?

Ингрем изменился в лице.

— Почему спрашиваешь?

— Потому что они следят.

Тяжело вздохнув, Кэндалл сел за стол.

— Догадывался. Иногда коммуникатор жил своей жизнью, а потом Торн начал отпускать шуточки о разговорах, которых слышать не мог. Что мне надо лечиться от храпа, почему я не уделяют внимания жене… И все это с мерзкой ухмылочкой.

— Да он просто милашка, — иронично произнесла Эль.

— К Роуку как относишься? — спросил Вик.

— Мировой мужик! Капрал старой закалки. Служит лорду, а не тому, кто громче орет.

— А к Саю?

Кэндалл нахмурился.

— Что бы там ни болтали про кровь и отвержение, он все равно сын Кальдекотта.

— Майор, покажи нашему хозяину, что мы видели только что!

На деке снова появилось изображение личной гостиной Оливии. Кэндалл молча слушал про засаду, первый залп, Роук и егеря, оставшуюся охрану «Дикобраза». Потом прозвучал и его собственный приговор.

Техник сел и посмотрел на ладони.

— Значит, всё-таки дошло до этого.

— Ты не удивлён? — спросила Эль.

— Удивлён. Хотя слухи давно уже ходят…. Недавно старого оружейника убило разрядом после того, как он отказался выдать Торну резервные коды. До этого начальника связи отправили к дальнему ретранслятору. Машину нашли, его — нет. А еще раньше трёх егерей перевели на западную границу — все трое пропали в один месяц.

— И чем ты не угодил Торну?

— Я отказался подписывать журнал, будто шагоходы прошли полное обслуживание, когда обнаружил, что кто-то копался в их схемах. После этого меня начали задвигать. Но я и не думал, что все так плохо! Решил, Торн просто расчищает места для своих.

— Он расчищает всё поместье, — сказал Вик. — Для себя.

— А лорд? Что с ним?

— Мы его не видели. И Сая к нему не допускают.

Кэндалл тяжело вздохнул.

— Кёнигсби знает, чем меня взять. Скажет, что Сай просил осмотреть федеральные блоки, — поеду.

— Поэтому и позвали, — сказал