Только через год мне стало спокойнее. Тогда-то я и начала по-настоящему жить, обрела мир в своих покоях, в этом маленьком царстве, где можно строить из себя владычицу и повелевать другими. В мальчишках своих я души не чаяла и была на седьмом небе от счастья, когда они навсегда уехали. Мне радостно было наблюдать, как горюет их отец, но в глубине души я ненавидела себя за то, что мне есть дело до его состояния. Я ведь любила этого человека, пускай и по-своему. Отчасти именно из-за меня он стал таким чудовищем: я даже не пыталась его остановить.

Джамиль покосился на террасу. Фарина пока не вернулась. А ведь времени у них почти не осталось. С минуты на минуту охрана выбьет входную дверь и дом заполонят люди Раны Хамида. Несмотря на все заверения Нигаар, Джамиль понимал: к ней в покои тоже наведаются. Судя по звукам, входная дверь уже готова была слететь с петель. А Нигаар сидела себе спокойненько и рассказывала историю своей жизни, будто ничего необычного и не происходит.

Тут, словно бы прочитав его мысли, за стеклянной дверью возникла Фарина и, пригнувшись, юркнула обратно в комнату.

– Ну что? – спросила Нигаар.

– С нашей стороны ни одного охранника! – радостно доложила Фарина. – Я очень внимательно проверила, бегум-сахиба.

Тень улыбки пробежала по губам Нигаар.

– Так я и думала. Вечно он меня недооценивает. Несколько лет назад, когда к нам заявились с обыском, Рана сумел сбежать от полиции по моей террасе. Он думал, что я слишком ленива, чтобы запомнить маршрут, но я предпочитаю держать ухо востро. В общем, в конце террасы есть стальная труба, а в ней спрятана лестница. Поговаривают, что внутри жарко, как в печке, но это путь на свободу. – Ее глаза сверкнули. – Рана всегда ставит стражу у выходов за территорию, но сегодня поднялся такой хаос, что про эту дверцу, скорее всего, забыли. – Нигаар хлопнула в ладоши. – Такой шанс не каждый день выпадает! Бегите скорее. Я с вами так разоткровенничалась только потому, что другого шанса рассказать свою историю у меня, скорее всего, не будет. Я трусиха, знаете ли. И никогда не смогла бы убить человека. Но как только увидела Абиду, сразу поняла, что явилась моя спасительница.

Все это время Абида молчала, но после этих слов взяла госпожу за руку.

– Я и подумать не могла, что вы так исстрадались.

Нигаар оттолкнула ее ладонь.

– Это было, считай, в прошлой жизни. А теперь бегите, пока эти твари не ворвались.

Тут раздался оглушительный треск, и у Джамиля екнуло сердце. Он схватил дочь за руку и дернул за собой.

– Бежим, Абида!

Она сделала несколько шагов, но ей словно что-то мешало двигаться быстрее. Абида прижимала ладонь к низу живота. Заметив взгляд отца, она слабо улыбнулась:

– Ты иди вперед. А я догоню.

– Если думаешь, что я теперь хоть на секунду оставлю тебя без надзора, ты глубоко ошибаешься!

– Ну что за мелодрама, – пробормотала Нигаар и поджала губы. Вдалеке раздались голоса охранников, а потом к ним присоединился стук еще одной распахнутой двери. Следом раздался пронзительный вопль. Не приходилось гадать, чей это голос: ответ лежал на поверхности.

– Слышишь? – спросила Нигаар. – Ну почему ты не ткнула его в самое сердце, Абида? Тогда изверг бы умер на месте!

Девушка испуганно всхлипнула.

– Он жив?

У Джамиля будто гора с плеч свалилась.

– Это только к лучшему, – заверил он дочь, хотя и сам был изрядно напуган. – Значит, твоя совесть не запятнана грехом. А грядущие испытания мы пройдем вместе.

Началась стрельба: судя по звукам, пули отскакивали от стен рикошетом.

– Ах ты потаскуха! – ревел Рана Хамид, но Джамиль так и не понял, к кому он обращается: к Нигаар или к Абиде.

– Бегите, – велела Нигаар. – И Фарину с собой возьмите. Помогите ей добраться до родной деревни. – Она сжала руку преданной служанки. – Непременно возьми с собой деньги, которые я тебе давала, девочка моя, и заживи достойно.

Фарина зарыдала.

– Бегум-сахиба…

– А вы с нами не пойдете? – спросила Абида.

Нигаар рассмеялась.

– Да ты еще глупее, чем я думала, раз такое спрашиваешь. Посмотри, в каком я состоянии. – Она подняла руку и устало махнула гостям: – Ступайте. Оставьте меня. У меня еще есть нерешенное дельце с моим муженьком.

В этот раз не пришлось повторять дважды. Джамиль потащил Абиду к террасе, но та успела напоследок быстро обнять Нигаар.

– Я никогда не забуду вашей доброты, – прошептала она. – Спасибо вам.

– Знаешь, Абида, впервые в жизни мне совсем не страшно. Я устала смотреть, как Рана губит других девочек. – Бегум громко всхлипнула. – И наших дочерей никак нельзя было убивать. Нельзя было лишать их шанса!

– Пойдемте с нами, – предложил Джамиль, хоть и понимал, что уговаривать бессмысленно: Нигаар уже приняла решение.

Госпожа вытерла слезы и легонько подтолкнула Абиду:

– Ступай и больше не возвращайся.

Беглецы выбрались через стеклянную дверцу на террасу. В последний момент Джамиль обернулся и увидел, что Нигаар провожает их взглядом, а на губах у нее играет задумчивая улыбка. Если они выберутся живыми, получится, что бегум спасла не одну, а сразу несколько жизней.

Она отвернулась как раз в ту секунду, когда в комнату, прихрамывая, ворвался Рана. Джамилю хватило одного взгляда, чтобы понять: он не жилец. Вся одежда мучителя была алой от крови, лицо пугало мертвенной бледностью. Пошатываясь, раненый двинулся к жене. Одновременно он пытался зажать руками дыру под ребрами, из которой лилась кровь, а в глазах у него застыло угрожающее выражение.

– Вот смотрю на тебя такого – и душа поет, – начала Нигаар. А что было дальше, Джамиль уже не смог разобрать: нужно было скорее спасаться.

Абида

Они спустились по лестнице с террасы Нигаар и понеслись вперед так быстро, как еще никогда в жизни не бегали. Боль в низу живота беспокоила Абиду, но она старалась не обращать на нее внимания. Они с отцом бежали без оглядки следом за Шахидом, который знал эту местность лучше всех и вел их к ближайшей деревне. Когда они наконец остановились, чтобы немного передохнуть, Джамиль закрыл лицо руками и зарыдал. До этой секунды он не выпускал руки дочери, точно боялся, что она растворится в воздухе.

– Поверить не могу, что я тебя нашел. Скажи, ты сможешь простить меня за то, что я появился так поздно? Ведь когда над тобой издевались, я был в том же доме и ничегошеньки не сделал.

Абида схватила его за плечи.

– Простить тебя? Тебе хватило любви, чтобы не бросить меня, примчаться на помощь! Ты всю жизнь