являются основами разума и бытия. Когда я вселяюсь в аватар, мое мышление связано с физическим мозгом, а не с каким-нибудь VR-процессом. И когда мой аватар умирает, я не умираю вместе с ним. Мой аватар – не совсем то же самое, что я.

Однако все еще неясно, является ли какой-нибудь из этих недостающих факторов существенным для того, чтобы тело считалось моим. Я мог бы избавиться от боли и чувства голода и утратить способность есть или пить, но физическое тело все равно оставалось бы моим телом. Мое мышление могло бы происходить в обособленном картезианском сознании, но это тело все равно оставалось бы моим. И не так уж очевидно, что физическое тело является центром моего существования. Я мог бы пересадить свой мозг в новое тело или загрузить себя в цифровое облако. Так что можно утверждать, что, как и мой аватар, мое физическое тело – это не совсем я.

В значительной степени виртуальное тело может считаться моим виртуальным телом. Оно – центр моего восприятия и моей активности в виртуальных мирах, а также средство идентификации и презентации. Примерно это я имею в виду, когда говорю, что аватар – это мой аватар. И это утверждение явно истинное. Ощущение того, что виртуальное тело – это мое виртуальное тело, необязательно должно быть иллюзией. Это однозначный факт.

Виртуальные тела – это не физические тела. Человек в виртуальной среде обычно имеет как физическое тело (которое сидит дома и взаимодействует с компьютером), так и виртуальное тело (которое участвует в приключениях в виртуальном мире). В разное время у человека может преобладать ощущение наличия либо физического, либо виртуального тела. В современных VR-устройствах осознание своего виртуального тела опосредовано осознанием своего физического тела, что связывает эти два ощущения воедино. Например, вы можете понять, где находятся ваши виртуальные руки, зная, где находятся физические руки. Однако телесное осознание в VR также зачастую опосредовано зрительным восприятием. Во многих видеоиграх игроки предпочитают занимать позицию позади своего аватара, чтобы видеть его тело и местоположение в пространстве. Это дает им лучшее представление о том, что делает аватар. Зрительное восприятие позволяет разделить осознание физического и виртуального тел. Вы можете воспринимать аватар бегущим в виртуальном мире, даже когда ощущаете ваше собственное тело неподвижным в физическом пространстве.

Иллюзия воплощения все еще может возникнуть. Основной случай иллюзии воплощения – это восприятие виртуального тела как вашего физического. Предположим, невысокая дама, впервые пользующаяся VR, получает высокий аватар, который в остальном напоминает ее тело. У нее вполне может возникнуть чувство, что ее физическое тело стало выше. Однако оно не изменилось. Но, помимо этого, дама окажется во множестве VR-ситуаций без иллюзий. Опытные пользователи VR в подобном случае могут ощущать себя обладателями высокого виртуального тела. Это не иллюзия, ведь в виртуальном мире их виртуальные тела действительно высокие.

В некоторых случаях ощущение высокого виртуального тела может привести к впечатлению, что вы и физически высокий, и в результате возникнет иллюзия. Но вы также можете разделить эти ощущения – чувствовать себя виртуально высоким и в то же время физически низким. Например, вы, управляя рослым аватаром, играете в видеоигру за столом, который для вас слишком высок, что не позволяет легко пользоваться мышью или клавиатурой. Сначала вы сосредотачиваетесь на высоком виртуальном теле, полностью игнорируя физическое. Затем вам, возможно, придется вспомнить о низком физическом теле, чтобы приспособиться к высоте стола. Ваше внимание может переключаться с тела на тело.

Документальный фильм 2018 года «Наши цифровые личности: Мой аватар – это я!» рассказывает о тринадцати людях с ограниченными возможностями, которые используют различные аватары в «Second Life». Некоторые пользуются аватарами без инвалидности. Другие берут виртуальные тела, очень похожие на физические. У третьих виртуальное тело выражает их инвалидность особым образом. Многие участники настаивают на том, что виртуальное тело не является заменой физического, но тем не менее оно весьма реально. Один говорит: «Я не отрицаю свое физическое тело. Это еще одна часть моей сущности». Другой говорит: «Это не эскапизм, а расширение». Глубокий смысл заключается в том, что они воспринимают свои виртуальные тела как другую, не менее значимую часть самих себя: их виртуальное тело – не иллюзия. Виртуальный реализм предполагает, что это ощущение верно. У участников нет иллюзии, что аватар заменил их физическое тело. Они просто ощущают реальное виртуальное тело*.

В других случаях люди могут воспринимать виртуальное тело как замену физического. Эксперименты с аватарами дают представление о том, каково иметь другое тело и, соответственно, иное отношение окружающих. Это упражнение иногда может привести к ощущению нового физического тела, которое не соответствует реальному (скажем, последнее ниже или полнее), но в то же время позволяет понять, какой облик лучше согласуется с идентичностью и идеалами. Некоторые пользователи отмечают, что идентифицируют себя как с физическим телом, типичным для мужчин, так и с виртуальным телом, типичным для женщин, или наоборот. Философия и психология воплощения сложны, но идентификация со своим виртуальным телом редко является иллюзией.

Это возвращает нас к истории превращения Нарады из первой главы. Вишну говорит, что долгая жизнь Нарады в роли Сушилы была иллюзией. Прав ли он? (Вишну, конечно, верит, что вся жизнь – иллюзия, но нам необязательно следовать его мнению.) Тело Сушилы было сродни виртуальному телу в виртуальном мире – правда, созданном Вишну, а не компьютером. Это было тело, с помощью которого Сушила воспринимала, действовала, презентовала и отождествляла себя. Я думаю, что точно так же, как Вишну действительно воплощался в земном теле, Сушила действительно обладала виртуальным женским телом в течение своего превращения. Но, в отличие от пользователей VR, о которых говорилось выше, Сушила не знала, что находится в виртуальном мире. В результате, возможно, поначалу у нее была некоторая иллюзия: она принимала свое виртуальное тело за физическое. Но (как я расскажу в двадцатой главе) можно утверждать, что со временем концепция «мое тело» Сушилы стала относиться к ее виртуальному телу. И тогда уже не осталось никаких иллюзий.

Машина иллюзий или машина реальности?

Наверное, каждый согласится с тем, что использование VR иногда вызывает как ощущение физического мира, так и ощущение виртуального мира.

Иногда доминирует ощущение физического мира. Новичок может чувствовать, что на его физическую голову вот-вот упадет блок. Игрок в виртуальный теннис, увлекшись, воспримет его как физическое соревнование. Сидящий на виртуальном карибском пляже поддастся ощущению, что он действительно находится на Карибах. Тот, кто экспериментирует с виртуальным телом, представит его как новое физическое тело. В этих